Песнь первая. Дитя Грозы - Тиа Атрейдес

За несколько часов до общего совета Его Величество пригласил на приватную беседу своего давнего друга, одного из самых влиятельных людей в королевстве, герцога Дарниша. Потомок древнейшего рода, Урман Дарниш являл собой силу, с которой глупо было бы не считаться даже Её Высочеству Ристане. Его авторитет и среди аристократии, и среди купечества зиждился не столько на заслугах предков, — хотя наследное состояние и владения Дарнишей уступали разве что королевским, — сколько на его собственных. Семье герцога принадлежала ощутимая часть торгового флота Валанты, один из двоюродных братьев имел чин адмирала Имперского Военно-Морского Флота, командующего эскадрой, практически все мужчины из рода Дарнишей или служили на флоте, или вели морскую торговлю. Сам герцог крепко держал в руках бразды семейного торгового предприятия, что, впрочем, ничуть не умаляло его благородного достоинства, вопреки словам менее удачливых в финансовых делах дворян.

Беспроигрышный план Мардука строился на том, что у герцога Дарниша подрастала дочь. Урман, отец четырех сыновей от одиннадцати до двадцати двух лет, души не чаял в девятилетней Таис. И король сделал ему предложение, от которого тот не мог отказаться.

По дороге в Риль Суардис герцог строил догадки — что так срочно от него потребовалось Его Величеству, что дюжина гвардейцев со всем возможным почтением ожидали его у дверей особняка, а затем сопроводили до парадного подъезда дворца? Судя по тону королевской записки, неприятностями дело не грозило, но было весьма важным и безотлагательным. Возможно, несколько дюжин посыльных, отправленных королем за последнюю неделю к большинству влиятельных семей, имели к этому делу непосредственное отношение? Разузнать, что же затеял старый интриган, Урману так и не удалось, и оставалось только предполагать и надеяться на лучшее.

Единственное, в чем Урман был твердо уверен, так это в том, что ради пустяков король не станет и с кресла подниматься, не то что вызывать к себе половину Валантских аристократов. Пусть большинство из них и считают, что к преклонным годам Мардук сдал и ни в чем не перечит старшей дочери, герцог слишком хорошо его знал, чтобы поверить в то, что потомок Варкуда Кровавого Кулака может сделаться тихим и безобидным коллекционером фарфоровых собачек. Да и недавний визит к монарху — тайный, разумеется, — доверенного лица Императора, маркиза Дукриста, наводил на серьезные размышления.

В личный кабинет короля Урман зашел, уже готовый ко всему, вплоть до грядущего в ближайшем будущем объявления войны Полуденной Марке. Но, увидев Мардука, несколько расслабился. Его Величество словно помолодел — в глазах появились давно позабытые лукавые искорки, и весь его вид говорил о предвкушении чего-то приятного.

— Ну, здравствуй, Урман, — Мардук поднялся навстречу, улыбаясь искренне и открыто.

— Приветствую вас, Ваше Величество. — Дарниш поклонился.

— А без дела государственной важности уже и на рюмку чаю к одинокому, больному старику не заглянешь? — король укоризненно покачал головой.

— Что может быть важнее чашечки коньяку в компании бедного, несчастного, и как там дальше? — Урман улыбнулся и развел руками.

— Хм, твоя правда. — Довольно усмехаясь, король разлил по стоящим на столике бокалам пресловутого коньку, один протянул Урману, из другого отпил сам. — Присаживайся.

Вслед за монархом Дарниш опустился в мягкое кресло. Смакуя благородный напиток, он присматривался к старому другу, отмечая вернувшийся после долгого отсутствия румянец и живость. Все признаки указывали на то, что Его Величество заваривает преизрядную интригу.

— О, я вижу, пополнение коллекции? — Урман кивнул на довольно уродливого бронзового единорога, гордо застывшего на письменном столе короля.

— Подарок, — Мардук слегка поморщился. — Я слышал, ты этой весной ещё три корабля пускаешь?

— Пока три, а там посмотрим, — кивнул Урман. — Отличный коньяк! И что ты припас на десерт?

Вместо ответа монарх отпил ещё и молча взглянул на гостя.

— Так… похоже, из кустов торчат Длинные Уши Дознавателя?

— Ха, твоя разведка не дремлет, — Мардук расцвел в довольной улыбке. — Как поживает очаровательная Таис?

— Опять гостит у Ренита, на море. Иногда я думаю, не было ли у моей жены в роду русалок? — Урман поддержал перемену темы. — А как здоровье Их Высочеств?

— Пока все живы, слава Светлой. — Мардук вмиг посерьезнел. — Собственно, о наших детях я и хочу с тобой поговорить. Думаешь, Таис понравится идея стать принцессой?

— Вот так, в лоб… — Поперхнувшись, Урман отставил бокал. Не сказать, чтобы он никогда не обдумывал такую возможность, но всерьез на неё не рассчитывал. Теперь же мысли его понеслись вскачь, оценивая перспективы. Резоны Мардука ему в принципе были понятны, как и примерное направление действий. — Как водится у Вашего Величества, две секунды на размышление?

— Три. Цени мою доброту и терпение, — в голосе короля не было и намека на шутку.

— Да. Я уложился?

Урман ощутил, как собеседник еле слышно выдохнул. С облегчением.

— Вполне.

В кабинете на пару минут воцарилось молчание. Герцог допивал коньяк под изучающим взглядом будущего родственника и привыкал к мысли о том, что вот так вдруг тайная честолюбивая мечта его жены взяла и воплотилась. Пока ещё только в планах, но в том, что королевские планы будут во что бы то ни стало претворены в действительность, он не сомневался. Хоть Его Величество и называет себя больным стариком, его хватке позавидуют самые удачливые и пробивные дельцы. А прикидываться безобидным маразматиком Мардук может сколько угодно, но не перед участником и исполнителем большинства его прежних закулисных дел.

— Его Высочество Кей уже знает? — нарушил тишину герцог.

— Обрадую, когда приедет.

— К Каштановому Цвету?

— Разумеется.

Совместить приезд Наследника со всенародно любимым праздником — что может быть логичнее? На традиционном Весеннем балу как раз удобно представить высшему свету принца с принцессой, а заодно связать в сознании народа имя Наследника с праздником, гуляньями и прочими приятными вещами. Урман и сам бы поступил точно так же.

Оставалось лишь обсудить несколько деталей.

— Да, Урман. Думаю, ты уже понял, о чем мы будем говорить на совете.

Герцог не стал делать вид, что ни о каком совете не слышал, и просто кивнул в ответ. Несложно было догадаться, зачем Мардуку понадобилось в спешке и секретности устраивать собрание.

— Но я хочу, чтобы ты знал заранее. Ты прав, без Длинных Ушей не обошлось. Император изволил напомнить, чем Валанте грозит отход от традиционных правил наследования, и даже несколько ужесточил условия.