Падение ангела - Лана Шэр

Я едва заметно улыбнулась, не сводя глаз с сестры. В этом мужчина был прав. Мы — бойцы. И никаким мерзким подонкам не удастся забрать у нас то, что принадлежит только нам. Жизнь, достоинство, друг друга.

Больше никогда никто не сделает ничего подобного.

Через неделю Хлоя очнулась. И этот день я запомню на всю жизнь.

Марк был на перевязке и когда он вошёл в палату, вокруг были врачи, а я стояла в углу и обливалась слезами, благодаря всех святых за то, что моя младшая сестра ко мне вернулась.

Не говоря ни слова, мужчина прижал меня к себе и я едва держалась, чтобы не растолкать врачей и не задушить Хлою в объятиях. Единственное, что помогало мне держать себя в руках — это понимание того, что теперь у нас впереди целая жизнь.

И моя малышка жива.

Остальное не имело значения.

Глава 57

Следующие дни были безумно сложными для всех. То, что Хлоя очнулась ещё ничего не значило. Нет, конечно, для меня это имело просто огромное значение, но врач сказал, что она может отключиться в любой момент снова. Серьёзность её травм была высока и риск вегетативного состояния тоже был высок.

Меня не пускали к ней, чтобы я «не нарушила её покой», и даже несмотря на то, что я рвалась в палату сестры как дикий Цербер, это не помогало. Не срабатывал даже грозный вид Марка и все его методы влияния на людей. Угрозы, подкуп и прочие прелести, я полагаю.

Меня только заверяли, что это для блага Хлои и я держалась изо всех сил, убеждая себя в том, что доктор прав.

Но эти чёртовы дни были невероятно тяжёлыми. Потому что когда казалось, что всё позади, мы столкнулись с новым препятствием.

И когда я впервые вновь смогла увидеть сестру, я, кажется, постарела от стресса лет на десять. По крайней мере я так чувствовала, когда видела в зеркале чёрные синяки под глазами, осунувшиеся плечи и безжизненный взгляд.

Я так сильно боялась, что она всё же не выкарабкается и эти ублюдки, сотворившие с ней столько ужасного, победят, что не могла нормально жить. Марк старался заботиться обо мне, но к своему стыду я превратилась в настоящую неадекватную суку, держа его на расстоянии и кусаясь каждый раз, когда он что-то предлагал мне во благо.

В день, когда я смогла увидеть Хлою — я едва удержалась на ногах. После почти бессонной ночи и чашки кофе, наспех влитой в себя перед выходом, это было действительно непросто. Но всё казалось совершенно неважным, потому что я наконец оказалась рядом с сестрой.

— Привет, малышка, — дрожащим голосом произнесла я, медленно опускаясь в кресло рядом с её кроватью, — Как ты?

Дыхание перехватило и горло сжало спазмом, в то время как на глаза предательски наворачивались слёзы, которые я едва могла сдерживать.

— Фу, ты что, плачешь? — слабо усмехнулась Хлоя, вызвав во мне ответную улыбку, — Чувствую себя так, будто умерла и попала в больничный ад.

— Уверена, так это и ощущается, — беру её за тонкую исхудавшую руку и слегка сжимаю, — Ты здесь.

И в этих словах содержалось так много эмоций, событий, страхов и радости, что дополнительных комментариев просто не требовалось.

— Да, я здесь, — прикрывает глаза и делает вдох, после чего всё тем же пока слабым голосом шепчет, — Спасибо тебе. Я уже не верила, что ты найдёшь меня.

— Я не могла не найти тебя, сестрёнка, — всхлипываю, пока по телу бежит колючая ледяная дрожь, — Я бы сожгла этот мир, но нашла тебя. Рано или поздно.

— Было почти поздно, — отвечает Хлоя и моё сердце сковало острой болью и отчаянием от того, что я пока даже не представляю что ей пришлось пережить за всё то время, пока она была у тех людей.

— Теперь это не важно. Ты здесь и больше никто не сможет тебе навредить. Пить хочешь? Я принесла твой любимый мерзкий сок с алоэ, — достаю из сумки бутылочку с зелёной жидкостью, не отнимая свою руку от её, — Держи. Несколько небольших глотков, медленно.

Помогаю сестре подняться и снимаю с бутылки крышку, вставляя ёмкость в её пока слабые руки. Врач запретил приносить ей что-то, но я не могла слегка не нарушить правил, чтобы дать Хлое почувствовать что-то из того, что делало бы её жизнь прежней. Потому что ничего, что было прежде, на самом деле уже нет. Мы создадим новое. Вместе.

Но пока я надеялась, что какие-то привычные вещи помогут ей вернуться в строй немного быстрее.

Какое-то время я провожу в её палате, рассказывая о том, что происходило в моей жизни пока её не было. Я старалась не вдаваться в подробности и оставила все самые шокирующие факты на потом, ограничившись общими фразами и более-менее нейтральными историями.

— Оказалось, что видео с камер кто-то стёр, но Марк сумел восстановить парочку. Тогда-то я и увидела тебя в ту ночь, — говорю, гладя Хлою по прохладной руке.

— Марк правда помогал тебе? Я ведь говорила, что он неровно дышит к моей старшей сестре, — серьёзно?

Эта дурында, едва отойдя от комы, пережив кучу кошмарных вещей, оказавшись на грани жизни и смерти хочет сейчас поболтать по-девчачьи и разобраться в моих отношениях с Марком?

— Хлоя, я… — качаю головой, немного рассмеявшись, — Ты просто неисправима.

— Просто скажи, что я была права. Это сразу меня исцелит, — сестра старается шутить и выглядеть бодро, но от моего взгляда не уходит то, что она уже истощена и ей необходимо было отдохнуть.

Пообещав, что вернусь завтра, я оставила её, после чего пошла поговорить с доктором и узнать когда же наконец смогу забрать её из больницы. Но ответ меня разочаровал, потому что точных сроков он назвать не сумел.

Хлою необходимо было держать под наблюдением и следить за её состоянием, а помимо этого некоторые травмы и разрывы внутренних органов требовали длительного лечения.

Чёртовы ублюдки. Надеюсь, что Марк вместе со своим пугающим другом смогут найти всех, кто замешан в этой ужасной схеме и стереть их с лица Земли. Если нет — я сама за это возьмусь. Не знаю как, но я найду способ.

Выхожу из здания больницы и вдыхаю холодный воздух. Она жива. Моя сестра жива и это главное. Пусть врачи делают свою работу и заботятся о ней, пока это необходимо. Нам некуда спешить.

Хотя моя тревога о том, что тот человек, который