Спасти настоящее - Михаил Васильевич Шелест

— Стечкины что ли? Этих нет. Тэтэшки есть. Много. Почти чистые. Но старые. Иногда клинят. Прямо со склада. Двести штук.

Я присвистнул.

— Это я удачно зашёл. Сколько отдашь?

— Все забирай. Не жалко. Для тебя скидка двести баксов.

— Со ствола.

— Договорились. Патроны?

— По обойме хватит.

— Самоуверенно. Может помочь?

— Пока не надо.

— Я услышал. Когда надо?

Сильвестр усмехнулся и уточнил.

— Я про стволы.

— Понятно. Сегодня, завтра…

— Это десять ящиков. Куда отвезти?

— Прямо в часть завози.

— Смело, но глупо. Давай ка лучше ты к нам. Тебе, походу, ментов боятся не надо. А я у тебя пару грузовиков видел. Тебе Кот звякнет и адресок, куда подъезжать, скажет.

Мне стало понятно, что не хотел Сильвестр позиционировать себя рядом с ЧВК. Имею ли я отношение к формированию, кто знает. И главное, — какое? А если в часть заехал, то, считай, окраску с «синей на красную»[1] поменял. Кто сейчас понимал, что это «частная» компания, а не государственная, хоть и сильно вооружённая?

И в этом времени МВД даром хлеб не ело, и в 1989−90-ых годах провело зачистку в виде арестов в рядах преступных группировок, в том числе и чеченской. Были арестованы несколько лидеров и рядовых членов, но полностью подавить её не смогли. Чеченские бандформирования в случае опасности мгновенно разобщались на мелкие группировки, «растекающиеся» территориально.

В 1991 году «Центральная» чеченская группировка состояла из двух крыльев, базирующихся в двух штабах: в ресторане «Лазания» и в, плавающем по обводному каналу вдоль Малого Каменного моста, ресторане «Бургас». Группировкой руководили Нухаев, Атлангериев и Лобжанидзе. Последний держал весь чеченский «общак»[2].

Именно они пытались выдавить группировку Сильвестра с Юго-Запада Москвы и не реагировали на «предъявы», что они прессуют коммерсантов, крышуемых «ореховцами». В 1988−89 годах конфликты переросли в Московскую «славянско-чеченскую» войну, пресечённую милицией, и наезды на коммерсантов прекратились. Теперь же всё вернулось на круги своя и под пресс попали мы. Но у нас всё уже было готово. Я знал, что для бандитов мы лакомый кусок, и готовился к превентивной акции заранее.

* * *

— У нашей подруги свадьба, и мы хотели бы заказать ресторан.

— Зал для свадьбы? — Переспросил администратор.

— Зал для девичника.

Марина и Оксана кокетливо рассмеялись.

— Подругу пропивать будем.

— И много вас будет? — Глаза администратора маслено заблестели.

Девушки переглянулись.

— Человек двадцать… Но мы хотим, чтобы в ресторане больше никого не было.

— Даже нас? — Улыбнулся с намёком на сексуальность администратор.

Это был грузин лет сорока, с небольшим брюшком, и мягкими, пухлыми ладонями и пальцами, которыми он перебирал чётки. А перед ним стояли «девушки» лет тридцати и Анзора, так звали администратора, очень тянуло спросить о возрасте невесты.

— Прошу простить за вопрос… Это первый брак у невесты? — Спросил он.

— В том-то и дело. Засиделась она в девках. Всё карьеру делала. Она у нас ого-го!

— И вам точно нужен весь наш корабль? Это дорого…

— Наши мужья платят, — засмеялась Марина. — Надо же девочкам оторваться.

— Говорят, у вас и видеосалон есть? — Спросила Оксана.

— Есть, — горделиво согласился Анзор. — Оплачивается отдельно.

— И там, говорят, можно э-э-э… «клубничку» посмотреть?

— Там можно даже банан посмотреть, — «пошутил» Анзор.

Шутку девушки оценили, стрельнув глазами на оттопырившуюся ширинку администратора и, «прыснув», покраснели.

Анзор же, наоборот, стоял прямо, втянув живот и несколько подав таз вперёд.

Отшептавшись, девушки снова обратились к администратору.

— У вас все официанты мужчины?

В зале, действительно, работали двое официантов-мужчин.

— Нет, конечно, но для вас я и сам стану официантом, и друзей позову. Мы обслужим вас всех по высшему разряду.

— Да… Девушек лучше убрать, — кокетливо и смущённо произнесла Марина — пышногрудая блондинка в обтягивающем талию и бюст тонком платье. — Мы такие взбалмошные, когда все вместе и пьяные. И…

Марина засмущалась ещё больше.

— Нам нужна конфиденциальность. Мы порядочные жёны очень солидных мужей.

— В этом не стоит даже сомневаться. Для нас тайны клиентов — наши тайны. И особенно клиенток. — Анзор так двусмысленно улыбнулся, что Марина с Оксаной снова покраснели. Пока нареканий к ресторану не было. Фирма, так сказать, гарантирует.

* * *

Двадцать седьмого июля на канале в районе Якиманки примерно с двадцати ноль-ноль стали парковаться автомобили из которых выходили молодые легко и изящно одетые в импорт женщины. Некоторые были уже слегка навеселе. Была суббота.

Почти все они выглядели великолепно. Среди них мало было «простушек», но и они были так загримированы, что даже у случайных прохожих мужчин свернулись на сторону шеи.

Казалось, что импортный журнал мод «Бурда», очень популярный в это время, переехал к ресторану «Бургас».

Женщины встречались, весело переговаривались и спускались по наклонному трапу к кораблю. В двадцать один час двадцать минут ресторан-корабль отвязался от причала и медленно отчалил.

Столы, а девушки попросили сдвинуть по бортам, объединив их вместе для фуршета, не ломились от мясных и рыбных блюд, а ломились от салатов, фруктов и вина.

Все сразу разобрали бокалы, некоторые сразу приступили к танцам, некоторые почти разлеглись на диванах, не стыдясь открывать голые колени. Они вели себя очень раскованно.

Вокруг сновали молодые «официанты», раздевая взглядами и так почти обнажённых женщин.

Невеста была хороша. Высокая, стройная женщина лет тридцати пяти, выделялась среди подруг не только маленькой фатой на голове, приколотой к аккуратной короткой стрижке, но и своим ростом. Даже без каблуков, а внимательный наблюдатель заметил бы, что они все были не на «ходулях», «невеста» имела минимум сто девяносто сантиметров. Таких среди подруг было еще трое, но они невесте в росте уступали. Но не в красоте.

Дискотека звучала (музыкантов не позвали, ибо «болтливы», как выразилась Марина), перемежая пять быстрых мелодий одной медленной. Девушки «медляки» сначала танцевали друг с другом, а потом как-то не нарочно оказалось, что танцуют все. Официантов на всех не хватило и девушки вытащили из подсобных помещений и кают всех мужчин, кто находился на корабле. Кроме капитана и команды, явно отличавшихся внешне от «официантов».

Халхар[3] танцевали долго и стово. Женщины вполне себе профессионально исполняли свою партию и получили от партнёров восхищённые аплодисменты. Сразу после зажигательного танца включилась медленная и приятная музыка, сопровождающаяся томными словами французского Дон Жуана и вздохами и ахами возбуждённой нимфоманки.

«Официанты» и