Обслуживание избирателей - Джон Скальци

— Почему она вернулась? — спросила я. — Даже при ничьей, кажется, они могли бы хотеть, чтобы она осталась.

— Не сомневаюсь, что хотели, но городские льготы действительно хороши, — сказала Гида. — И дубприны живут очень долго. Когда она наконец выйдет на пенсию через пару столетий, ее пенсия будет стоить миллионы. А теперь, — она помахала кому-то еще, кто подошел, — я хочу познакомить тебя с законодательным помощником советника Сойера. Это Кквивид Ноууууу.

— Здравствуйте, я Эшли Перрин, — сказала я, снова не протягивая руку. Кквивид был чандлидом, который также не приветствовал физический контакт. Они приветствовали своих сородичей, смачно обнюхивая нижние шейные стебельки, но обычно воздерживались от этого с другими видами, потому что понимали, что у большинства других народов есть то, что мы любим называть «личными границами».

— Ах, да, новый общественный связной, — сказал Кквивид. — И человек! Молодец. Смело.

— Что это значит? — спросила я.

— Абсолютно ничего, — ответил Кквивид. — Только потому, что Третий округ — единственный в городе округ, где люди в меньшинстве, еще не значит, что человек не может быть внимательным и отзывчивым к буквально десяткам разумных видов здесь. Я имею в виду, черт возьми, Дэвид — человек, и он выиграл выборы здесь. С высоким уровнем спорности результатов, да, но все же. У нас здесь даже раньше был другой общественный связной-человек. Как давно это было?

— Восемнадцать лет назад, — сказала Оуигин со своего стола. — Эдуардо Рамос.

— Сколько он продержался? — спросил Кквивид.

— Три дня, — ответила Оуигин.

— Уверен, у тебя получится лучше, — заверил меня Кквивид.

— Эшли пришла к нам из Флетчеровской школы при Тафтсе, — сказала Гида. — Уверена, она справится с жалобами избирателей.

— Куда ушел Рамос? — спросил Кквивид у Оуигин.

— В Йель, — последовал ответ.

— Ну, их программа по международным отношениям всегда была так себе, — Кквивид посмотрел на свои часы. — Мне нужно быть в Сити-холле. Дэйв хочет подготовиться к слушаниям по ситуации с канализацией. — Он указал на меня. — Караоке сегодня?

— Что? — сказала я, потому что я была именно настолько находчива.

— В офисе есть традиция — мы устраиваем новым сотрудникам «счастливый час» и караоке, — сказала Гида.

— Традиция началась тридцать три года назад, — добавила Оуигин.

— О! — воскликнула я и посмотрела на Кквивида. — Конечно.

— Отлично, — сказал Кквивид. — Стряхну пыль со своей пародии на Чада Крогера. — Он сделал чандлидскую версию кивка и направился прочь.

— Чад Крогер? — сказала я Гиде, когда он ушел.

— Он был солистом очень старой группы под названием Nickelback.

— Никогда о них не слышала.

— Слышала о The Beatles?

— Да.

— Вот как они.

Я посмотрела на Оуигин. Она трясла лицевыми чешуйками, выражая категорическое несогласие.

Гида увидела, что я смотрю мимо нее, и бросила взгляд на Оуигин, которая уже перестала трясти чешуйками и безучастно, невинно смотрела в свой компьютер.

— Ладно, — сказала она и направила меня к новому столу. — Давай познакомимся с нашим пресс-секретарем.

За столом сидел похожий на лягушку представитель вида, в котором я не была уверена, и печатал на стоящем на столе компьютере, который в остальном примечателен тем, что на нем стоял довольно крупный горшечный цветок.

— Эшли, это Бунтора Мууф и их ассистент, Лор, — представила Гида.

— Здравствуйте, — сказала я человеку за столом. Я огляделась. — Простите, не вижу вашего ассистента.

— Я и есть ассистент, — сказал тот, кто печатал, и затем деликатно перевел глаза в сторону растения.

— Ах, да! — поправилась я. — Здравствуйте, — сказала я тому, что, как я думала, было растением.

— Вы думали, что я просто необычно крупное растение, не так ли? — сказал Бунтора голосом, исходящим из динамика, спрятанного в кашпо.

— Думала, — призналась я.

— Мне это часто говорят, — сказал Бунтора. — Но чтобы вы знали, на самом деле я ближе к грибу. Кроме того, Бунтора — не мое настоящее имя, но чтобы назвать настоящее, мне нужно выпустить несколько спор, а это создает беспорядок.

— К тому же, у меня на них аллергия, — сказала Лор.

— В этом есть ирония, — подтвердил Бунтора.

— Бунтора — абсолютно лучший пресс-секретарь, который у нас когда-либо был, — сказала Гида. — Знает, как подать что угодно, и знает абсолютно всех. А Лор — самый быстрый машинист в офисе.