Завтра ты войдешь в класс. Записки сельского учителя - Леонид Андреевич Гартунг

выпускников. Может, я несправедлив и излишне резок, но таких я называю дезертирами. Они говорят в оправдание разное. У одного что-то опасное с поджелудочной железой, у другого горячо любимая жена, которую в деревню и калачом не заманишь, у третьего просто мама «не велит»… Но всех роднит страх и… эгоизм: его-то они и прикрывают словесной шелухой.

Пуще огня они боятся сельской жизни. Им кажется, что деревня — это, прежде всего, комары, скука, унылое мычанье коров, выцветший альбом… Словом — кладбище всех надежд и мечтаний.

Откуда у них такие представления? И неужели они не знают, что старой деревни, нарисованной Чеховым и Буниным, давно уже нет! Теперь деревня иная. Да, комары остались, но нет тишины и скуки. Здесь, как и везде, люди трудятся, волнуются и радуются, читают газеты, слушают радио, смотрят телевизоры, влюбляются, пишут стихи, изобретают, отдаются мечтам и добиваются их исполнения.

Да, в деревне нет асфальта, не везде еще есть широкоэкранное кино и телевидение, нет и кое-чего другого, к чему мы привыкли в городе. Но все это будет. Обязательно будет! Так зачем ждать готового? Разве к лицу молодым выбирать легкие дороги? Ведь счастье — это то, чего добился сам, а не взял в разжеванном виде из чужих рук!

Можно и в городе существовать со скучной, как осенний день, душой, и можно в далекой деревушке жить богатой духовной жизнью, работать творчески и найти то, что зовется счастьем.

Самое главное — школа! В ней жизнь кипит ключом с утра до ночи. Каждый день учителя — это новые победы и поражения. Он вечный искатель, вечный альпинист, идущий к своей вершине. Педагогическое искусство, как и всякое другое, бесконечно сложно и требует от человека больших знаний и большой души. В жизни учителя случаются тяжелые, горькие минуты, но зато и радости неповторимы — таких не бывает ни у кого.

День учителя… Должно быть, в каждой школе собираются в этот день педагоги — и старые, и пожилые, и совсем молоденькие. Звучат остроумные тосты, интересные речи, царит неподдельное веселье. А кое-кому из старых взгрустнется: годы ушли, скоро и со школой прощаться… Но как же тогда жить? Школьный звонок, парты, тетради, ребячьи лица, любознательные, пытливые глаза, напряжение каждый день, каждую минуту — все это вошло в плоть и кровь, стало характером, наложило отпечаток на наш облик. Сколько раз, бывало, в автобусе или в поезде кто-нибудь незнакомый взглянет и спросит с улыбкой:

— Вы учитель?

— Конечно!

Ясное дело — «конечно». Кажется, никем другим и быть невозможно. В этом — жизнь.

Часто я думаю: есть что-то притягательное, неповторимое в нашей профессии. А что именно? Нет у нас аплодисментов, которыми одаривают артиста, и похвалами нас не часто балуют, и книжку новую подчас некогда прочесть, и ученик иногда обидит… И домой придешь — присесть бы к телевизору, да некогда — ждут тетради. И все-таки настоящий учитель никогда не изменит своей профессии. В чем же секрет, в чем особая радость нашего труда? Я думаю, прежде всего, в общении с детьми. Что там ни говорите, а это самая симпатичная часть человечества!

ЗЛОПОЛУЧНАЯ «ГАЛКА»

Еще вчера эта худенькая девушка была для кого-то Верочкой, для кого-то Верой, а сегодня она — «Вера Александровна». Практикантка, завтрашняя учительница. Она идет в класс. В руках у нее классный журнал, линейка и синяя тетрадочка с планом урока. Только что умолк звонок, и школа притихла. Чуть заметное колебание у двери, словно перед прыжком в воду. И вот — класс. Ребята дружно встают, приветствуя нового учителя.

Начало как у всех. А потом? Потом бывает по-разному. Одним природная интуиция и такт помогают быстро найти верный тон в обращении с детьми — тон уважения и требовательности. Другие не сразу, медленно, день за днем, от урока к уроку ищут, думают, учатся и в конце концов тоже осваивают сложное педагогическое искусство. А вот у третьих так ничего и не получается. На второй, на пятый, на седьмой год они спотыкаются о те же камни, ушибаются о те же углы, что и в первые дни работы. Это значит — они не нашли своего призвания, и, возможно, где-то их ждут другие дела, в которых они найдут себя.

А как у Веры Александровны? Она, конечно, волновалась, но ученикам до этого не было дела. Они думали: что за человек новая учительница? Вот она перед ними. Еще совсем юная… Но как будто требовательная. Несколько смущена, но брови хмурятся строго. А как объясняет? Уверенно, громко, но, пожалуй, чуть-чуть заученно. Да, так оно и есть — свой первый урок она выучила почти наизусть.

Вот она рассказала новый материал. Потом вызвала к доске ученика. С задней парты вышел вперевалку второгодник. Оказалось, что он чуть не на голову выше учительницы. Стал писать химическую реакцию и запутался. Вера Александровна стала объяснять ему, а он обернулся к классу и скорчил глупую рожу. Ребята засмеялись. Вера Александровна растерянно оглянулась. «Почему смеются? Неужели ошиблась?» Эта растерянность снова рассмешила ребят. Учительница рассердилась:

— Что за смех?

Все приумолкли и ждали, что будет. Уже без увлечения, кое-как, Вера Александровна закончила объяснение.

А потом кто-то пустил бумажную галку. Она описала над головами ребят изящную кривую и неуклюже приземлилась на раскрытый классный журнал. Как поступить в таком случае? Опытный учитель овладел бы вниманием класса и после галки. Он мог бы, например, пошутить, мог бы подчеркнуто не обратить на галку внимания.

Возможны десятки правильных реакций, и какую учитель выберет, зависит просто от его характера. А вот Вера Александровна отреагировала, как говорят, на полном серьезе.

— Кто пустил? Встать!

Ребята, конечно, знали — кто, но выдавать товарища не собирались. Пусть сам скажет, если не трус.

— Кто? — вопрошала учительница. — Кто?

Возможно, виновник встал бы и сознался, но тут прозвенел звонок. И вдруг Вера Александровна заявила:

— Не уйду из класса, пока не скажете.

Это уже грубая ошибка. До сих пор Вера Александровна была вместе с классом, теперь — одна против всех. И ребята сразу поняли это. Учительница заняла такую позицию, в которой поражение неизбежно.

Перемену ребята просидели в классе, перешептываясь и посмеиваясь, без признаков раскаяния, а потом в класс явился другой учитель. Вере Александровне пришлось уйти ни с чем. Впрочем, это не точно: она унесла в учительскую злополучную галку.

Казалось бы, ничего страшного не произошло, но в отношениях между начинающей учительницей и детьми