Падение ангела - Лана Шэр

купил её, захочет вернуть себе то, что по его мнению, ему полагается, не давала мне покоя. Хоть Марк и приставил к зданию больницы охрану, а также поставил одного своего парня к палате Хлои, я всё равно переживала.

Именно поэтому мне безумно хотелось как можно скорее забрать её из больницы и перевезти в более безопасное место, спрятав ото всех.

Подумав обо всем этом я решила позвонить Марку и узнать, как продвигается «грязная часть работы». Но он не ответил. Это был уже третий раз за неделю.

Они с Кларком работали над информацией, которая содержалась на флешке в квартире Уилла. Хотели одним махом прижать всех, на кого там был собран компромат.

Утром он уезжал ещё до того, как я выходила из душа, а возвращался поздно ночью. Мы мало общались, и в какой-то степени я была виновата в этом сама. Ведь я отталкивала его и всячески старалась показать, что сейчас мне нужно пространство. А он, вероятнее всего, это понимал и старался дать то, что мне необходимо.

Ну… или я так его бесила, что он избегал меня, чтобы не придушить.

Допускаю оба варианта. Но надеюсь на первый.

Сев в машину, я направилась в его дом, по дороге думая о том, чем смогу занять время до следующего утра, когда вновь смогу увидеть сестру. В расписание обязательно включалась стрельба (единственное, что помогало мне снимать напряжение), а ещё бег по лесу, окружающему дом.

Это казалось странным, потому что с хреновым режимом сна и питания я зачем-то выматывала себя ещё больше, но иного способа проживать то, что навалилось на меня за последнее время я просто не находила.

Марк с неодобрением наблюдал за тем, как я себя извожу, но здесь тоже старался не вмешиваться. Лишь однажды между нами произошла ссора, когда после одной из пробежек я вернулась в дом и разрыдалась прямо на полу в спальне, не успев дойти до душа. Тогда он успокоил и поддержал меня, но слишком сильно пытался убедить в том, что я должна лучше заботиться о себе.

Ссора была из-за того, что головой я понимаю, что он прав. Но пока моя сестра, жестоко избитая и изнасилованная бесчисленное количество раз, лежит в чёртовой больнице, я не могу думать о себе. Уж извините.

Приехав к дому, я увидела машину Марка. Это удивило меня, потому что как вы помните, последнее время он возвращался поздно ночью.

Это могло значить как что-то обнадёживающее, так и очень, очень хреновое.

Быстро глушу мотор и выскакиваю из машины, спеша зайти внутрь дома. Пожалуйста, пусть новости окажутся хорошими. Или хотя бы никто из невинных людей больше не пострадал. Прошу, я больше не выдержу.

От напряжения я вновь стала забывать нормально дышать.

И каково же было моё удивление… нет, абсолютный шок, когда я увидела, что гостиная выглядела как в каком-то романтическом фильме. Внутри было абсолютно темно и лишь горящее пламя десятков свечей освещало пространство. Перед большим диваном на журнальном столе стояли тарелки с чипсами, попкорном, сладостями и прочей гадостью. На телевизоре был открыт онлайн-кинотеатр, предлагая фильмы разных жанров.

В доме чем-то вкусно пахло, но я не сразу смогла определить чем именно, пока из кухни не вышел Марк, неся на вытянутых руках большую пиццу. Увидев меня, он слегка притормозил и улыбнулся, ничего не говоря.

— И что здесь происходит? — поднимаю бровь, глядя на мужчину и забавляясь от открывшейся мне картины.

Марк, он же дьявол во плоти, он же клубный король, он же криминальная элита города — в одних спортивных штанах расхаживает по дому с пиццей в руках, освещенный лишь пламенем от свечей (которые, кстати, зажёг сам, как вы понимаете) и, вероятно, собирающийся предложить мне посмотреть кино, уютно устроившись у него под боком.

Или я всё не так поняла?

У кого ещё есть версии относительно происходящего?

— Пока ничего. Но раз ты уже здесь и сама же сломала свой сюрприз — раздевайся и падай на диван. Я почти закончил.

— Марк, это…

— Замолчи и садись. Это не предложение, Алана.

Я уже открыла было рот, чтобы возразить и высказаться относительно его приказного тона, но сдержалась. Чёрт. Прекрати быть такой сукой. Он же старается.

Закатываю глаза, после чего бросаю сумку на полку, стягиваю куртку и иду в ванную, чтобы вымыть руки и немного привести себя в порядок. А ещё уговариваю себя немного подыграть Марку. Хотя бы из благодарности за то, что он не послал меня за моё поведение последних дней.

Когда я спускаюсь обратно, то нахожу его всё в том же виде (наверняка бесстыдник намеренно остался лишь в одних штанах, прекрасно зная, какое впечатление производит на меня его тело), вальяжно рассевшимся на диване. Бросив на меня взгляд, он лишь слегка кивнул головой, приглашая меня присоединиться. Также молча подхожу и усаживаюсь рядом, но не успеваю нормально сесть, как мужчина сгребает меня и притягивает к себе.

— Эй, — пытаюсь слегка отстраниться, на что он только жёстче фиксирует меня на месте.

— Сиди и не дёргайся. На сегодняшний вечер я краду тебя у твоих печали, злости и сопротивления. Сиди, жуй попкорн, смотри любую хрень, какую захочешь и будь рядом. Если захочешь — я буду молчать. Но больше я так не выдержу, ангел. Ты нужна мне.

Не отвечаю, растерявшись от слов и честности мужчины. А ещё от радости за то, что не оттолкнула его своей нынешней неадекватностью.

— С солёной карамелью, твой любимый, — увидев моё смущение, он потянулся за коробкой с попкорном и вручил её мне, а во вторую руку вставил пульт, — Выбирай что хочешь, я готов на всё.

С минуту я смотрю на Марка, испытывая просто сумасшедшую гамму чувств, после чего начинаю смеяться, выпуская наружу через смех скопившееся напряжение.

— Ты ненормальный, знаешь? — отставляю попкорн на стол, а пульт кладу рядом, после чего разворачиваюсь к мужчине и, глядя ему в глаза, произношу, — Спасибо.

Ничего не отвечая, он вновь обхватывает меня за плечи и притягивает к своей груди. Утыкаюсь носом в его шею и вдыхаю тот самый запах, который ощутила в первый день нашего знакомства. Его запах.

— Я боялась, что ты возненавидишь меня.

Это признание даётся мне нелегко, но я решаю ответить откровенностью на откровенность.

— Хрен тебе. Я сказал, что ты моя. И ты моя, Алана. Что бы ты не вытворяла. Я всегда буду выбирать тебя. Надеюсь ты уже запомнила, что моё слово всегда имеет вес. Особенно если это касается тебя.