Акбар Наме. Том 4 - Абу-л Фазл Аллами

и яростно ринулся в бой. Воины, поддерживаемые удачей, доказали свое мужество и преданность; они отступили, лишь когда гонцы принесли известия о приближении Его Величества. Царские знамена устремились вперед. В тот день Хаксар Султан по скудоумию сделал Шахиншаху дерзкое предложение прекратить поход. Его Величество вскипел от гнева, положил руку на меч и в бешенстве бросился на него. Дурак соскочил с коня и попытался укрыться между лошадиных ног. Его Величество также спешился, подошел к нему и ударил своим мечом. Так как то был индийский кханда14, удар оказался несмертельным, и когда милосердный правитель увидел, как тот упал на землю (хак) позора, решил его не убивать15. Поистине, сей гнев проявился подобающим царскому

характеру образом, дабы каждый знал свое место и разговаривал в соответствии с оным. Ибо есть мудрое правило: не всякому подданному дозволено служить в Присутствии [царской особы]. Не каждый, будучи личным слугой, имеет право ступать на ковер чести. Не 227 каждый, достойный этого ковра, может на нем сидеть. Не каждому, удостоенному дружбы, разрешается говорить. Еще менее это позволено тому, кто обращается к самому Хедиву Вселенной. Если же было даровано разрешение говорить, не годится перечить царским желаниям. Наконец, дерзкие возражения против великих планов царей и оспаривание мнения последних противоречат мудрости и не одобряются мудрецами. Но когда великие по деляют одного из дальновидных придворных рангом и избирают его для исполнения особой кая со смиренным видом правду, тот поистине

собственной воле на-ковра чести высоким службы, тогда, изре-выполняет свой долг.

Наконец Его Величество повел в бой знамена удачи — сие украшение победы — и бросил тень престижа на искренних сражающихся. Он лично принял участие в битве и был там, где вражеские стрелы свистели над его головой. Божественная защита отвела от него копья неудачи. Справа от Его Величества находился Муним-хан, а слева — Итимад-хан. В самый разгар сражения тайное вдохновение сподвигло его повелеть забить в барабаны победы. [Шахиншах] обратился к Хан-ханану: «Не стоит больше медлить, нужно атаковать врага». Произнося это, он уже почти отпустил поводья своего коня, когда Хан-ханан с отчаянием в голосе почтительно сказал: «Идея Вашего Величества хороша, но не время ехать одному. Посмотрите, вон сколько преданных людей, давайте сражаться вместе». Шахиншах рассердился и уже было бросился в бой, но Итимад-хан в порыве преданности схватил его поводья. Его Величество прикрикнул на него и ринулся вперед, и враг стал свидетелем шахской славы и царственного наступления, которое не выдержит даже гора. Их ноги и сердца оцепенели. Божественное сияние, сопровождавшее приближение царя, рассеяло и поглотило этих жалких людишек. Несколько военачальников Абд-ал-лах-хана оказались убиты, многих захватили в плен. Победа, подобная шедевру столетий, была одержана буквально благодаря приходу в движение царской удачи. В тот победный день число слуг, находящихся рядом с Его Величеством, не превышало 300 человек. Среди них — Муним-хан Хан-ханан, Мирза Азиз Кокалташ, Сайф-хан Кокалташ, Мукун-хан, Мухаммад Касим-хан из Нишапура, Мир Муизз-ал-мулк, Мир Али Акбар, Шах Фахр-ад-дин, Ашраф-хан, Ити- 228 мад-хан, Хан Алам, Асаф-хан, Лашкар-хан, Шах Кули-хан Махрам, Дастам-хан, Масум-хан Фаранхуди, Кулидж-хан, Рахман Кули-хан кушбеги, Харам-хан, Кутлук Кадам-хан, Ходжа Абд-ал-лах, Хаджи Мухаммад-хан Систани, сын Шах Мухаммада из Кандагара Аадил, Мутталиб-хан, Чагатай-хан, раджа Тодар Мал, рай Патр Дас, Хаксар, Вазир Джамил, Мурад бек. Хотя победоносное войско было немного

численным и устало от долгого перехода, а враг подготовился и насчитывал более тысячи всадников, победу одержали благодаря Божественной помощи. Там, где имеет место величие, количество не играет роли, а если в этом принимают участие управители судьбы, разве могут простые смертные противостоять им!

Итак, после похода и водружения знамен победы Его Величество сделал привал на ночь, отправив нескольких преданных военачальников во главе с Касим-ханом из Нишапура преследовать мятежника. Так как ночью прошли сильные дожди, назначенные для исполнения этой службы люди не смогли пройти и 4-5 косое. Утром Шахиншах выступил лично и направил к передовому отряду гонцов с приказом любым способом вступить в бой. Верные воины ринулись вперед, и утром дня аштад, 26 амардада, соответствующего понедельнику, 28 зу-ль-хиджжа [971 г.х.] (7 августа 1564 г.), к началу третьей смены караула царские знамена прибыли в Али16. Хаким Аин-ал-мулк, лично знавший раджу Али, отправился к последнему и привел его засвидетельствовать почтение. Он [раджа] присоединился к войску и пустился вместе с ним в путь. В тот день, ставший днем проверки на храбрость, Тимур Икка показал себя трусом. Его Величество пожаловал ему особого коня и отправил вперед на разведку. Мужество покинуло никчемного человека, и он отказался под предлогом болезни. Оставалась лишь одна смена караула, когда Шахиншах, сев на коня и находясь под деревьями — так как воздух был раскален, отправил Хуш Хабар-хана за вестями о людях, высланных вперед. Он был всё там же, когда тот вернулся с новостью о победе.

Дело в том, что управители окрестных земель из преданности присоединились к войску и настроили сердца на исполнение своего 229 долга. Храбрецы победоносной армии издали воинственный клич (су-ран)17 и напали на лагерь Абд-ал-лах-хана около ущелья, из которого виден Кампанир. Сей низкий человек, не имеющий чести, пришел в замешательство и, бросив гарем в пустыне, ускакал, прихватив с собой сына. Великие военачальники окружили его имущество, в частности женщин и слонов, и стали лагерем. Мир Муизз-ал-мулк и несколько сирдаров гнались за негодяем пять косое и благодаря быстрому передвижению настигли их. Многих рассеяли, а Мир Муизз-ал-мулк и несколько воинов были украшены ранами (букв. «их лица стали красными»). Злодей скрылся в подавленном и растерянном состоянии, еле живой. Из последних сил доскакал до границ Гуджарата. Поскольку не прозвучало подчиняющего мир указа сделать эту страну полем битвы, победоносные войска остановились. Когда добрые вести достигли царского слуха, Его Величество отправился в путь и, возблагодарив Аллаха, прибыл на место. Преданных военачальников возвысили аудиенцией. Ему показали богатую добычу, состоящую из женщин, слонов и лошадей, а также из денег и товаров. Среди прочего с особым вниманием были осмотрены слоны Апруп18, Гаджгаджхан и Саман, ибо каждый из них являл поистине шедевр творения.

Возблагодарив Аллаха, Его Величество Шахиншах ударил в барабаны ухода в Манду. Он проделал расстояние за три перехода и в день марасфанд, 29 амардада, Божественного месяца, соответствовавшего вторнику, 2 мухаррама [972 г.х.] (10 августа 1564 г.), расположился в светлых покоях крепости Манду. Оттуда разослал сообщения о победе в царские