Загадка аномалии - Наталья Геннадьевна Шапошникова

Встав во весь рост, я принялся поливать огнем кинетиков. Голова еще одного взорвалась, забрызгав прогнившими мозгами стены тоннеля и других гоблинов. Уродцев это нисколько не смутило; плотоядно оскалив мелкие острые зубы, они вновь двинулись на нас, бурча на ходу что-то нечленораздельное.

– Получите, твари! Вали их, вали! – в такт выстрелам вопил Штырь. Парень в пылу боя забыл про боль и едва успевал перезаряжать оружие. Правда, из-за торопливости большинство выстрелов уходило в «молоко».

– Прицельнее! Бей прицельнее! – проорал я.

Но оставшиеся карлики удвоили натиск. Я успел сделать всего несколько шагов спиной вперед, как мощный рывок, едва не вывернувший мне кисти, выбил у меня из рук автомат. Оружие отлетело в сторону и шаркнуло об пол. И тут я встретился глазами с одним из кинетиков – этот был и выше остальных, и массивнее. Из-под опущенного капюшона на меня уставились огромные глаза. Уродливая пасть скривилась подобием злобной ухмылки. Карлик вскинул руку, в воздух поднялся острый осколок бетона с торчащим из него металлическим прутом, крутанулся вокруг своей оси и с бешеной скоростью полетел в мою сторону. Расстояние было небольшим, а в таких условиях это равносильно смерти. Грохнул выстрел, и кусок камня, чуть изменив траекторию, пронесся мимо в считаных сантиметрах и в крошево разлетелся о стену. Кинетик зарычал.

– Лови должок, Леший! – яростно отстреливаясь от нападавших тварей, проорал Штырь.

– Спасибо, – просипел я и, бросившись в сторону, успел схватить свой «калаш». Взял на мушку главаря карликов-мутантов – ну а кем еще мог быть эдакий верзила? – но тот неожиданно развернулся и, создав вокруг себя упругое защитное поле, резво посеменил вглубь тоннеля. Сместив прицел левее, я уложил еще одного гоблина, особо близко подобравшегося к остаткам нашей случайной баррикады. Автомат перезарядил разрывными пулями. Раздался противный треск – и вонючее содержимое головы карлика выплеснулось наружу.

– Фу, мля, – едва не вляпавшись берцем в гнойную слизь, проговорил Штырь.

– Вот тебе и фу́мля, – передразил я его. – Главного надо убить. Сбежал, тварь. – И, вспомнив взгляд кинетика, добавил: – По-моему, он не такой уж безмозглый.

Мы выждали с минуту, но больше к нам никто не пытался приблизиться. То ли струхнули и отступили вслед за главарем, то ли мы завалили всех.

Вернувшись чуть назад, я подобрал фонарь, а затем поискал своих «змеек». Обе «Кобры» так и торчали в глазницах поверженной твари. Вытащил ножи из покореженной головы мутанта, обтер о его же лохмотья и убрал в чехлы. Обогнув окровавленную и источающую жуткую вонь кучку тел поверженных гоблинов, мы двинулись вперед. Оружие держали, естественно, на изготовку: патрон уже заранее ждет в патроннике, ствол направлен вперед, в любую секунду автомат и дробовик готовы сделать из врага решето. Но пока было тихо.

Спустя десять минут крайне осторожного передвижения по «кишке» я услышал неясную возню. Кажется, нам туда. Охота на охотника. Мы переглянулись и двинулись в направлении шорохов. Здесь коллектор разветвлялся, я осторожно посветил за правый поворот – ага, мы на правильном пути: в луче фонаря мелькнули полы черного балахона.

– Вот он! – Я осклабился в хищной улыбке, и мы двинулись направо. И тут произошло неожиданное: преследуемый нами кинетик сам вылез в круг света. Его рев эхом отскочил от стен. Он вновь вздернул коротенькие уродливые руки, норовя вырвать у нас стволы.

– Врешь, не возьмешь! – Я крепче сжал цевье автомата. Но тут на меня обрушился удар такой силы, что «калаш» буквально вылетел из рук. В ушах зазвенело. Обернулся – сзади, оказывается, охоту на нас открыл еще один недобитый кинетик. И мы попали между молотом и наковальней.

– Слышь, Леший, мы же все зачистили, откуда этот-то взялся?! – озираясь, сдавленно прошептал Штырь. К счастью, свой дробовик он умудрился отвоевать и теперь готов был пустить его в бой.

– Хрен его знает, но подавятся, – отозвался я. Во мне начинала закипать ярость. А когда я злюсь, я дюже страшен. – А-а-а-а-а! – взвыл я и ринулся вперед, вынимая из ножен на поясе кинжал. За спиной пророкотал выстрел – это Штырь начал вести огонь по невидимке, зашедшему нам в тыл.

Расстояние в десять-пятнадцать метров до кинетика я преодолел буквально за секунду. Когда до уродца оставалось совсем немного, я что есть силы оттолкнулся обеими ногами от земли, подпрыгнул вверх и на излете вонзил лезвие по самую рукоятку в мутанта, точно в основание черепа. Глаза гоблина остекленели. Вытащив нож, я, тяжело дыша, отошел в сторону. Пошатываясь от пережитого, ко мне подошел Штырь.

– Ну, ты и дал! – с восхищением проговорил попутчик. – Я уж думал – всё, кранты нам.

– Проехали, – устало отмахнулся я. – Где второй?

– Вон, – махнул парень дробовиком в сторону убитого гоблина.

– Надо пойти посмотреть, откуда этот гад выскочил. Интересно. Надеюсь, он был последним окрестным мутом.

– Я с тобой, – тут же сказал Штырь. Парень опустил оружие и вдруг, помолчав, добавил: – Ты это… не думай насчет наших дел с братвой, это наши терки, никто тебя подставлять не собирался, лады?

– Поживем – увидим, – уклонился я от ответа. – Пошли, что ли…

В грязном бетонном рукаве коллектора была ниша, закрытая наполовину отломанной, насквозь проржавевшей решеткой. Напротив шипела «газировка». Штырь остался снаружи страховать, а я кое-как протиснулся между отогнутыми в разные стороны прутьями и стеной. В «норе» стоял такой смрад, что резало глаза. Смешались сладкий запах мертвечины, засохшей крови, экскрементов и затхлости. Пришлось нам обоим надеть противогазы. В углу валялась бесформенная куча из тряпок, чьих-то останков и прочего дерьма. Рядом лежал довольно свежий, если можно так сказать в отношении мертвеца, труп. Объедено было только лицо да обглодана часть ребер, кровь уже успела свернуться, но еще не окончательно засохла.

– Возможно, это хозяин того винтаря, – вспомнив брошенное гоблином оружие, предположил я; голос сквозь противогаз звучал глухо. – Интересно, что он тут забыл?

– Может, тоже от Выплеска прятался, – пожал плечами Штырь. В стеклах его противогаза что-то вспыхнуло. Мужчина отшатнулся, а я, уже поднимая автомат, резко обернулся. В нишу с достоинством вползла, раскинув щупальца-молнии, приличных таких размеров «электра». Я осторожно завел автомат за спину.

– Ох, блин! Давай потихоньку огибай ее, – опасливо косясь на незваную гостью, посоветовал Штырь.

– Ты ученого-то не учи! Лучше расскажи, как ты не заметил ее приближения! Она ж, мать твою, переливается, как новогодняя елка!

– Так ты ж лучом туда-сюда елозил по стенам! Я и не понял, что еще что-то сверкает.

Стоило мне шевельнуться, как аномалия выстрелила в мою сторону длинным разрядом. «Нору» озарила такая вспышка, что и фонаря не надо, видно как днем. Искрящаяся ветка, словно