Нырок в забвение - Ричард Хенрик

– Похоже, этот молодой человек психически ненормален, – заметил командир, направляясь на мостик. – А вы что скажете, коммандер?

Мур, направляясь по коридору вслед за Стэнтоном, высказал свое мнение:

– Возможно, вы правы, командир. Но не может быть никаких сомнений в том, что он сам искренне верит в эту историю. Я это вижу по его глазам.

– А как вам нравится вся эта ахинея насчет того, что его товарищи растворились в воздухе? – возразил Стэнтон, ступая на трап, круто ведущий наверх. – Лично мне это напоминает дикий бред сумасшедшего.

Мур промолчал. Он заговорил лишь тогда, когда они поднялись по крутому трапу и прошли еще один коридор.

– В данный момент только одна версия имеет для меня смысл: это ваше предположение, что команда покинула корабль по тревоге в чрезвычайных обстоятельствах, а матроса Моргана каким-то образом забыли. Кто знает, возможно, когда он сбрасывал отходы, началось затопление отсека через мусоропровод, и без того сложная аварийная ситуация еще более обострилась.

– Но почему тогда они не передали сигнал бедствия? – возразил Стэнтон. Более того, почему они до сих пор нигде не объявились?

Так и не найдя ответов на эти вопросы, они вошли в рубку эсминца. Здесь царила деловая атмосфера. Командир сразу же направился к старпому, а Мур прошел к окну. Хотя все вокруг было сплошь затянуто туманом, на внешнем мостике он заметил нескольких впередсмотрящих, внимательно всматривающихся в туман через бинокли.

– Вижу подлодку! – выкрикнул один из наблюдателей, вытянув руку вперед. – Справа по курсу, удаление двадцать ярдов!

Старпом моментально скомандовал "стоп машинам", и "Хьюит" резко замедлил движение. За спиной у Мура два лейтенанта спорили, как лучше закрепить буксирный трос, а оператор РЛС непрерывно выкрикивал расстояние до лодки.

– Коммандер Мур, – позвал Стэнтон. – Похоже, для вас пришли кое-какие директивы.

Мур подошел к командиру эсминца, стоявшему у цифрового индикатора телеграфа.

– Вот это только что получено на ваше имя, – сказал капитан 1 ранга и протянул Муру сложенный вдвое лист бумаги.

Мур развернул лист и пробежал его глазами: руководство следственной службы флота предписывало ему срочно вернуться в Вашингтон, никак не упоминая при этом о нынешнем задании.

– Командир, я как можно быстрее должен вернуться в Сасебо, – сказал Мур.

– Итак, вы покидаете нас как раз тогда, когда начинается самое интересное, – покачал головой Стэнтон и взглянул на часы. – Я прикажу через пятнадцать минут приготовить для вас "Сихок" на вертолетной площадке.

Мур тоже посмотрел на часы и сунул радиограмму в карман. Его пальцы нащупали там что-то влажное и липкое. К своему искреннему удивлению, он извлек из кармана забытую водоросль, которую снял с руля "Льюис энд Кларк".

– Командир, пока я еще здесь, мне хотелось бы идентифицировать эту водоросль. Я снял ее с руля подлодки. У вас на борту есть энциклопедии?

Стэнтон, внимание которого было полностью поглощено маневром сближения эсминца с лодкой, ответил несколько рассеянно:

– Зайдите к доктору, коммандер. Это по пути к вертолетной площадке. И удачи вам.

Расценив слова командира, как его последнее напутствие, Томас Мур поспешил покинуть рубку. Через лабиринт люков, коридоров и трапов он вернулся в лазарет.

Лейтенант Уэзерфорд сидел за столом, когда Мур вошел в его кабинет. Отодвинув бумаги, начмед улыбнулся и тепло поприветствовал вошедшего.

– Садитесь, пожалуйста, коммандер. Хотите кофе?

– Нет, доктор, спасибо, – ответил Мур. – Я очень спешу и должен успеть на вертолет, отправляющийся через несколько минут. Я зашел к вам, чтобы заглянуть в энциклопедию, если она у вас есть.

– Позвольте поинтересоваться, зачем вам это, сэр? – спросил любопытный доктор.

Мур достал из кармана водоросль и протянул доктору, добавив при этом:

– Она висела на руле "Льюис энд Кларк", и я хочу точно знать, что это такое.

– Нет проблем, сэр, – сказал Уэзерфорд, рассматривая зеленовато-коричневый образец в свете галогеновой настольной лампы. – Похоже на группу бурых водорослей, – заметил он. – Пустотелые шарики на отростках, вроде ягод, – это воздушные пузыри. Я встречал такие водоросли раньше. Давайте посмотрим в компьютерном банке данных, может быть, удастся точно определить их вид.

Мур нетерпеливо посматривал на часы, пока начмед возился с компьютером. Через минуту засветился экран монитора, и Мур подумал, что, вероятно, эту часть расследования стоило отложить до приезда в Вашингтон.

Чувствуя его нетерпение, Уэзерфорд постарался успокоить Мура, при этом его пальцы уверенно порхали по клавиатуре компьютера.

– Потерпите, коммандер. Я уже нашел нужный файл, и сейчас мы получим ответ. Пока компьютер срабатывает, я уверен, вам будет интересно узнать, что наш больной пошел на поправку. У него уже нормальный пульс, и чувствует он себя в целом неплохо.

– А что, по-вашему, могло вызвать у него столь странные галлюцинации? – спросил Мур, не отводя глаз от экрана.

Доктор задумался, затем ответил:

– Не знаю, возможно, матрос Морган переживает посттравматический шоковый синдром. Также очевидно, что он испытывает сильное чувство вины из-за того, что из всей команды в живых остался только он один.

Компьютер пикнул, и Уэзерфорд перевел взгляд на монитор.

– Ага, ну, наконец-то.

Изображение, появившееся на экране, напоминало страницу из учебника ботаники. Текст пестрел рисунками образцов, и Уэзерфорду пришлось просмотреть несколько страниц, прежде чем он нашел то, что искал.

– По-моему, вот то, что нам нужно. Как вы считаете, коммандер?

Мур взглянул через его плечо и увидел на экране рисунок водоросли, абсолютно идентичный исследуемому образцу.

– Несомненно, это наше растение. К какому виду оно относится, доктор?

Начмед торопливо пробежал глазами текст под рисунком и недоуменно заметил:

– Так вот почему он показался мне таким знакомым. Это саргассум обыкновенный, или бухтовая водоросль.

– Не может быть! – возразил Томас Мур. – Я всегда считал, что саргассум встречается только в Атлантическом океане.

Доктор вновь посмотрел на экран, будто перед ним было привидение, и растерянно произнес:

– То же самое написано и здесь, коммандер. Саргассум встречается только в Атлантике. Это значит, что если мы не стали жертвами глупого розыгрыша, то имеем дело с более чем таинственной загадкой!

6

После окончания рабочего дня столовая "Звезды" обычно превращалась в кинозал. Лайза готовила попкорн, и акванавты смотрели фильмы из богатой видеотеки. Обычно после просмотра, включив наружные прожекторы, они завороженно наблюдали совершенно иное зрелище, действие которого происходило за огромным обзорным иллюминатором комплекса. Привлекаемые ярким светом, актерами стихийного действа становились сотни разнообразных видов живописных рыб, обитавших в рифах. Эти поразительные спектакли обычно затягивались до глубокой ночи.