Спасти настоящее - Михаил Васильевич Шелест

«друзья администратора» обняли женщин, крепко прижав их бедра к себе, и заёрзали по танцполу.

После танго мужчины попытались увлечь женщин за собой, но вдруг снова зазвучал «халхар». Никто не удержит кавказца, когда звучат барабан и гармонь в таком яростном темпе. Женщины отошли в стороны и ритмично захлопали. Вначале халхара танцуют мужчины.

Танцующие так яростно вбивали ноги в пол ресторана, что казалось, старенький корабль сейчас развалится.

Потом к громкому ускоренному барабанному ритму присоединились посторонние звуки выстрелов, и через пять минут Лазанской преступной группировки не стало.

Музыка продолжала звучать, а девушки, всё так же безмятежно, разбрелись по пароходу, но никого больше не нашли. Зато в шикарной каюте нашли встроенный в переборку стальной ящик с «общаком».

Марина поднялась на капитанский мостик, на котором кроме «капитана» и «матроса» никого не было.

— Закончили, — сказала она коротко. — Всё чисто.

— Отлично, — сказал я. — Всё по плану. Сопровождающие машины прикрытия тоже нейтрализованы. Швартуемся. В установленном месте.

Я почесал приклеенную бороду, и мы с Мариной спустились по трапу на бетонный парапет канала, где нас ждала неприметная серая «семёрка». Мы последние покидали корабль, который уже начинал весело полыхать.

[1] Синие — уголовники. Красные — милиция.

[2] Воровская касса.

[3] Халхар — быстрый чеченский танец типа лезгинки.

Глава 12

— Девочки с Пятницкой вернулись. Всё чисто, — доложил Женька. — Уже с вещами на пути к Внуково.

— Хорошо. Мои тоже нормально отстрелялись. Железки там оставили?

— Там! Вместе с перчатками.

— Офигели⁈ — Возмутился я. — Нохчи в женских перчатках⁈

— Да, шучу я, шучу… — Дряхлов рассмеялся. Сбросили в бумажный пакет и Валёк сжёг в мусорном ящике. Всё чики-пуки.

— Вы мне с пуками чтоб не очень-то. Как бы не обделаться потом от ваших шуточек.

— Да я ж шутки ради… Расслабить тебя, командир.

— Меня расслаблять?

Концовка слова выскочила, как мат, и Женька подобрался. Матерился я редко.

— Не расслабляться надо, Женя, а напрягаться так, чтобы не только зубы сводило, но и ягодицы. Помнишь, как я вас учил гвозди из пола выдёргивать.

— Помню. Не надо, Миш. Я больше не буду расслабляться.

— Лады. Всё только начинается, Женя. Дальше, как в сказке, всё страшнее и страшнее.

— Можешь ты жути нагнать, — пробубнил Женька.

* * *

— Олег Иванович, — а как вы смотрите на то, чтобы годика два-три пожить в Австралии.

— Мне? В Австралии? Меня Алла на куски порежет.

— Вместе с Аллой и детьми. Элька там доучится, а Тимка тоже.

Вроде и тут жить начали… Там же язык нужен. Я то уговорю кого хочешь, хоть кенгуру, а женщины… Им общение нужно, соседки.

— В Сиднее целый квартал русскоговорящих и клуб эмигрантский. Плюс, там уже кое-кто из наших работает…

— Для тебя это так просто? — Спросил удивлённо тесть.

— СП, что мы охраняем, набирает служащих. Профиль ваш — рыбный. Десять тунцеловов в аренде у ВБТРФ. Станете замом по добыче у Кима.

— У Валерия Николаевича? Ты его, что-ли рекомендовал?

— Я-то каким боком? Руководство ВБТРФ поставило своего.

— Так он меня и не возьмёт…

— Возьмёт, я с ним уже говорил. Он тут в министерство приезжал. Случайно пересеклись. На самом деле он там кадровые вопросы не решает. Джон командует. А с Джоном мы сошлись.

В душе я веселился, конечно, представляя себя в двух лицах, но вообще-то мне было тревожно. В прессу просочилась информация, что чеченцы в последнее время пытались закабалить коммерсантов юго-запада Москвы. Видимо не одних нас трясли, и коммерсы, скорее всего, сдувались.

Почти все сауны района были нашими и не наехать на них чеченцы не могли. Кто-то сопоставил «мочилово» с отъездом (в тот же день) нашего «женского взвода» в Афганистан.

Журналюги своё дело знали. Если плавучий ресторан, сгорев, ушёл ко дну вместе со всеми «свидетелями», то в «Лазании» такого финала допустить я не мог (здание представляло собой историческую и архитектурную ценность) и свидетели расправы кое-какие остались.

Опознать они никого, естественно не смогли бы, но даже допустить такого я не имел права, поэтому все девушки, на момент прибытия в Кандагар следователя прокуратуры, «пропали без вести» и всплыли в наших же подразделениях в Прибалтике под другими фамилиями.

Это была очень сложная комбинация и без Дроздова провернуть бы её я не смог. Но Иваныч был в курсе и поощрил мои действия обеими руками. Он же мне, кстати, посоветовал на время спрятать семью в Сидней. Потому что знал, что по низам прошла информация о причастности «Берсерка» к ликвидации практически всей Чеченской ОПГ.

* * *

Надо было уговорить тёщу и тогда все поедут туда куда надо, правильно рассудил я и принялся за обработку. Я пошёл самым прямым, но обманным путём.

— Алла Михайловна, я купил вам путёвку за границу.

— За какую границу? — Удивилась она. — Я никуда не поеду. Надо Ларисе помогать с маленьким. У Серёжи вон какой диатез… мучается бедненький и Лариса ночами не спит.

— Вот потому то я и хочу, чтобы вы с Ларисой поехали в Австралию. Там и климат другой и врачи, говорят, получше эту болячку лечат. Там, говорят, какая-то трава растёт лечебная.

— А Элька с Тимкой? С Олегом я их не оставлю. Он их своими покупными пельменями потравит.

— Поедете все вместе и Олега Ивановича с собой заберёте.

— А его работа здесь? — Удивилась тёща.

— Помогать вам там будет…

— Нужен он там. Он ещё тот помощник… Обстирывай его… И валюту на него тратить!

— Я ему там работу нашел, чтобы не бездельничал. Валюту зарабатывать будет, а не проедать.

— Зарабатывать? Где? Кем?

— Можно в офисе замом по добыче, а можно в рейс его отправить тунца ловить.

Тёща была в полном шоке от новостей.

— Вот. Правильно! Что он там в этом… Где? В офисе?

— Офисе.

— А что это?

— Кабинет. В конторе.

— Не-не-не… Пусть в море идет! В конторе он себе обязательно девку найдёт. Знаю я его.

На том и порешили.

Уже в Сиднее тёща и жена узнали, что никакой путёвки нет, но почему-то на меня не обиделись.

* * *

В связи с отсутствием потребности возвращаться ежевечерне домой, я перебрался жить на территорию ЧВК. Но с жильём у нас