Семь кругов - Брайан Дэвис

Билли повернулся к профессору:

— Поэтому утром вы и говорили мне о Полярной звезде? Потому что она упоминается в этой поэме?

Профессор направил луч в сторону Полярной звезды.

— Я знал о поэме, Уильям, но упомянул об этой звезде, чтобы дать тебе представление о свете и руководстве, что, не сомневаюсь, многие наставники, такие как Мерлин, делали в прошлом. Похоже, здесь он указывает время, когда тебе двигаться в путь. Я просмотрел астрономические карты сегодняшнего вечера. Примерно в семь часов Большая Медведица будет стоять строго вертикально.

Раздался голос Бонни:

— Я думаю, Мерлин имел в виду меня, когда говорил: «Умножая веру вдвое».

— Думаю, это совершенно верный вывод, — согласился профессор, — учитывая, что в песне также упоминается спутница — верная подруга. Это опасное путешествие, но хочу надеяться, ты не передумаешь сопровождать Уильяма.

— После того, что мы испытали вместе? Ни в коем случае. — Бонни приподняла рюкзачок. — Как вам кажется, оставить его здесь или взять с собой?

— Тебя повсюду будет подстерегать опасность, так что ты должна быть готова взлететь в мгновение ока, — ответил профессор.

— Здесь все души оказываются голыми. Становятся зримы даже мысли, — сказал сэр Патрик.

Бонни опустила рюкзачок.

— Наверно, это значит «оставь его здесь».

Профессор бросил на сэра Патрика насмешливый взгляд и не добавил ни слова, просто положил обе руки на плечи Билли.

— Уильям, эти узники много лет томятся в ожидании, и никто иной не может спасти их. Я сохраняю веру в Мерлина. Не подлежит сомнению, у него есть глубокие знания о том, что ждет тебя впереди, и ты можешь доверять его советам. Однако последнее слово за тобой.

Билли пожал плечами:

— Зачем же медлить. Тысячелетний пророк нарисовал у меня на лбу яблочко мишени, так что мне лучше поскорее приниматься за дело.

Профессор вскинул голову:

— Ну что ж, очень хорошо. — Он вынул из кармана часы. — Мне пора встречать Уолтера и мисс Столворт.

Сэр Патрик снова прижал ладонь к изображению леса.

— Как жаль, Мерлин, что вы не сможете быть свидетелем того, чего долго ждали, — как падет завеса.

— Такова уж моя судьба, и я ее принимаю, — ответил профессор. — Я призван к исполнению другой задачи. Может, чудеса для меня еще будут. — В его глазах блеснули слезы. Резко развернувшись, профессор направился к выходу. — До встречи. — Через секунду он исчез в темном коридоре.

Сэр Патрик не отрывал взгляда от дверного проема, за которым затихали шаги профессора. Казалось, он чего-то ждал. Билли понизил голос до шепота и наклонился к Бонни:

— У меня плохое предчувствие.

— Опасность? — Бонни тоже перешла на шепот.

— Да. Это хорошо, что проф так доверяет своему другу Я бы не был так уверен…

Сэр Патрик, повернув к ним голову, запустил руку в задний карман.

— Чуть не забыл. — Он вытащил бумажник и извлек из него пластиковую карточку. — Если помните, в поэме упоминались вещие знаки, которые помогут вам, когда вы будете прокладывать путь через круги. Мы предполагаем, что, оказавшись внутри, вы точно поймете, что это значит. Я скопировал вам поэму на эту карточку, чтобы в пути вы могли заглянуть в нее и, возможно, получить помощь.

— Понял. — Билли снова прочел поэму, на этот раз медленно, пытаясь запомнить как можно больше, а затем сунул карточку в задний карман. — Сколько еще ждать?

— Точный момент определить трудно. Полярная звезда, скорее всего, уже видна, и Большая Медведица почти заняла вертикальное положение. Но я не имею представления, когда именно следует считать ее «стоящей».

Из коридора послышались громкие звуки. В дверях появился Маркус. Он согнулся в три погибели и, упершись руками в колени, тяжело дышал.

Патрик заторопился к нему.

— Маркус! Что случилось?

Маркус прижал ладонь к груди.

— Не мог… связаться с вами по рации… Частоты глушились… Темная колдунья… ее было видно.

Патрик подхватил Маркуса под руку и помог ему выпрямиться.

— Кто ее видел? — крикнул он. — Где?

— Наши передовые посты засекли ее с двумя рыцарями рядом с Тором. Теперь она двигается сюда.

— Мерлин успел скрыться?

— Да. Думаю, его не заметили.

Сэр Патрик притянул Маркуса вплотную к себе, но его хриплый шепот был слышен по всей комнате.

— Никому из прислуги не рассказывай. Используй тайный ход и сам проведи детей через туннель. Когда они окажутся в бункере, включи тревогу.

— В моих руках дети будут в безопасности. — Маркус в поклоне опустил голову.

— Иди же! Я забаррикадирую эту дверь.

Маркус кивнул и выбежал в темный коридор.

— Уильям! — позвал сэр Патрик, показывая на дверь. — Взялись!

Билли кинулся к нему. Вместе они наглухо задраили массивную дверь. Бонни подлетела к ним и помогла поднять и вставить в петли толстое дубовое бревно.

— Но как профессор сможет вернуться к нам? — Бонни ткнула рукой бревно. Оно не пошевелилось.

Сэр Патрик коснулся рации, висящей на поясе.

— Теперь мы знаем о грозящей опасности и сможем переключиться на закрытый канал. Когда все прояснится, мы предупредим профессора. — Он повернул железный ключ под ручкой двери. — Если все прояснится.

Билли вскинул голову:

— Вы что-нибудь слышите?

Бонни показала на отверстие в потолке:

— Вроде как ворона каркает.

У Патрика загорелись глаза.

— Вы должны уходить! — Он быстро подошел к изображению леса. — Следуйте за мной!

Бонни подлетела к стене. Билли кинулся за ней.

— Что мне делать?

Держась за грудь, сэр Патрик перевел дыхание.

— То, что приказал… настоящий Мерлин: «Рассечь мечом завесу и свету вознести молитву».

Снова каркнула ворона.

— Это ваш враг! — крикнул сэр Патрик. — Выхватывай меч и становись на колени! Быстрее!

Билли вытянул из ножен Экскалибур. Лезвие вспыхнуло слепящим белым светом. Патрик положил ладони на голову Билли и Бонни, прошептал: «Да поможет Господь моим детям» — и сделал шаг назад. Билли схватил Бонни за руку и вскинул засиявший Экскалибур. От входа донеслись три громких удара.

— Патрик, сын Натана! — прозвучал женский голос. — Открой дверь!

Свечение Экскалибура расширилось и превратилось в радужный светящийся купол, окруживший Билли и Бонни. Удары в дверь продолжались.

— Патрик! Если ты не откроешь дверь, то ее осколки размозжат тебе череп!

Под натиском светящегося ореола тела Бонни и Билли превращались в световую энергию. Очертания огромного помещения исказились, словно в кривом зеркале. Меч стал таким легким, как пластиковая бейсбольная бита. Билли почувствовал, как его тянет в окно, тело вытянулось, и все предметы и звуки закружились в водовороте.