Из Курска в Рим. Воспоминания - Виктор Иванович Барятинский

барышней ее увидел в Риме в 1852 г. великий князь Николай Николаевич, назвавший ее «премиленькой»{13}.

В самом деле, по словам современников, княгиня Барятинская была красавица и лицом и душой{14}. Кроме того, Мария Аполлинарьевна так же интересовалась археологией и античным искусством. Как видим, у молодой четы было много общих интересов и увлечений, сделавших их брак счастливым.

После заключения мира, с уничтожением любимого Черноморского флота, князь в 1857 г. решил уйти в отставку с придворным чином шталмейстера Высочайшего Двора.

Увиденное, прочувственное, пережитое не оставляло В.И. Барятинского на протяжении всей жизни. Всё это нашло отражение в «Воспоминаниях», к которым князь возвращался на протяжении всей его жизни. Мемуары диктовались Виктором Ивановичем в 1855, в 1888, в 1893–1896 гг. В целом, воспоминания были написаны слогом ясным, простым, живым.

В начале своих записок князь стремился описывать героизм и подъем русского духа в Крымской войне в несколько романтическом аспекте. Но с течением времени характер воспоминаний менялся: исчез приподнятый характер повествования. По мнению исследователя И.И. Подольской, «хотя князь Барятинский не пишет о причинах неудач, но самый характер рассказа о потерях неумолимо свидетельствует о полной исчерпанности государственной системы, уже неспособной предотвратить трагического хода событий»{15}.

Однако и сам жизненный путь князя Барятинского свидетельствует о решительном настрое князя против нравов светского Петербурга, вплоть до ухода в отставку.

По воспоминаниям П.В. Долгорукова (1816–1868), «князь Виктор, бывший моряк, отличный человек, никогда не хотел воспользоваться придворным влиянием своего брата для получения лент, чинов, крестов и прочей дряни, за которою столь усердно гоняются петербургские мелкие честолюбцы и достигнуть которых было бы ему весьма легко через фаворизм его брата. Князь Виктор Иванович, одаренный благородной душой, предпочел придворному холопству жизнь независимую»{16} в херсонском и курских имениях.

Сначала семья поселилась неподалеку от Одессы. Но затем стали подолгу жить и в Нижних Деревеньках около курского Льгова, а также в любимом курском поместье — селе Груновка Суджанского уезда, где князь много трудился над благоустройством и украшением поместий.

В рукописи, посвященной истории этой деревни, курский краевед Василий Семенович Шелехов приводил интересные факты о хозяйственной деятельности князя Барятинского, стремившегося к росту благополучия своих крестьян. В частности, Шелехов отмечал: «Виктор Иванович был красив, смел, широко образован и прекрасно рисовал. Он любил море, путешествия, книги и искусство. Ему повезло: он много путешествовал, а к концу жизни собрал в своем родовом имении (в Курской губернии) хорошую библиотеку и весьма значительную коллекцию картин»{17}.

 Именно к этой библиотеке по истории русской армии (из 25 тыс. томов!) была присоединена и вышеупомянутая громадная библиотека старшего брата.

По свидетельству В.С. Шелехова, собрание книг брата Виктор Иванович передал московскому Историческому музею еще в 1887 г. Вероятно, данное решение мотивировалось предстоящим отъездом за границу по причине слабого состояния здоровья и врачебного совета жить в теплом климате.

Последние 12 лет Виктор Иванович провел за границей, преимущественно в Риме. Выбор Виктором Ивановичем столицы Италии в качестве нового места жительства был не случаен, ибо слишком многое единило его семейство с этим удивительным городом: здесь провели медовые месяцы своей жизни его родители; сюда эмигрировала тетка Анна Ивановна Толстая; в Риме выросла его супруга Мария Аполлинарьевна{18} (отец которой представлял дипломатические интересы России в Вечном городе в 1843–1853 годах{19}). Кроме того, здесь проживали его сестра Леонилла с племянницей Антуанеттой, довольно удачно выданной замуж за князя из древнего итальянского рода Киджи (Chigi).

Уже становилось доброй семейной традицией — в поисках счастья уезжать в Grand Tour, в Италию. Италия для всех русских была символом романтического края, где не только все поют и танцуют, не зная грусти, но и где слились в гармоничном единстве природные богатства и чудеса искусства.

По приезду в Рим Виктор Иванович со всем своим большим семейством разместился в городском дворце гостеприимных итальянских родственников — семейства Киджи{20}. Как человек мыслящий и честный перед собой, он много думал в эти годы над нравственной причиной своего отъезда. Воспоминания, напечатанные в «Русском архиве» в 1904–1905 гг., содержат свидетельства о том, почему российские дворяне на рубеже веков уезжали из страны. Увы, причина крылась не только в духовно—идейных поисках, но и просто потому, что «отвратил» Петербург{21}.

Мария Аполлинарьевна{22} в римском палаццо организовала салон, который посещали все русские в Италии. Она активно участвовала в художественной и культурной жизни Рима, состояла почетным членом Библиотеки Гоголя.

Остановимся немного на детях, так как с Виктором Ивановичем эмигрировали все дочери и младший сын Виктор Викторович (1861–1915) — талантливый пианист—любитель. По словам современника, «музыка, как лава, исходила из него, когда он садился за фортепиано и был в духе... круглота его звука была совсем исключительная»{23}.

Дочери же унаследовали художественные таланты родителей. Личная жизнь двух, увы, не сложилась. Старшая — княжна Мария Викторовна (1859–1942) — занималась благотворительной деятельностью, будучи председателем «Кружка поощрения молодых художников в Риме».

Младшая дочь — княжна Ольга Викторовна (1865–1932) — более прославилась как художница. В 1927 г. она приняла швейцарское гражданство.

Средняя же — Леонилла Викторовна (1862–1947), нареченная так в честь своей родной тетки, в 1893 г. вышла замуж за князя Андрея Августиновича Голицина, отставного лейтенанта флота (1867–1936), сына писателя—католика А.П. Голицына (1824–1875). Он проживал в Париже и создавал свои произведения не только на русском, но так же на французском и итальянском языках.

Сестры всю жизнь были тесно связаны между собой и были погребены в одной могиле на римском кладбище Тестаччо{24}.

Так в роду Барятинских появилась еще одна линия, тесно связавшая свои судьбы с Европой. Рукопись публикуемого дневника В.И. Барятинского (9 тетрадей) сохранила его невестка Софья Николаевна Коханова (1868–1938) — супруга младшего сына В.И. Барятинского{25}, передав их затем княжне Е.В. Волконской{26}. С.М. Волконский с восхищением писал о Кохановой: «Она разливала жизнь вокруг себя. Она имела настоящий дар смеха не только для себя, но и для других»{27}. Виктор Викторович скончался на Женевском озере, в Веве от болезни почек и был похоронен на местном кладбище Св. Мартина (позже его прах был перенесен в могилу жены).

 Софья Николаевна пережила своего супруга на 23 года. Вдова Виктора Викторовича скончалась в Риме 17 января 1938 г. Денег на отдельное захоронение не хватило и тело ее было помещено в