Капризы судьбы - Кэтлин Гивенс

Как обычно, Милфорд не предупредил Эйлин о визите жениха, и у нее не осталось времени на то, чтобы переодеться и причесаться. Она опять вздохнула, оглядев свое старенькое черное платье, которое продолжала носить, хотя траур уже закончился. После смерти родителей прошло два долгих года, но у нее не было денег на новую одежду.

– Пожалуйста, поспешите, мисс.

Сим переминался с ноги на ногу, хмуро сдвинув брови. Она улыбнулась, пытаясь его успокоить:

– Не волнуйся, Сим. Скажи Милфорду, что я сейчас приду.

Мальчик бросился к двери, но Эйлин его окликнула.

– Какой он из себя? – спросила она.

Тревога на лице Сима сменилась недоумением.

– Милфорд хочет познакомить меня с каким-то мужчиной?

Паренек кивнул.

– Кто он такой?

– Я никогда раньше его не видел, мисс.

– Как он выглядит?

Сим пожал плечами:

– Он большой и страшный, мисс. Прожигает глазами насквозь. Милфорд привел с собой охрану.

– Отлично, – пробормотала Эйлин.

Возможно, у такого мужчины низкие запросы и он согласится на ней жениться.

Когда она вошла в холл, Милфорд сидел в конце длинного стола. Незнакомец стоял лицом к нему, спиной к Эйлин. Сим оказался прав: гость отличался крупным телосложением и был хорошо вооружен. На его бедре висел меч, на талии – длинный кинжал, а за поясом торчали два пистолета.

Раньше, когда Милфорд представлял ее потенциальному жениху, он фальшиво радовался, громко приветствовал гостя и обращался с Эйлин как с дорогой родственницей, которую боялся потерять. Сейчас же он удостоил ее лишь беглым взглядом и ворчливо попросил подсесть к столу. Охранники Милфорда, стоявшие за его спиной, возле камина, почувствовали облегчение, увидев Эйлин.

Она подошла к ним и встала рядом с незнакомцем, не глядя на него. Однако ей удалось кое-что рассмотреть. На нем не было парика. Его темные волосы, аккуратно зачесанные назад и собранные в «хвост» на затылке, оттеняли бледное лицо. Одежда гостя отличалась модным покроем. На соседней скамье лежало пальто из тонкой черной шерсти, отделанное плетеной тесьмой. Белая льняная рубашка, заправленная в желтовато-коричневые брюки, выглядывала из черного парчового сюртука, облегавшего широкие плечи и стройный торс незнакомца. Шелковый галстук, аккуратно и красиво повязанный, щегольски смотрелся под воротничком рубашки. Длинные пальцы гостя обтягивали простые перчатки из черной кожи. Чувствовалось, что у мужчины водятся деньги.

Эйлин оглядела свое муслиновое платье, заштопанное во многих местах и с рваным подолом. «Он подумает, что я нищенка», – решила она.

– Он француз, – уведомил Милфорд. – Во всяком случае, так он утверждает.

Незнакомец встал и повернулся к ней лицом. Он оказался очень высоким. Она отступила назад, приняв его поклон. Выпрямившись, он посмотрел ей в глаза. Мужчина необычайно хорош собой и явно сознает свою красоту. Его ярко-голубые глаза, обрамленные темными ресницами и прямыми бровями, смотрели добродушно, на заросшем многодневной щетиной лице с классическим носом и полными губами едва промелькнула улыбка. Борода мешала определить его возраст. Возможно, ему за тридцать, но, возможно, и меньше. Он с веселым удивлением заметил ее оценивающий взгляд.

– Мадемуазель, – наконец обратился он по-французски, – надеюсь, я вам понравился.

Щеки Эйлин покрылись густым румянцем. Еще ни разу Милфорд не приводил к ним в дом такого красавца.

– Ты говоришь по-французски? – спросил ее Милфорд.

– Да, – ответила Эйлин.

– Поговори с ним, – велел Милфорд. – Узнай, как его зовут, и откуда он прибыл.

Она вскинула брови:

– Ты не знаешь, кто он?

– Двое мальчишек нашли его спящим в старом коттедже. Откуда мне знать, кто он? – Милфорд нахмурился, потом тихо застонал. – Кажется, я догадался, о чем ты подумала, Эйлин. Нет, я привел его сюда не для того, чтобы он на тебе женился. Попроси его сесть.

Эйлин кивнула и села на скамью рядом с незнакомцем, расправив юбки и стараясь думать о французских глаголах, а не о мужчине, сидевшем возле нее.

– Поговори с ним, – повторил Мил форд, скрестив руки на груди.

Она начала беседу, сначала с запинками и паузами, потому что незнакомец очень пристально ее разглядывал и ей стало немного не по себе.

– Добро пожаловать в Ронли-Холл, сэр. Вы говорите по-французски?

– Oui, mademoiselle.

– И немного по-английски?

– Un petit pen.

– Что он сказал? – спросил Милфорд.

– Я поприветствовала его. Он сказал, что говорит по-французски и немного по-английски.

– Спроси, кто он такой.

– Как вас зовут, сэр? – спросила она незнакомца по-французски.

– Бельмонд, мадемуазель.

– Это его фамилия? Бельмонд? – спросил Милфорд. – А имя? Откуда он приехал?

Эйлин задала Бельмонду требуемые вопросы.

– Жан-Поль, мисс. Жан-Поль Бельмонд.

– Вы француз, сэр?

– Oui.

– Откуда вы?

Бельмонд улыбнулся. На его левой щеке появилась милая ямочка. У нее перехватило дыхание, и он заметил ее реакцию. Эйлин почувствовала легкое раздражение. Мужчина слишком самоуверен!

– Лондон, мадемуазель.

Милфорд нетерпеливо заерзал на скамье:

– Лондон! Так он из Лондона? Гугенот?

– Oui, monsieur, – ответил Бельмонд Милфорду. – Гугенот.

– Где именно в Лондоне вы жили?

– В Спитлфилдсе, – ответил Бельмонд, потом взглянул на Эйлин: – Я немного говорю по-английски, мадемуазель.

Она кивнула. В Спитлфилдсе полно гугенотов – религиозных беженцев, которые покинули Францию Людовика XIV, после того как он отменил Нантский эдикт и лишил их свободы вероисповедания. Их приняли с распростертыми объятиями, как соратников протестантов и людей, поддерживающих короля Вильгельма.

– Вы не похожи на ткача, – усомнился Милфорд, потом обернулся к Эйлин: – Скажи ему.

Когда она перевела, Бельмонд опять улыбнулся:

– Не все гугеноты ткачи, портные или часовщики, мадемуазель. Я, например, солдат.

– Солдат, – повторил Милфорд, услышав перевод. – И где же он собирается служить?

– В Шотландии. Я предложу свои услуги армии короля Вильгельма.

– Что он говорит про короля Вильгельма? – спросил Милфорд. – Скажи ему, что я воевал вместе с Вильгельмом при Маастрите и оставался с ним на протяжении всей Бойнской битвы.

Эйлин не пришлось переводить слова Милфорда. В глазах Бельмонда мелькнуло нечто похожее на гнев. Но почему слова Милфорда разгневали гугенота?

– Вы мой соратник, – заверил Бельмонд Милфорда на ломаном английском.

Милфорд с улыбкой кивнул:

– Вы увидите, что Вильгельм – хороший военачальник. Где именно вы собираетесь вступить в его армию?

– Там, где его найду, – ответил Бельмонд через Эйлин.