Если бы я знал - Рейн Уайт

их в прихожую, наслаждаясь видом, пока нежные лепестки не увядали, опадая

на комод. Никита всегда наблюдал за процессом с каким-то

затаённым восторгом, воспринимая увядание цветов не

смертью, а паузой перед новым витком: отец вернётся из

поездки, всё вновь изменится, за плохим следует хорошее, ― и

лишь изредка навевало не самые радужные мысли. Сотню

лозунгов можно придумать.

Сегодня бело-зеленоватые бутоны лилий тоже напомнили

исключительно о приятном. Или, может, просто у Никиты было

чертовски хорошее настроение? С одной стороны, все планы на

клубную ночь пошли под откос, с другой – время пролетело

даже веселей. Он и мысли себе не позволял, что когда-либо

сможет вот так просто и легко общаться с Джоем.

Для Никиты тот всегда был Старшим Братом Димы, тем

самым Александром, который выпускался из школы, когда они

едва перешли в третий класс. Он им даже втайне восхищался: Джой напоминал вампира, которого обратили лет в семнадцать, и всё – с тех пор он больше не старел, ни капельки. Главгерой

приключенческого фэнтези! Такой же сообразительный, влекущий за собой целый хвост баек и легенд, харизматичный и

невнимательный к персонажам второго плана. Никита вряд ли

мог вспомнить случай за все прошлые года, когда они

действительно общались, а тут…

Герой фэнтези оказался обычным человеком. Временами

неловким, забавным и совсем не таким надменным, каким

казался на первый взгляд.

Никита, проходя мимо комода, щёлкнул лилию по

лепестку. Бутон качнулся, увлёк за собой остальные, и вот уже

все они бодро кивали головами, точно народ на тусовке, которая

давно закончилась, но продолжалась в мыслях. Как сейчас у

него.

Ник хотел на цыпочках пробраться в комнату, сбросить

вещи и сходить в душ. Сна не было ни в одном глазу; организм, взбудораженный смехом, шутками и приятным разговором, с

подкинутым топливом в виде крылышек-гриль, отключаться не

собирался, ― хоть и стоило бы ненадолго отключиться, прежде

чем вновь вставать по будильнику и провожать отца. Старая

привычка, ещё лет с пяти: обязательно дождаться, пока деловой

и собранный папа, которого в костюме и с сумкой даже мама

звала по имени-отчеству ― Дмитрий Максимович, ― не сядет в

рабочую машину, поджидающую у калитки.

Сколько там спать осталось? Часа четыре? Пять?

Но все планы рухнули, когда из детской, смежной с

родительской комнатой, раздалось тихое хныканье. Ещё не

плач, но уже предвестник возможной катастрофы. Ник тихонько

выругался и, экстренно меняя маршрут, юркнул туда. Торопливо

кинул куртку на ближайший стул и бросился к кроватке, подхватывая брата на руки.

― Шшш, тихо-тихо-тихо, Егор, ― зашептал он

максимально нежно и успокаивающе. ― Зачем будить маму и

папу? Ночью всем надо спать.

М-да, сам бы ещё правила выполнял так же хорошо, как

младенцу их втолковывал. Никита планировал вернуться часа в

два ночи, а приехал под утро. Зато с шикарным настроением.

― Ладно, можешь и не спать, ― продолжил размышлять

он, укачивая брата. ― Как я, например, но только когда

вырастешь, хорошо? ― От разговоров Егор всегда

успокаивался, уж Никита знал, он часто ночью, если сам не

спал, приходил в детскую. ― Кста-ати, хочешь расскажу

весёлую историю? Сегодня твой брат…

Он и сам не понимал, почему так хочется хоть кому-нибудь пересказать всё, что произошло этой ночью, но… эй, пять утра! Зачем вообще понимать, если можно говорить? О

коктейлях, о музыке, о «нестареющем вампире», который вдруг

оказался человеком и с которым так приятно было пообщаться.

Когда он закончил, малыш давно уже спал на руках ―

осталось уложить его в кроватку и самому тоже пойти на

боковую. Однако, когда Никита выскользнул из детской, привычно подсвечивая путь фонариком, темно в доме уже не

было. В конце коридора из-под двери кухни пробивался луч

яркого света, и он, как мотылёк на огонь, двинулся туда.

Заглянул в приоткрытую щель, замечая высокую фигуру.

Стоило уйти и сделать вид, что он давно уже дома, спит и

видит десятый сон. Лечь, прочитать пару глав недавно

купленной книги, вдохнуть аромат страниц, который порой

бывает лучше любого снотворного, но вместо этого Никита

толкнул дверь и зашёл на кухню. Поддался порыву – только

этим и занимался с вечера. Сначала с поездкой в клуб, потом с

Джоем…

― Доброе утро, пап. Чего не