Новая прошивка императора II - Николай Бутримовский

полную отставку, или в армию на туркестанскую границу, но и это, право, мелочи. Зато у тебя будет возможность создать самую боеспособную гвардию в мире! Вот смотри…

Разговор наш происходил у моего поезда, стоящего в каком-то железнодорожном тупике — а мы привычно уже прогуливались по временной деревянной платформе. Над составом, для спасения от жаркого солнца был натянут огромный полог из парусины, и в лёгкой тени было достаточно комфортно.

Я показал рукой в сторону состава, проведя ладонью от паровоза до хвостового вагона с конюшней.

Вот смотри! Ночью я внезапно понял, как нам построить сухопутный броненосец! Это будет колоссально! Только представь себе блиндированную сцепку из двух-трёх паровозов, закованные в броню вагоны, платформы с тяжёлыми орудиями, башни с трёхдюймовками, пулемёты и десант!

— Ты говоришь о бронировании целого поезда? — удивлённо и немного поражённо спросил Ник Ник. — Но выдержат ли его железнодорожные пути? У нас же сплошь и рядом на железке непорядок. Помнишь ту катастрофу[52]? Ведь эти канальи просто шпал не доложили! На дровах сэкономили!

— Гхм, здесь ты прав. Но думаю, что этот вопрос решаем предварительной разведкой дороги. Также необходимо будет озаботиться заранее приведением путей в хорошее состояние, и иметь специальные железнодорожные батальоны для их ремонта.

— Это целый род войск получается? Интересная идея… Слушай, а можно ведь разных классов бронепоезда строить: как пассажирские вагоны. А? — пошутил Ник Ник. — Тяжёлые, средние и лёгкие… Для разных дорог.

— Можно, — кивнул я. — А ещё можно всех воров, кто шпалы тырил на стройке, в Сибирь на лесозаготовки… Пусть возмещают.

— Ну это ты хватил, Ники… Попробуй сыщи их, — отмахнулся Ник Ник.

— Ладно, сия забота не наша, а МВД. Ты лучше представь себе, как такой бронепоезд может прикрыть действия кавалерии в полосе железной дороги!

— Представить с одной стороны легко, но с другой — трудно! Нужно всё обдумать.

— Обдумай! А я пока составлю рескрипт о создании в гвардии опытного железнодорожного батальона.

— Да здесь как бы не целый полк нужен.

— А ты не наглей сразу, бюджет не резиновый. Но поглядим…

Когда Ник Ник откланялся, я задумчиво смотрел ему вслед:

«Предаст или будет верно служить?.. Он вроде бы напрямую не поддержал заговорщиков в тот раз, но всё же…»

Следующая встреча была с Милютиным[53]. Его визит состоялся очень кстати, ибо отвлёк меня от начавших поступать панических телеграмм по поводу арестов.

— Рад снова видеть вас, Дмитрий Алексеевич! — я встретил бывшего военного министра в салоне и предложил присесть.

— Хотите лимонаду? Чай в такую жару пить невозможно, а холодное пиво к интерьеру моего салона не подходит.

Милютин улыбнулся шутке и согласно кивнул:

— Не откажусь, ваше величество.

— Дмитрий Алексеевич, в неофициальной обстановке прошу назвать меня «государь».

— Хорошо, государь.

Говорили долго, оказалось, что я могу найти в Дмитрии Алексеевиче верного политического соратника в гражданских и военных вопросах. Он выступал за умеренно-консервативные реформы в России и за техническое перевооружение армии современным оружием, рассуждал о широком использовании автомобилей и даже о закрытых бронёй орудиях!

Услышав речь о танках, я от неожиданности поперхнулся лимонадом и некоторое время кашлял.

— Очень интересно, Дмитрий Алексеевич. Вчера мы с великим князем Николаем Николаевичем, коего я назначил новым командующим гвардией, обсуждали возможность создания бронированного поезда — этакого сухопутного броненосца. Но вы пошли ещё дальше и смело предполагаете, что автомобили когда-нибудь так усовершенствуются, что смогут возить на себе тяжёлую брони и орудий. Очень интересно!

— Государь, но это же простое рассуждение. Нам следует вспомнить какими были первые паровые машины и паровозы. Взять тех же братьев Черепановых. А как эта техника развита сегодня!

— Да, вы правы, технический прогресс постоянно ускоряется. Кстати, я недавно имел удовольствие прокатиться на автомобиле. И что вдвойне мне понравилось, этот автомобиль — полностью российское изобретение. Получился не хуже, чем у господина Бенца! И я даже заказал себе две штуки на пробу, теперь жду, когда изготовят.

— Да, я слышал, государь, — кивнул Милютин, — Читал в газетах и даже видел репродукции фотографий господина Дмитриева[54]. Я наводил справки о возможности приобретения авто господ Яковлева и Фрезе, но цена весьма велика, да и очередь! Мне ответили, что не ранее следующего лета. Поэтому я решил пока взять паузу.

— И правильно. Сейчас, после моей прогулки вокруг выставки, большой ажиотаж, все хотят такой же экипаж, как у императора. Но завод будет развиваться, и скоро автомобилей будет больше, да и станут они весьма совершеннее. Скажу вам по секрету, что я вложился своими деньгами в это предприятие и теперь имею треть акций. А господа Фрезе и Яковлев кроме сборки текущей модели занимаются новыми разработками. Планируют поставить приводную цепь на ось, вместо ремней; добавить заднюю скорость и увеличить мощность двигателя[55]. А ещё я попросил их создать грузовой вариант.

Сделав несколько глотков лимонада, я продолжил:

— Мне тоже думается, что автомобили будут очень полезны в артиллерии, для перевозки орудий и боеприпасов — в идеале для каждой пушки должен быть свой автотягач. Кроме этого, я планирую создавать отдельные транспортные автоколонны.

— Возможно, что когда-нибудь так и будет, — согласился Милютин, — Замена гужевого транспорта на автомобильный позволит сильно снизить количество требуемого фуража для лошадей.

— Ах да, забыл. Что касается возможности изучения вами автомобиля, я готов их предоставить, когда мне доставят заказанное.

— О, благодарю вас, государь. Это будет весьма интересно! — кивнул Милютин.

— А я, в свою очередь, буду рад регулярным беседам по вопросам развития армии и реформам гражданского общества… Кстати, я приглашаю вас завтра на заседание Особого Высочайшего Совещания.

Дальше мы обсудили необходимость создания опытного автомобильного отряда.

— Полагаю, — говорил я Милютину, — Что это случится через год-два, не раньше. Сначала нам потребуется получить надёжный и достаточно грузоподъёмный автомобиль, который сможет перевозить не менее, чем тридцать — тридцать пять пудов[56]. Пока это не случилось, мы будем получать опыт их применения в моём гараже, а после создадим на его базе школу автомехаников.

— Хорошо придумано, государь, — кивнул Милютин.

— Но пока оставим военные дела, Дмитрий Алексеевич. Вы же теперь член Госсовета, мне бы хотелось обсудить кое-что по части государственного гражданского управления…

Интерлюдия VIII

Пётр

После