Если бы я знал - Рейн Уайт

дыру. Повёл себя заботливо и… чертовски бесцеремонно.

― Самую малость прожгло, ― облегчённо возвестил

Никита. ― В темноте никто не заметит. Давай посмотрю, кожу

не задело?

Сказано ― сделано. Рубашку оттянули ещё сильнее, и

пальцы аккуратно прошлись по коже ― слева, чуть ниже

ключиц, ближе к сердцу. Очень близко. Может, поэтому оно

тогда дрогнуло, на мгновение замерло?

― Покраснела чуть-чуть… ― раздалось у самого уха. ―

Всё норм, не болит?

Никита поднял голову, встречаясь с ним взглядом. Он

стоял, чуть склонившись, и сейчас их глаза были на одном

уровне. Джой сглотнул. Чарующий голос проникал в самое

нутро, заставляя пальцы дрожать, а тут к нему присоединились

ещё лёгкое дыхание, щекочущее щеку, и тонкий аромат

одеколона с цитрусовыми нотками.

И как же близко он стоял, выражая абсолютное презрение

к личным границам.

― Не болит, спасибо, ― отозвался Джой, с трудом

заставляя себя отступить. ― Пострадали рубашка и моя

гордость.

― Блин, сорри, честно, ― не переставал извиняться Ник.

― Не думал, что напугаю.

― Я задумался. ― Джой продемонстрировал ему телефон, который всё это время сжимал в правой руке, и тут же перевёл

тему: ― Так что там с ди-джеем? Я вышел на пару минут.

Впрочем, ответ ему был не нужен, сценарий и так ясен: опять что-то потеряли или забыли, иного не дано. Куда больше

волновал другой вопрос: КАК? Как он за целую неделю не

заметил невероятной силы этого голоса? Они же разговаривали, точно! И Джой даже пару раз ловил себя на мысли, что

любуется

Ником

―

как

произведением

искусства.

Наслаждается, точно картиной.

Школьный друг Димы, брата Джоя, был симпатичным, даже по-своему красивым ― особой красотой, едва перешедшей

из подростковой угловатости в настоящую мужественность.

Каштановые волосы, волевой изгиб шеи, прямой нос, чувственные губы с более пухлой нижней, ямочка на щеке, появляющаяся от улыбки (почему-то только на одной) и

невероятные голубые глаза. Джой умел ценить красивую

внешность, так что не считал за грех своё любование, но сейчас, в это мгновение… он не просто любовался. Сердце вновь и

вновь пропускало удары.

Голос. Голос, чёрт возьми! Так какого хрена он не слышал

его раньше? Они общались… да, либо в шуме клуба, либо в

авто, когда в салоне громыхала музыка. Общались, но ни разу не

обратились друг к другу лично. Джой чаще всего спрашивал про

«них», а Ник что-то приглушённо отвечал Димке. Точно, и брат

всегда находился рядом. Разве можно в присутствии младшего

вдруг осознать, что его друг вызывает в тебе неоднозначные

чувства?

Совсем неоднозначные. Настолько, что кровь отливала от

головы куда-то ниже.

― Ди-джей не может найти музыку для следующего

конкурса. Говорит, в папке её нет, ― сообщил Ник, подтверждая догадки Джоя и возвращая его в реальность.

― Ясно, как обычно, ― вздохнул тот. ― Всё там есть, пусть Кир дурака из себя не строит. Спасибо, иди в зал. Я скоро

приду и ткну его носом в нужную музыку.

― Ещё раз прости за рубашку, ― улыбнулся Никита.

― Да иди уже, веселись.

Джой показательно закатил глаза, но стоило Нику

скрыться за дверью, как он со стоном сгорбился, упираясь

ладонями в столешницу. Нужно было успокоиться. У-спо-коить-ся! Чтобы в голове не было сумятицы, когда пойдёт давать

люлей ди-джею.

Микрофон сиротливо лежал на столе, и Джой

сосредоточил взгляд на нём. На поблёскивающем боке, на

гладких потёртостях поверх шершавого пластика. Вздохнул, позволяя мыслям выплеснуться, выстроиться в ряд, который

можно тут же либо затолкать поглубже, либо выкинуть из

головы. Он делал так всегда, чтобы скорее обрабатывать

информацию. Но на этот раз мысли упорно не желали уходить и

тем более во что-то выстраиваться. Они кружили, рикошетя от

стенок черепной коробки.

Абсурд!

Итак. Только что он едва не кончил от звучания голоса и

лёгкого прикосновения Димкиного друга. Друга, которому

только весной исполнилось восемнадцать ― в то время как

самому Джою неделю назад стукнуло двадцать пять. Друга, который ростом явно перевалил за метр девяносто. А еще, в

отличие от Джоя, Никита не застрял внешностью в

подростковом возрасте и не подкрашивал глаза ради эффектного

сценического макияжа. Но главное, ему не нравились парни.

Факт.

А значит, ситуация даже на первый взгляд была патовой.

***

На второй взгляд ситуация оказалась