Всё летит в бездну - Олли Бонс

меня по всему дворцу, даже ест теперь в своей комнате, а на встречи с советниками не является. Он готовил какую-то речь о свадьбе, но это и всё, что я успел узнать. Остальное отец, похоже, решил держать в глубокой тайне.

Нела стискивает губы и прищуривает глаза. Ноздри её изящного носа гневно раздуваются, а румянец делается ярче.

— Сейчас я с ним поговорю, — обещает она, затем отпускает мои руки и решительно шагает вверх по ступеням.

С отцом Нела беседовала наедине, и уж не знаю, что она ему сказала, только он наконец соизволил со мной встретиться.

— Виноват, и вправду надо было раньше, — несчастным голосом произносит он, закрывая за нами двери кабинета. — Садись, мой мальчик.

Я опускаюсь в кресло у камина. Отец садится в другое напротив, но затем вскакивает и придвигает своё кресло поближе ко мне. Вновь садится. Опять поднимается и перетаскивает своё кресло подальше.

— Да говори уже наконец, в чём дело! — не выдерживаю я.

Отец несчастно глядит на меня такими же серыми, как мои, глазами.

— Сейчас, сейчас! — умоляюще произносит он.

Затем вынимает из кармана, как он думает, платок, и промокает пот со лба. Это оказывается одна из его бумаг, и на лбу отца отпечатывается в зеркальном отражении моё имя.

— Ах, что же это, — мнётся отец, вынимая из кармана ворох бумажек. — Сильвер, сынок… нет, не то… Я хотел поговорить…

— Да не читай, а скажи уже своими словами. Я и так всё понял. Готовится свадьба, да?

— Да, — с облегчением выдыхает отец.

— А кто хоть невеста?

Отец даже подпрыгивает в кресле.

— Да как же! — выпаливает он. — Нела, конечно.

— Что?! — кричу я от удивления и так наклоняюсь вперёд, что чуть не падаю на пол. — Да как… когда… нет, всё же — как тебе такое в голову пришло?

— А что, у тебя какие-то возражения? — набычивается отец. — Мне казалось, уж кто-кто, а ты нормально относишься к людям с колдовским даром!

— Да прекрасно я к ним отношусь! Но — Нела? Ты в своём уме? А она что?

— А она согласна! — с возмущением кричит отец. — И потому, даже если ты против, эта свадьба состоится, так и знай!

— Как ты вообще принял такое решение? — не понимаю я. — А почему не одна из принцесс Третьего королевства?

— Одна из этих глупых девчонок? П-ф-ф! Ну уж нет! Нела — вот из кого выйдет настоящая королева, и я это понял, как только её увидел. Мне было непросто уговорить эту девушку изменить всю свою жизнь, и теперь уж только попробуй что-то испортить! Ты всё понял?

— Я понял только, что тебе наплевать на мои чувства, — с горечью говорю я. — Да и на чувства Нелы, если уж на то пошло. Первым делом ты должен был обсудить всё со мной.

— Да, да, я виноват… — растерянно бормочет отец и тянет себя за бороду, как всегда в приступе волнения. Борода у него и так короткая, а тут, того и гляди, он её совсем оборвёт. Мне делается жалко отца.

— Ладно, — говорю я. — Считай, что я смирился. Мне не хочется причинять боль ни Неле, ни тебе. Но знай, я уверен, ты делаешь большую ошибку.

С этими словами я и оставляю его, совсем раздавленного, и весь остаток дня не выхожу из своей комнаты.

Не могу понять, как отец решился на подобное, не посоветовавшись со мной.

Нела мне нравится, и даже очень — она хороший советчик и настоящий друг. С ней можно чувствовать себя одинаково надёжно как сплавляясь по горной реке, так и идя по залу, полному острых на язык придворных.

Я отлично с нею ладил и порой делился мыслями, которые, может, и собственной сестре бы не доверил. Нела, в отличие от Сильвии, ни за что не стала бы надо мной подшучивать. Но для того, чтобы жить вместе, нужно ведь и что-то ещё.

Я всегда считал, что мы с Нелой — добрые друзья. Никогда не замечал, чтобы и она смотрела на меня как-то иначе. Как она вообще могла согласиться на такое? Чего ради? Может быть, она всегда была тайно влюблена в меня, но тщательно скрывала? Приятно, конечно, но…

Я мечтал о том, что если однажды и женюсь, то этому будет сопутствовать большое чувство, как у Сильвии с Эрнесто. А если уж не повезёт найти такую любовь, что ж, я лучше проживу один до конца дней.

«Сбегу», — рождается в голове маленькая беспокойная мысль, но я пока её отгоняю.

Следующим утром меня будит отец.

— Сынок, — озабоченно говорит он, — скажи, как мне лучше — с усами или без усов?

Я долго гляжу на него (он сбрил левый ус) и наконец говорю:

— А если скажу «с усами», ты второй приклеишь?

Он охает, бьёт себя по щекам и убегает с изменившимся лицом.

Я раздражённо откидываюсь на подушки и пытаюсь уснуть, но почти сразу вновь раздаётся деликатный стук.

— Да сбрей уже свои усы, — ворчу я, не глядя. — Смотреть противно.

— Что? — раздаётся удивлённый голос Нелы. Она ощупывает верхнюю губу.

— Ох, — говорю я, — принял тебя за отца. Он только что заглядывал. Что-то случилось?

— Да, — произносит Нела, слегка розовея. — Скажи, пожалуйста, какой букет тебе больше нравится — вот этот с белыми розами, вот такой с полевыми цветами или оранжевые лилии?

— Пожалуй, лилии смотрятся, гм, радостно, — с серьёзным видом заявляю я, глядя на цветы в руках Нелы.

Как по мне, они все одинаково бесполезны.

— Спасибо за помощь, — радуется моя собеседница. — Я тоже думаю, что стоит выбрать полевые цветы. Они простого происхождения, как и я, но мне нравится их незатейливая красота.

— Так я ведь разве, — удивляюсь я, но Нела уже исчезает.

Я откидываюсь на подушки и пытаюсь…

— Утро доброе! — звучит на всю комнату.

Дедуля Йорген, приплясывая, распахивает шторы и стягивает с меня одеяло.

— Сколько спать-то можно, — возмущается он. — Разве можно так тратить своё время, будто ты будешь жить вечно! Или ты не рад видеть дедулю Йоргена? Ох, точно, не рад.

— Я очень даже рад, а какими судьбами…

— Ох, нет, так я и знал. Тех, кого приятно видеть, не встречают с таким лицом. Ну что ж, видно, зря дедуля Йорген тащился в такую даль!

И он, причитая, направляется к выходу.

— Постой! — кричу я, спрыгивая с кровати. — Я совсем не ожидал тебя увидеть…

— Я уже понял, что меня сюда не звали, — мрачно отвечает дедуля. — Врёте только, что я лучший портной.

— Да стой же ты! Если бы мне разрешили выбирать того,