Порочный треуогльник - Людмила Зенкина

Ева пригляделась — кровать была застелена и пуста, она попробовала тихонько позвать спутника, но в комнате никого не было.

«Куда он делся?» — со страхом подумала она: «Не мог же он бросить меня…» — девушка сделала шаг вперёд, решив выглянуть в окно, идти обратно в тёмный коридор не хотелось и всё, что оставалось — предаться бесцельным поискам друга в маленькой комнатушке. Внезапно с улицы донёсся короткий шорох, и в оконный проём метнулась серебристая тень. Ева сдавленно вскрикнула, когда прямо перед ней на островке лунного света возник ясный силуэт огромного волка, глядящего прямо на неё двумя сверкающими огоньками глаз. Она попятилась назад и, упершись спиной в закрытую дверь, бессильно сползла на пол. Сердце бешено колотилось и, когда зверь сделал шаг в её сторону, девушка не нашла ничего лучше, чем зажмуриться и сжаться в комочек, опустив голову.

«Что я делаю? Надо бежать! Прятаться! Защищаться! Почему сил совсем нет?!» — что-то тёплое коснулось затылка: «О Боже! Надо что-то делать!» — девушка, собрав все силы онемевшего от страха тела, смогла только поднять взор, чтобы взглянуть в глаза волку, но перед ней оказалось лишь чуть взволнованное лицо Тимора. Он стоял, склонившись перед ней, тяжёлая рука соскользнула по девичьим волосам, коснулась плеча и отстранилась. От этой перемены девушке стало только страшнее, по телу пробежала холодная дрожь, но вдруг в потоке мечущихся мыслей стали одно за другим возникать воспоминания вчерашнего разговора: «Главный детский страх… Серый волк… Обрёл имя… Получил образ мужчины…»

— Т-тимор? — запинаясь, произнесла Ева. Сомнений уже не было, но всё же, верилось с трудом. — Это вправду ты?

— Это я, — голос мужчины — спокойный и тёплый, моментально развеял оцепенение ужаса, и девушка смогла облегченно вздохнуть, расслабив напряженное в каждой мышце тело. — Почему ты не спишь? — вкрадчиво спросил он, присаживаясь перед спутницей на корточки.

— Я… Мне приснился кошмар, — тихо ответила она и медленно пересела на колени, пододвигаясь чуть ближе к собеседнику, — а ещё я подумала над нашим разговором.

Мужчина вдруг слегка погрустнел.

— Я тоже над ним подумал, — произнёс он и поднялся на ноги, увлекая за собой девушку, аккуратно взяв её за предплечья.

— Подожди, — голос Евы задрожал в нерешительности, — позволь сначала мне сказать, — её пальчики крепко сжали широкие мужские ладони. — Я не смогу жить без тебя. Тимор, я не хочу домой, — она перебирала слова, не решаясь сказать главное.

— Ева, если ты останешься здесь, то погибнешь, а с тобой погибнет и весь это мир.

Девушка молча уставилась в глубину тёмных глаз непонимающим взглядом, отказываясь верить услышанному.

— Днём мы пойдём в одно место, — продолжил мужчина, — там тебе нужно будет поговорить с Тэнебрэ — она провидица и может дать ответы на многие вопросы.

— В том числе и как вернуть меня домой? — грустно спросила Ева.

— Да, — в низком хрипловатом голосе звучала не меньшая печаль.

— Это она сказала, что я умру если останусь?

— Да.

Девушка опустила голову, пряча лицо за золотистыми прядями волос, стараясь не показывать набежавшие слёзы:

— Хорошо.

— Иди в постель, я разбужу тебя утром, — мужчина сделал шаг назад, и она бессильно опустила руки, тепло его пальцев быстро покидало ладони, на душе становилось холодно и одиноко. Захотелось поднять голову, шагнуть вперёд, снова взглянуть в эти тёмные глаза, обнять, поцеловать. Но тот шаг, что сделал Тимор, встал незримой стеной между ними — ледяной, непроницаемой для чувств, преградой.

— Дурак! — послышалось совсем тихо, и девушка закрыла за собой дверь.

Сероволосый ещё немного постоял, удивленно глядя перед собой, затем тяжело вздохнул и опустился на кровать. Нельзя было давать волю чувствам, которые так неудержимо звали его догнать спутницу, заключить в своих объятьях и никогда больше не отпускать.

Ева быстро шла по тёмному коридору, заливаясь слезами. Возвращаться в свою комнату ей не хотелось, и она по памяти шагала вперёд, в поисках выхода из кромешной тьмы, наверное, даже не той, что окутывала всё вокруг, а скорее той, что росла в её сердце, поглощая чувства и изливаясь потоками слёз.

Впереди сверкнул лучик света, лунная дорожка разрезала мрак от стены до стены, пробиваясь через узкую щёлку приоткрытой двери. Девушка тихонько выскользнула наружу и плотно закрыла дверь за собой. Перед ней в лунном свечении стоял сад — в неясном ночном мерцании он был не менее прекрасным, чем днём, напротив — в голубоватых тонах казался просто волшебным. Ева окинула взглядом ажурный заборчик, отделяющий её от чудесного оазиса, но калитки нигде не было видно, тогда она, приподняв юбку, осторожно перебралась через ограду, которая, впрочем, едва доходила ей до середины бедра, и ступила на поблескивающие гладкими боками камни дорожки.

«Почему так пусто внутри?» — думала девушка, опускаясь на землю под невысоким миндальным деревом: «Неужели расставание действительно неизбежно? И почему он так и не подпускает меня к себе? Он боится испытать то же, что испытываю я? Быть может, тогда он сам не сможет отпустить меня?» — она мечтательно вздохнула: «Вот бы он вправду не захотел меня отпускать» — веки медленно стали тяжелеть и мучительно захотелось спать: «Я пойду завтра к этой провидице и всё узнаю. Может она скажет, как мне остаться с ним» — сознание быстро меркло и совсем скоро погрузилось в глубокий усталый сон без сновидений.

14. Страсть

— Ева, пора вставать! — послышался после стука негромкий голос из-за двери. Не получив ответа, Тимор сам заглянул в комнату — девушки в ней не было. — Чёрт! — выругался он с досадой. — Неужели ты решила сбежать?

Сероволосый оборотень ещё раз окинул взглядом комнату.

— Но куда тебе идти?

«Я просто обидел тебя своей холодностью» — думал он, быстрыми шагами направляясь к выходу из «монастыря». «Куда же ты могла пойти?» — сердце сжималось от невыносимой печали и чувства вины. Но когда мужчина почти уже прошёл залитую утренним солнцем сводчатую галерею, взгляд вдруг привлекло светлое пятно за розовыми кустами, усеянными маленькими аккуратными бутонами. Он остановился, приглядываясь.

«Ева!» — перескочив через забор, он в несколько прыжков оказался рядом со спящей девушкой. Лицо её было так свежо и безмятежно, что на сердце сразу стало легче. Тимор присел рядом со спутницей, шёпотом позвал:

— Ева, просыпайся.

Девушка смешно поморщила носик и нехотя приоткрыла глаза.

— Ты уснула в саду, — улыбнулся мужчина.