Папина копия, мамина строптивость - Ольманария

Настя подошла ближе. Она попыталась заглянуть ему в лицо, но оно оставалось размытым и нечетким. Внезапно, человек в кресле начал медленно поворачивать голову в ее сторону. Когда его лицо полностью повернулось к ней, Настя увидела… ничего. Там, где должно было быть лицо, была лишь серая пустота.

Она вскрикнула и проснулась.

Сердце колотилось в груди, как пойманная птица. Холодный пот покрывал ее лоб. Она села на диване, пытаясь отдышаться.

Это был кошмар. Самый страшный кошмар в ее жизни. В этом сне ее папа был… ничем. Пустотой. Отсутствием.

Она посмотрела на трещины на потолке. Теперь они казались ей еще более угрожающими. Она натянула одеяло на голову и попыталась заснуть снова, но сон не шел.

В голове начали возникать фантазии. Чтобы отогнать страшный образ из сна, она начала представлять себе, каким мог бы быть ее папа.

Первая фантазия была про космонавта. Ее папа был героем. Он летал в космос, исследовал новые планеты, открывал новые звезды. Он был сильным, смелым и умным. Он носил блестящий скафандр и говорил по радио: "Я люблю тебя, Настя! Я вернусь!"

В этой фантазии она видела себя маленькой, стоящей на космодроме, машущей ему рукой, когда ракета взлетала в небо. Она гордилась им. Он был ее героем. И хотя он был далеко, она знала, что он всегда думает о ней.

Вторая фантазия была совсем другой. Ее папа был преступником. Опасным и загадочным. Он носил черную шляпу и длинный плащ. Он грабил банки и обманывал богатых людей. Но он делал это не ради себя. Он помогал бедным и обездоленным. Он был Робин Гудом нашего времени.

В этой фантазии она видела себя маленькой девочкой, живущей в трущобах. Однажды к ней пришел ее папа, переодетый нищим, и дал ей мешок золота. "Возьми это," — сказал он. "И живи счастливо." Она не знала, кто он такой, но чувствовала, что может ему доверять.

Третья фантазия была самой невероятной. Ее папа был миллионером. У него был огромный дом с бассейном и садом. У него была собственная яхта и личный самолет. Он был богатым и влиятельным. Но он не был зазнайкой. Он был добрым и щедрым. Он помогал детским домам и больницам.

В этой фантазии она видела себя маленькой принцессой, живущей в роскоши. У нее было много игрушек и красивых платьев. Но самое главное — у нее был любящий отец, который всегда был рядом.

Настя перебирала эти фантазии, как бусины на нитке. Космонавт, преступник, миллионер… Каким же он был на самом деле? Какой из этих образов ближе к правде?

Ей хотелось верить в лучшее. Ей хотелось, чтобы ее папа был героем, добрым и любящим. Но часть ее боялась, что он был… чем-то другим. Чем-то плохим. Как в ее кошмаре.

Она повернулась на другой бок и снова посмотрела на трещины на потолке. Они казались ей теперь не просто трещинами, а дорогами, ведущими в разные миры. Миры, где ее папа мог быть кем угодно.

Какая из этих дорог приведет ее к правде?

* * *

Солнце пробилось сквозь щели старых штор и полоснуло комнату узкими лучами. Пылинки танцевали в этих лучах, как крошечные звездочки, напоминая Насте о папиной профессии — космонавта. Она помотала головой, отгоняя фантазию. Сегодня она решила не думать о папе. Сегодня она будет просто Настей, семилетней девочкой, у которой есть куклы, книжки и целый день впереди.

Ольга уже ушла на работу. На столе осталась записка, написанная ее корявым, но таким родным почерком: "Завтрак в холодильнике. Не забудь покормить кота. Люблю тебя, солнышко."

Завтрак состоял из вчерашней гречневой каши и бутерброда с колбасой. Не самое любимое блюдо, но Настя съела все до крошки. Она знала, что мама старается, чтобы у нее было все самое лучшее.

Кот, рыжий и наглый, терся о ее ноги, требуя свою порцию. Настя насыпала ему корм в миску, и он тут же принялся жадно есть, урча от удовольствия. Она погладила его по спине, чувствуя, как под шерстью перекатываются его мускулы. Кота звали Рыжик. Мама подобрала его на улице еще котенком. Он был худым, грязным и больным. Но Ольга вылечила его, откормила и сделала членом семьи. Настя любила Рыжика. Он был ее единственным другом в этой квартире.

После завтрака Настя решила порисовать. Она достала из коробки цветные карандаши и альбом для рисования. Сегодня она хотела нарисовать маму.

Она старательно выводила каждый штрих, пытаясь передать ее красоту и доброту. Она нарисовала ее с улыбкой на лице, с добрыми глазами и теплыми руками. На рисунке мама была похожа на фею. Фею, которая спасает ее от всех бед.

Но когда она закончила рисунок, ей показалось, что чего-то не хватает. Чего-то важного. Она задумалась. И вдруг поняла. На рисунке не было папы.

Она вздохнула и отложила карандаши. Снова он. Снова эти мысли о папе. Они преследовали ее повсюду. Даже в ее рисунках.

Она решила почитать книжку. Достала с полки свою любимую сказку про Золушку. Она знала ее наизусть, но все равно любила перечитывать. Ей нравилось представлять себя Золушкой, которая ждет своего принца. Принца, который придет и спасет ее от одиночества и бедности.

Но когда она дошла до места, где Золушка встречает принца, она снова вспомнила о папе. А что, если ее папа тоже был принцем? Принцем, который просто потерялся и не может ее найти?

Эта мысль показалась ей такой привлекательной, что она не смогла удержаться и снова начала фантазировать. Она представила, что ее папа — настоящий принц. Он живет в огромном замке и правит целым королевством. У него есть много слуг и красивых лошадей. Но он несчастен. Он тоскует по своей маленькой дочке.

Однажды он решает отправиться на ее поиски. Он переодевается простым крестьянином и отправляется в путь. Он ищет ее повсюду. Ходит по городам и деревням, спрашивает у всех, не видели ли они маленькую девочку с каштановыми волосами и большими карими глазами.

И вот однажды он приходит в ее город. Он видит ее на улице, играющую с другими детьми. Он узнает ее сразу же. Это она. Его дочка. Его маленькая принцесса.

Он подходит к ней и говорит: "Здравствуй, доченька. Я твой папа."

Настя закрыла глаза и представила себе этот момент. Как бы она себя повела? Что бы она сказала? Обняла бы его? Или заплакала?

Она не знала. Но ей очень хотелось, чтобы