Парадокс Севера - Виктория Юрьевна Побединская

кино. Неужели друзьям даже фильм нельзя посмотреть вместе?

— Фильм можно, — толкнув его локтем в бок, улыбнулась я. — Просто хочу прояснить сразу. Чтобы ты не строил напрасных надежд.

Он приобнял меня одной рукой, потрепав по волосам.

— Это я уж сам решу, ладно?

Чувство стыда сдавило горло. Возможно Пашка ничего не подразумевал, а я надумала глупостей. Но с другой стороны, я ведь предельно ясно обозначила свою позицию.

Когда мы добрались до нашего корпуса, Леси в комнате не было. Я обвела взглядом обстановку, убеждаясь, что с тех пор, как покинула комнату несколько часов назад, ничего не изменилось.

— Мой тот, что справа, — кивнула я на одиноко стоящий в углу шкаф. — Вот, полюбуйся. — Распахнула дверцы и застыла. На этот раз от шока, а не от ужаса.

На каждой вешалке в полиэтиленовых пакетах висели вещи. Совершенно новые.

Пашка подошёл сзади и ошарашенно выдохнул:

— Кажется, он обыграл нас еще до того, как мы успели план придумать.

Глава 10. Подруги и юбки

Будильник прозвонил час назад. Я еще раз нервно разгладила складки на короткой юбке и бросила пугливый взгляд в сторону двери, первым делом запланировав сменить замок. От одной мысли, что Север в любой момент мог попасть в комнату, начинался озноб.

Остановившись напротив зеркала в широкой раме, я оглядела себя с головы до ног, от высоких гольфов до воротника кипенно-белой блузы, уже представляя эту наглую ухмылку одним лишь углом губ, и не знала, что задевало больше: вынужденная покорность или сам факт, что правда говорит громче глупых домыслов. Пришлось признать: это талант. Так портить людям жизнь нужно действительно уметь.

Крошечный план против Севера, который мы с Пашкой собрали из остатков гордости, разбился о новый гардероб. Как бы Леся не отпиралась, я не поверила ее словам, что Северов не причастен к этому. Разложив на постели вещи и прикинув их примерную стоимость, она присвистнула и сказала, что я, определенно, на небе счастливый билет выиграла.

Вот только возможно ли будучи в плюсе, чувствовать себя настолько в минусе?

Эта юбка, эта рубашка — жест навязываемой воли. Как бы я не сопротивлялась, как бы не боролась с системой, сегодня я стала ее частью. Север добился своего. Снова.

За спиной раздался хлопок дверью, и я вздрогнула. Зевая и потягиваясь, Леся выскользнула из ванной.

— Скажи, что я не выгляжу как японская школьница, — взмолилась я.

Она улыбнулась.

— До чего же ты упрямая, Солнце. Просто попробуй относиться к этому иначе.

Мое отражение скептически выгнуло бровь.

— Иначе, чем к наказанию?

Я не носила платьев и сарафанов класса с третьего, и теперь чувствовала себя непривычно открытой. Коленки мерзли, и казалось, что каждый, идущий навстречу может заглянуть под короткую юбку.

Леся опустилась на корточки перед собственным шкафом, и принялась выбирать одну из десяти пар туфель. Ее форма была похожа на мою, но, если я чувствовала себя неловко и несуразно, ей выглядеть сногсшибательно не составляло усилий.

— После такого даже я подумываю, может тоже брюки надеть, — рассмеялась она.

Я лишь покачала головой.

Новый день встретил нас теплом и солнцем. Леся шла рядом, глядя в телефон и едва ли не подпрыгивая от негодования.

— Этой мелкой эксплуататорше девять, но она уже доведет кого угодно, — возмущалась она, печатая своей младшей сестре гневное сообщение. — Попросила меня привести ей наклейки для вечеринки. Я вчера пол города объехала, чтобы найти нужные и оказалось, все равно не те.

— А что с этими не так? — спросила я глядя на розовых пони и целые поляны разноцветных цветов. В моем детстве таких не было.

— Это не те пони, мать их раздери.

Продравшись мимо девятиклассниц, которые визжа и обнимаясь, делали селфи на фоне школы, продолжая возвещать миру о начавшемся учебном годе, она со злостью запихнула их в сумку.

— Родители ее избаловали! — заключила Старостина.

Пашка ждал нас под дубом, усевшись прямиком на траву.

— Вы только поглядите на нее! — присвистнул он, еще сильнее заставив меня натягивать подол юбки ниже.

— Еще одно слово и у нее случится моральная травма, — предупредила Леся.

— Скорее, у кое-кого случится физическая, — пригрозила я.

— Ты донесла на Севера?

— Нет конечно, — покачала я головой. — Ректору дела нет. К тому же, давайте будем реалистами, у Севера там все давно схвачено. Если бы каждый, кому он насолил, клепал донос, можно было бы прямо на территории строить макулатуро-перерабатывающую фабрику. Но… — Я подняла вверх указательный палец. — Я все еще горю яростным желанием отомстить ему. Той же монетой.

Леся смерила меня настороженным взглядом.

— И как? Обменяешь его Ральф Лорен на гардероб соседа по даче?

— А это отличная идея, — поддержал Пашка, усмехнувшись. — Представляя реакцию бледнолицего.

— Пока не решила. Но это будет что-то поистине ужасное.

Леся бросила на меня предупреждающий взгляд.

— Даже не думай.

— Он заставил меня страдать, а я заставлю его. Медленно мучиться, прося о пощаде. Вот только придумаю, как.

— Ладно, ангел отмщения, отдавай мои конспекты обратно, пара через десять минут, — произнес Пашка, но когда я протянула ему тетрадь, дернул чуть на себя, привлекая ближе. — Ну что? Кино? Вечером, как и договаривались?

Я стукнула себя по лбу, потому что совершенно о нашем уговоре забыла.

— Конечно, — кивнула я. — Только скажу Лесе. Она собиралась тоже.

Его улыбка дрогнула.

— Мы же решили вдвоем?

— Разве?

Я закусила губу.

— Кажется, да, — ответил Пашка.

— Но Леся?..

— Леся же все равно не сможет. Вон она с сестрой ругается, — кивнул он на стоящую рядом соседку, которая что-то гневно бурчала в трубку. — Значит, вдвоем?

— Да, но… я же говорила…

— Ты бегаешь от меня? — задал он вопрос прямо в лоб.

Жар прилил к щекам.