Спасти настоящее - Михаил Васильевич Шелест

Тема совместных предприятий с СССР была более, чем актуальна и для Советской элиты и для Запада (в моём случае — Востока). Рынок СССР манил. Свободный въезд иностранцев по приглашения друга ещё не был разрешён, а вот выезд к «друзьям» за границу открыли, как и эмиграцию.

Но схема оставалась старой. Приглашающей стороне нужно было заверить приглашение у нотариуса, потом зарегистрировать в посольстве СССР, потом как-то передать приглашённому. Выезжающий нёс и то, и другое в ОВИР ГУВД по своему району. ОВИР (Отдел Виз и Регистрации иностранных граждан) и давал разрешения на выезд.

Но это для частных лиц, а у нас развивался совместный с СССР бизнес. Поэтому мы с моим дублёром развили такую деятельность, что уже через полгода штат нашей Австралийской торговой фирмы благодаря нашим мигрантам разросся до сорока человек.

Попутно организовали «Твейдж Шоп», первую в Австралии фирму по доставке товаров из магазинов и еды из нашего кафе «Точка Суши». Начали в Сиднее, а буквально через пару месяцев сеть кафе охватила все крупные города Австралии.

Твейдж — это пейджер с обратной связью. В нашем времени в России этот крутейший гаджет появился в девяностые, в Австралии он существовал с начала восьмидесятых. Дорогая штучка, но очень полезная.

В своё время я, после возвращения «на берег», посвятил себя организации пищевого производства и кофейного бизнеса и знал эту тему неплохо. Вот в суши-баре мои познания и с аккумулировались.

Даже японцы, попадая к нам в бары, поражались богатству меню. А я, в своё время, очень любил ролы и знал все меню Владивостоксих баров наизусть.

К концу девяностого года все наши предприятия приносили стабильный и очень неплохой доход. Особенно понравилась австралийцам тема с доставкой товаров, продуктов и еды, а нам она приносила очень большие деньги по сравнению с вложениями.

ВБТРФ перегнала все десять тунцеловов в Тихий океан и передала мне их в аренду. На эти суда мы получили квоты на вылов, на которые Правительство Австралии согласилось легко, так как почти весь тунец продавался в Австралии перекупщикам по хорошей, но не запредельной цене. Двадцать процентов уходило на рыбные биржи Японии.

Для меня рыбный бизнес был не убыточным, но и не прибыльным. Я полностью взял на себя ремонт и снабжение судов, вычитая эти затраты из дохода и оставалось ещё чуть-чуть прибыли.

Зато вполне успешно вахтовым методом работали ремонтные бригады из того же ВБТРФ, выполнявшие межрейсовое обслуживание, и наш совместный бизнес приносил моей второй любимой «конторе» реальную валюту. А это и новое судовое оборудование и качественные импортные товары для сотрудников. Так и было в том времени, только в меньших масштабах.

Глава 9

ЧВК «Берсерк» по договорам с правительствами Литвы и Латвии приступили к обеспечению охраны государственных объектов: Верховного Совета, телевидения, мостов, главпочтамта, госбанка и других. О чем несколько раз сообщили по республиканским телевизионным и радио каналам.

Чёрная форма с надписью на спине «Берсерк», сильно отличавшаяся от армейской или даже спецназовской. Натовские винтовки «Colt CAR-15 Commando» у литовцев вызывали трепет и недоумение.

Сами наёмники переговаривались исключительно на английском языке, а с посторонними вообще общались только жестами. Стреляли предупреждающими в воздух по любому маломальскому поводу. На охраняемой ими территории везде стояли или висели плакаты на английском и региональном: «Стой! Зона контроля ЧВК „Берсерк“! Стреляют без предупреждения!». Русские тут не ходили и литовцы с латышами сразу поняли, что это предупреждение адресовано только им.

Привлекая частную организацию к охране общественного порядка, Москва дистанцировалась от «региональных проблем», выводя себя из-под удара критики. Все случаи применения оружия против населения, а они были, расследовались местной прокуратурой, не находившей в действиях охранников состава преступления.

Однако 25 ноября 1990 года один из сотрудников «Берсерка» получил пулевое ранение в ногу. Выстрел был произведён из снайперской винтовки во время проведения массового пикета у дверей республиканской Литовской прокуратуры. Потом прозвучал выстрел в Риге. И тоже из снайперки. Пуля прошла вскользь по «сфере» и контузила охранника.

Дальше — больше. Вскоре начались уличные перестрелки, вооружённые нападения на посты. И вот тогда Москва ввела войска, но не в центр, а по окраинам, перекрыв подходы и выходы и введя комендантский час. А ЧВК начали отстрел бандитов.

Но если с Латвией и Литвой было более-менее всё понятно, то с Эстонией и Грузией, вообще никак. В Эстонии уже с конца семидесятых — начала восьмидесятых либерализация привела к тихому принятию концепции на независимость. Она всегда была неким «зоопарком» в СССР. Тут даже самиздат не прижился потому, что в местной прессе позволялось печатать всё. И вот эстонцы тихой сапой, без забастовок и протестов, «парламентским» путём шли к суверенитету. Это слово ещё не звучало, но подразумевалось. И даже придраться было не к чему. И ссылались на ближайших соседей. Вон, видите, до чего может довести централизация власти.

В Грузии «зарубились» сразу три «партийные» группировки. Шеварнадзе, не получивший в этом времени пост Министра иностранных дел СССР, оставался в Грузии первым секретарём и не сошёлся характерами с вновь поднявшим голову Звиадом Гамсахурдиа, а их обоих пыталась подмять под себя грузинская мафия.

* * *

— Не могу придумать, что делать с этими паразитами, — сказал Гришин.

Дроздов даже спрашивать не стал, кого тот имеет ввиду. Отстранённых от дел бывших «членов» собралась приличная группа.

— Они скучковались с творческой сволочью и терроризируют ЦК и Политбюро докладными записками и «коллективными жалобами» на действия «Берсерка» в Прибалтике. Не перегибаем мы там палку?

— А как иначе? Как только мы стрельнем из АКМа, мы пропали. А так, им писать про стреляющие по литовцам американские автоматы, вроде, как и не с руки. Да и не разобрались ещё многие, кто такие эти «берсерки». Название-то не русское, а скандинавское.

— Это ты здорово придумал, с названием.

Дроздов промолчал, что это не он придумал, а его нелегальный сотрудник под псевдонимом «Хулиган». Гришину он подал идею создать ЧВК, как инициативу КГБ. Генеральный сомневался дня три, но когда Дроздов рассказал ему про уничтоженного в Вильнюсе американского инструктора, Виктор Васильевич даже расстроился.

— Ну что-ты, Юрий Иванович, водишь меня, как карася. Нет у нас времени в бирюльки играть. Рассказал бы сразу всё, уже бы и указ с законом вышли бы. Готовь все документы.

Так, вместе с вышедшим законом, у нас были подписаны все лицензии, договоры с МО и согласованы форма и нормы призыва