Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

повалив на землю. Кентавры втоптали оставшихся в живых в землю. Но Антуан фон Грюниген, молодой рыцарь, герой людского и эльфийского народа, оборонявший Эранидарк от орд нежити, погиб под громадными копытами могучих кентавров.

Глава 3

Предсказательница Адиту почти все время проводила в специально выделенном ее королевой покое, туда не было доступа простым эльфам и даже сама Зиниаду всякий раз вежливо стучалась, прося разрешения — небывалое дело! — войти. Адиту же очень редко покидала его, проводя время в молитвах Галеану. Она раз за разом просила возрождающегося бога сообщить ей, что же делать эльфам дальше. А тем времен война между двумя народами разгоралась все сильнее, набирая обороты, словно кошмарная машина. Обескровленный Мейсен практически пал, но ему на помощь выдвинулись войска из Билефелии. Их было не так много, как когда-то, но и этого вполне хватило бы, чтобы уничтожить эльфов и сжечь их города. Магия не спасет, как это было в Битве на опушке, к солдатам и рыцарям присоединились баалоборцы со всей страны, а также маги, которых после Войны огня и праха несколько реабилитировали, так как поняли, чтобы бороться со сверхъестественным нужны именно они. У высоких лордов появились весьма достойные конкуренты. Адиту просила у Галеана совета, но бог молчал и в дело вступили стратеги.

— У нас всего два варианта действий, — сказал Ниаталь, положив тонкие руки на карту, — либо обороняться в лесах, либо выйти и атаковать. Первое приведет в потере нескольких городов и, скорее всего, Эранидарка. Второй же лично я считаю глупостью. Вне лесов мы слишком уязвимы и станем легкой мишенью для людских лучников и арбалетчиков. К тому же, у людей теперь в армии есть не только инквизиторы, но и маги, а это очень опасно для нас.

— Ерунда, — отмахнулся Торалак, всегда недооценивавший людей, считавший их примитивными и недалекими существами, неспособными противопоставить хоть что-то великому Старшему народу. — Никакие маги не могут противостоять высоким лордам.

— Это так, — кивнул Ниаталь, — но сила высоких лордов падает за пределами родных лесов.

— Территории лесов можно расширять, — словно прописную истину объясняя нерадивому ученику, изрек советник королевы.

— Не во Время Осени, — отрезал тот. — У нас просто нет для этого сил.

Торалак заметно сник. Но неожиданно на помощь ему пришел Виглиф Длинный лук — лучший разведчик Эльфийских лесов и доверенное лицо королевы Зиниаду среди диковатых эльфов.

— Во Время Осени это делать сложнее, — сказал он, — но все же можно. Нам будет мешать весна, царящая в людских землях, однако, думаю, мы справимся и с нею.

— Каким образом? — искренне удивился Ниаталь. Он действительно ничего не понимал.

— Вы забыли, лорд Ниаталь, что магией наделены не только высокие, но и диковатые эльфы. Среди нас есть танцовщики, они черпают силу непосредственно из леса и могут управлять им, не смотря на любое Время, царящее как у нас, так и за пределами лесов.

Пришла очередь Ниаталя смущенно опускать глаза. Как и всякий высокий эльф, он несколько недооценивал диковатых, особенно в области магического искусства. Королева Зиниаду улыбнулась и кивнула Виглифу, чтобы он продолжал.

— Да, собственно, мне нечего добавить к уже сказанному, — пожал плечами разведчик. — Вашим учителем, ваше величество, был сам Вандиомейо, прозванный Первый танцовщик. Обратитесь к нему, у вас ведь остались какие-то связи и контакты с ним.

— Остались, — кивнула Зиниаду, вновь улыбнувшись, теперь уже своим воспоминаниям. — Я приглашу его к себе и попрошу помочь.

— Такого не было со времен, — я почесал в затылке, — даже не помню с каких. Расширение лесов, наступление на людские земли. Ведь именно этого и добивались сторонники войны в Кроне.

— Ты все же подслушал наш с Эроком разговор, — усмехнулся Эшли. — Я вообще-то считал, что это был кто-то из диковатых, прикрывавших огненного.

Мне оставалось только пожать плечами и втайне порадоваться, что я сумел провести охотника на демонов, да еще и мага. Хотя насчет провести это я, конечно, погорячился, он знал о чужом присутствии, но все же было приятно.

— Именно этого, — продолжил Эшли, — они, естественно, и добивались. Но это риск и риск очень и очень большой. Они решили сыграть по-крупному, поставив на кон весь народ, всех эльфов.

— Ты забываешь, охотник, — к нам подошел Эрок, который больше не называл Эшли по имени, а только, так сказать, по роду занятий, — что это воля Галеана, переданная через предсказательницу Адиту.

— Ее вполне могут обманывать, — заметил Эшли как бы невзначай, скорее чтобы просто позлить огненного, нашего бывшего друга.

— Ты сомневаешься в воле Галеана! — вскричал тот, похоже, в нем взыграла-таки сущность огненного стрелка, до того очень редко проявлявшего себя.

— Ни в коем случае, — покачал головой охотник на демонов. — Но ведь Адиту может ошибаться, принимая слова, которые слышит за слова Галеана.

— Она — предсказательница! — еще громче воскликнул Эрок. — Он не может ошибаться!

— Ошибаются все, — пожал плечами я, поддерживая игру. — Быть может, не сама Адиту, а те, кто слышит ее слова и толкует их.

Эрок закипел. Мне показалось, еще секунда и у него из носа пойдет пар, как из чайника. Он развернулся на пятках и широко зашагал прочь от нас. Мы с Эшли переглянулись. Наверное, нам следовало бы рассмеяться ему вслед, но, на самом деле, нам было не до веселья. Ибо началась настоящая, крупномасштабная война с людьми. Мы не вернулись в Эранидарк, обосновавшись в покинутом людьми Герлице. Это был наш первый оплот в людских землях, откуда планировалось начать наступление на остальной Мейсен. Мы ждали подкреплений, что должны были подойти из окрестностей Эранидарка и танцовщиков — магов, диковатых эльфов, которые должны были расширять наши леса, поглощая земли людей.

— Ни к чему хорошему, — продолжил развивать прежнюю тему Эшли, — такие игры не приводят. Людей слишком много и они, объективно говоря, сильнее нас. Что мы можем противопоставить атаке тяжелой рыцарской конницы билефельцев и нейстрийцев? Или мобильным аршерам аквинцев?

— Тут ты не совсем прав, — возразил я, отметив что Эшли считает эльфов своим народом, все время говоря именно «мы», хотя сам был человеком. Раньше я на это как-то не обращал внимания. — Кентавры-воители не уступят в силе и ударе любым рыцарям. А если посадить на спины с дикарями стрелков, наших или диковатых, разницы нет, и что нам эти аршеры, а?

— Ну-у-у, — протянул Эшли, — с аршерами ты прав. А вот насчет рыцарей и кентавров-воителей, тут я могу тебе возразить. Первый удар их длинных копий, конечно, страшен, с этим спорить глупо, но вот ближний бой… А ведь он неизбежен при сражении с рыцарями, сам