Капризы судьбы - Кэтлин Гивенс

– Он чуть не ударил вас.

– Но потом опомнился. Он знает, что со мной нельзя плохо обращаться. Его мать приходилась дочерью нашему главному садовнику. Милфорд завладел Ронли-Холлом, но я здесь выросла, и он не посмеет обращаться со мной плохо.

– Вы очень фамильярны друг с другом.

– Я знакома с ним с детства.

– Каким образом внук садовника стал владельцем Ронли-Холла?

– Когда умер мой отец, мы обнаружили, что у него осталось много долгов. Мне пришлось продать все его имущество, чтобы погасить долги.

– Где Милфорд взял деньги на покупку поместья?

– Он служил в армии короля Вильгельма.

– Он воевал на континенте?

– Конечно, тогда Вильгельм еще не был королем Англии. Да, Милфорд воевал на континенте с Францией. Вильгельм ненавидит Францию. Воевал Милфорд и в Шотландии.

– Он офицер? Ваша семья выкупила его патент?

– Нет. Вряд ли у него высокое воинское звание. Почему вы так решили?

– Странно, что простой солдат сумел заработать деньги на покупку поместья. Вероятно, он выполнял какие-то особые поручения?

– Может быть. Мне сказали, что он служил в армии короля Вильгельма. Больше я ничего про него не знаю. Честно говоря, у меня нет времени, чтобы много думать о Милфорде.

– Почему вы до сих пор здесь живете?

– Мне больше некуда деться. Милфорд разрешил мне остаться в поместье.

– Представляю, как трудно вам уехать из отчего дома.

– Я много лет жила в другом месте, но здесь прошло мое детство.

Она опять принялась возиться с узлами.

– Интересно, что он оставил вас со мной в подвале.

– Интересно? Я бы назвала иначе.

– Где вы и ваша семья жили помимо Ронли-Холла?

– В Лондоне.

Теперь понятно, откуда у нее хорошие манеры, подумал Нейл. Эйлин не похожа на сельскую девушку. Она воспитывалась в роскоши, а потом осталась одна.

– У вас нет родных – сестер или братьев, – которые могли бы взять вас к себе?

Она натянуто улыбнулась:

– Нет. Моя сестра умерла. А мои кузены не захотели принять меня, после того как мой отец отрекся от короля Вильгельма.

– И больше вам не к кому обратиться? Как насчет родственников вашей матери?

– Я ничего о них не знаю. А они, наверное, ничего не знают обо мне.

Она опять склонилась над веревками. Свет факела мерцал на ее золотых волосах – волосах Маккензи. Дочь Катрионы так одинока в этом мире.

– Вы не боитесь меня, мисс Ронли?

– Нет.

– Почему?

– Вы не причините мне зла.

– Откуда вы знаете?

Она посмотрела ему в глаза.

– Трудно сказать, месье Бельмонд. Наверное, просто догадываюсь. С вами я в полной безопасности, – она покраснела и продолжала сухим тоном, – к тому же я всегда могу постучать в дверь, и меня выпустят. Охранники ждут моего сигнала.

– Я мог бы убить вас раньше, чем вы доберетесь до двери.

Эйлин нахмурилась:

– Вы пытаетесь меня запугать? Но я вас совсем не боюсь. Впрочем, сэр, у вас есть единственная возможность причинить мне вред. Если вы расскажете мне правду о себе, я могу умереть от шока. – Она развязала последний узел. – Ну вот, месье Бельмонд. Теперь вы можете двигать руками.

Она встала и отошла от пленника.

Превозмогая боль, Нейл пошевелил пальцами. Но его правая нога занемела. Он осторожно подтянул колено к груди.

– Значит, вы ничего мне не расскажете, – устало изрекла Эйлин. – Вы никому не доверяете? Можете не отвечать. Просто мне интересно, что на уме у такого человека, как вы.

– У такого человека, как я? Что вы имеете в виду?

– У человека, который убивает других людей, чтобы заработать себе на хлеб.

Нейл растерянно заморгал. В ее словах чувствовалось неприкрытое отвращение.

– Вы бывали в Сан-Себастьяне? – спросил он.

– Да. В отличие от вас я не лгу.

– Вас возили туда ваши родители?

– Я ездила со своими кузинами.

– Когда вы там были?

– Не важно.

– Вы не хотите говорить?

– Да, не хочу.

Он весело усмехнулся:

– Значит, вы утаиваете информацию?

– Беру пример с вас, сэр.

– А я разве что-то утаиваю?

– Конечно. Вы притворяетесь французом, но я готова поспорить, что вы такой же гугенот, как и я, несмотря на ваш дорогой костюм. Мне кажется, вы шотландец.

Нейл насторожился. Эйлин продолжала небрежным тоном, как будто речь шла о погоде:

– Вас обучил французскому языку человек, который говорил на парижском, а не на бретонском диалекте. К тому же вам знакомо имя моей мамы.

– Вы в самом деле дочь Катрионы Маккензи?

– Да. А вы из клана Маккензи?

– Нет, – ответил Нейл после долгого молчания.

– Но вы слышали фамилию Маккензи.

– Маккензи – распространенная в Шотландии фамилия.

– Вряд ли вы знали бы об этом, будучи французом. Только, пожалуйста, не говорите, что шотландец, у которого вы выиграли кольцо, относился к клану Маккензи. На кольце другая печать.

Нейл массировал свою лодыжку, пытаясь шевелить затекшими пальцами ног. Свет на мгновение погас, и Эйлин взглянула на факелы.

– Кем был ваш дед? – спросил Нейл.

– Какая разница? Он уже умер.

– Иногда умершие родственники играют важную роль в нашей судьбе. Почему убили вашего отца?

Она вздохнула:

– Мне сказали, что с ним произошел несчастный случай. Возможно, люди правы. Мой отец много пил.

– Он умер после того, как отрекся от короля Вильгельма?

– Да, на следующий день.

– Может, простое совпадение?

– Кто знает? Вильгельм и мой папа все время не ладили между собой.

– Они знали друг друга?

– Короля знают все.

– Но король знает не всех. Почему Вильгельм повелел убить ваших родителей?

– Возможно, он здесь ни при чем. Если бы Вильгельм убивал всех, кто от него отрекался, ему хватило бы работы на много лет. Впрочем, я знаю, что отречение моего отца сильно задело Вильгельма.

– Почему?

– Мой отец отрекся публично.

– Так поступали многие.

– Да, но мой отец был… – Она замолчала, плотно сжав губы.

– Кем был ваш отец?

– Не важно.

– А я подозреваю, что очень важно, мисс Ронли.

– Для вас нет, месье Бельмонд.

Его ноги постепенно приобретали чувствительность. Они болели, так же как и все тело, но боль означала, что конечности еще живы. Он пошевелил пальцами ног и довольно улыбнулся.

– Он опять вас побьет, – уверила его Эйлин.

– Знаю.

– Почему вы не хотите мне сказать, кто вы такой? Ваше молчание доказывает вашу вину.

Он осторожно ощупал свой рот, вытерев с губ запекшуюся кровь. Эйлин спокойно наблюдала за его действиями. Похоже, она не из брезгливых.

– Он опять вас побьет, – повторила она, подавшись вперед. – Я не сумею его остановить.