Парадокс Севера - Виктория Юрьевна Побединская

— Нет.

— Если не хочешь идти, сразу бы так и сказала.

Я тяжело вздохнула.

Много раз мне говорили: легко встречаться с парнем, не прикипая к нему душой, но это был не мой случай. Да, мы были молоды, по-детски влюблены, Сашка был моим первым и единственным парнем, но это не значит, что я могла забыть его так просто. А может, просто отпустить боялась. Прячась за его несуществующей спиной от каждого, кто осмеливался приблизиться.

— Паш, мой парень умер, — потупив взгляд, ответила я. — Я поэтому не рвусь заводить новые отношения. Так что не дави на меня.

— Понятно, — ковыряя носком ботинка землю, ответил Пашка.

В этот миг мне стало отчаянно его жалко. Я коснулась его рукава, чтобы привлечь внимание.

— Но это не значит, что кино отменяется, — улыбнулась я.

Ко входу подъехал черный Астон Мартин, который сложно было перепутать с чьим-то еще. Хотя бы от того, каким взором его всегда провожали. Казалось, эта машина была главной гордостью не только ее хозяина, но и всей академии.

Припарковавшись прямо в центре, из-за руля вышел и-дураку-ясно-кто, перекинул ключи Максу, и как английский лорд, слегка опираясь на трость — явно не пользы для, понтов ради — направился в здание.

Лицо его было как обычно непроницаемым, но довольным. Как пить дать гордился собственными прихлебателями, делающими вместо него грязную работу.

Макс скользнул на водительское сиденье. Слишком демонстративно заставил мотор взреветь, чем привел в восторг собравшихся, а потом, наконец, смылся. Я еще раз бросила взгляд в след проехавшему на парковку автомобилю. А потом задумалась.

— Лисенок, — окликнула я подругу, вытаскивая из ее уха наушник. В голову пришла просто гениальная идея. — У тебя еще остались те наклейки?

Старостина непонимающе кивнула.

Я довольно ухмыльнулась, потирая руки.

«Ты даже не представляешь, милый Север, с кем связался».

Глава 11. День отмщения

Сегодня вечер отмщения. Еще конечно же и кино. Но месть в этом списке значится первой.

Поэтому даже пришлось прогулять последнюю пару, и красться по коридорам, как ниндзя, чтобы гарантированно не столкнуться с Севером.

Подземная парковка встретила меня прохладой и запахом свежей резины. Чёрный Астон Мартин стоял последним в ряду справа, и внутренне я порадовалась, потому что с одной стороны меня закрывала стена.

Подобравшись на корточках к спорткару, я достала наклейки с милыми пони, и принялась за работу. Наклейки оказались добротными. Я поняла это, прилепив одну не туда — решила, что боковые зеркала все же должны украшать хвосты этих милых созданий. И сколько бы потом не пыталась ее переклеить, ничего не вышло. Картинка прилипла намертво. Уж не знаю, в чем было дело — исключительном качестве покраски Астон Мартина или волшебной слюне штамповавших наклейки китайцев, фортуна явно оказалась на моей стороне.

Когда один бок был уже почти готов, раздались шаги.

Сердце подпрыгнуло к горлу, и я наклонилась ниже, стараясь даже не дышать громко.

Уборщица. Пожилая женщина, обычно протирающая в главном холле пыль, открыла дверь подсобки, достала оттуда швабру и ведро, а потом также шоркая ногами, ушла.

Я с облегчением выдохнула. Закончив с «обработкой авто», спрятала улики в сумку и исчезла через черный ход, словно меня здесь никогда и не было.

Сверившись с часами, я подавила смешок. Одно из двух, или Северу придется провести следующие пару часов, отдирая с машины задницы розовых лошадей, либо ехать домой при полном параде и великолепии.

Конечно, эта маленькая месть ничего не докажет. Но, возможно, каждый раз, натягивая дурацкую юбку, я буду вспоминать лицо этого мерзкого Северного Оленя и мне будет чуточку менее гадко.

До окончания занятий оставалось лишь пять минут, и я поспешила занять места в партере — у центрального входа, чтобы лично наблюдать собственный триумф.

Присела на пока еще свободную скамейку и вытянула ноги. Солнце светило так ярко, что я зажмурилась, подставляя лицо его лучам.

— Эй, ты куда пропала? — раздался знакомый голос, и я сделала козырек ладонью, чтобы лучше видеть. — Тебя не было на последней паре.

— Я была занята очень и очень важными делами, Паш.

— Например, — удивился парень, присев рядом и закинув руку на спинку лавки.

— Например, спасала академию от мерзопакостных смердящих гадов.

Он пристально посмотрел на меня.

— Ты меня пугаешь.

— Меня тоже много что пугает, знаешь ли. Мыши, и тараканы. И триллеры, если смотреть их в темноте. Пустые вагоны метро и поезда, мчащиеся со скоростью 300 км в час. Этот список можно продолжать бесконечно. Но больше всего — безнаказанность.

— Зачем ты тогда лезешь в самый ее рассадник?

— Потому что страхи надо преодолевать, Паш. Кто, если не я, всех спасет?

Несмотря на то, что ответ выскочил сам по себе, я произнесла его так уверенно, что на мгновение даже забыла о том, что о двух — самых главных своих фобиях — не сказала ни слова.

Пашка недоверчиво приподнял бровь.

— Ты на самом деле думаешь, те, кто учится здесь, нуждаются в том, чтобы их спасали?

— Может быть.

Или может просто делаю это, потому что точно также жду того, кто спас бы меня.

Но этого я никогда не сказала бы вслух.

Пашка посмотрел в недоумении, но не успел ничего ответить, потому что ко мне подлетела Старостина и схватила за руку.

— Ты должна это увидеть! Скорее! — Она потянула к противоположной стороне корпуса. — Говорят, там ЧП с машиной Севера.

«Ты даже не представляешь, какое», — про себя усмехнулась я, заранее зная, Лесю хватит удар. Но пока, совершенно не догадываясь о произошедшем, она активно работала локтями.

Удивительно, но вся толпа, что обычно собирается у парадного входа, находилась сзади. Мы с Лесей лавировали между людьми, смеющимися, галдящими, а еще снимающими на свои телефоны, и только когда я наконец протиснулась вперед, увидела собственный шедевр при полном