Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка - София Волгина

жену, не обращая внимание на ее испорченное настроение и продолжил с Саввой обсуждать достоинства машины. Муся резко повернулась к Ирини:

– Ну, пойдем, что-нибудь сготовим, а то я голодная, сейчас упаду от голодного обморока.

– Чем же вас особым покормить?

– А что у вас есть?

– Мы уже поели, через два часа уже спать. Могу картошку пожарить.

– Давай, я помогу почистить картошку.

– Ты сиди, отдыхай, я быстро сама управлюсь.

В примусе оставалось совсем немного керосина. Завтра Ирини собиралась идти в Сельпо за ним, но даст Бог, хватит его, чтоб пожарить картошку. На огороде на двух трех пожухлых кустах еще оставались помидоры. Она сделала салат без свежих огурцов. Зато были огурцы соленые и капуста.

– Муся сидела жевала кусок подсоленного хлеба:

– Ой, в дороге все съели: и несколько банок тушенки и сыр, и курицу, масло сливочное брали целую банку. Ели, как сто лет не ели. Уже последние полдня, не заезжали в магазины, думали уж приедем, там и отведем душу.

«Могла б заехать и купить для себя и нас, – подумала Ирини, – ведь могло случиться, что и картошки б не нашлось. Или б керосина не оказалось».

– Ну как дети? На кого оставила?

– На мою маму. Она приехала к нам на три – четыре месяца, ты ведь знаешь, мой папа умер. Так что, она не захотела оставаться в Шокае на зиму. Вот мы и решили махнуть сюда.

– Просто погулять?

– Да, сделать себе отпуск, побыть вдвоем, купить что-то детям и себе в городе. Словом, отдохнуть от домашних дел.

«Хорошо придумала: тебе отдыхать от домашних дел, а мне их прибавить. Ни хрена, будешь сама готовить себе обеды», – подумала Ирини. Она посмотрела на гостью. Хоть бы она один вопрос задала об Ирининой жизни, о детях. По приезде, она их даже не обняла. Дети сейчас крутились вокруг Митькиной машины вместе с соседскими детьми, хвастаясь, что это их дядя приехал на ней.

Как бы угадав ее мысли, Маруся наконец, как бы поднатужившись, спросила:

– Ну как вы тут поживаете?

– Как видишь, хорошо поживаем. Все нормально. А ты мою маму или кого-нибудь из моих не видела?

– Видела только Генерала. Да, – вспомнила она, – и Харика с ним один раз видела. Они ехали на тракторе, видимо, с совхоза. Слышала, что жена его беременна.

– Правда?!

– Так я слышала. Где он, такой красавец, такую чернавку себе нашел? – вдруг безапелляционно спросила Муся. Ирини опешила:

– Ты про кого?

– Про Харитонову жену. Как ее, кажется, Парфена зовут?

Ирини задохнулась, сверкнула глазами:

– Ты что, вообще, что ли? Ты ее видела? Она очень симпатичная женщина.

Муся как будто смутилась:

– Может мне показалось, я видела ее издалека.

Ирини отвернулась и больше не разговаривала, гремя посудой, накрывала стол. Муся спросила, где уборная и удалилась.

«Вот дела! – возмущалась про себя Ирини, – Сама – не на что смотреть, а людей судит. Все говорили в поселке о красоте и нраве Парфены. Сколько желающих было взять ее в жены. А ты кто? Ни рожи – ни кожи! Подумаешь, образованная бухгалтерша».

Через неделю они уже уезжали. Накупили ворох вещей, игрушек своим детям. В последний день, уложив в обед детей спать, Ирини пошла в магазин, купить что-нибудь к прощальному столу. Гости уехали опять в центр города за очередными покупками.

Простояла в очередях около полутора часа и, когда вернулась, белая «Волга» уже стоял у ворот. Звучала музыка с радиоприемника. Чечен, кстати, тоже купил точно такой же. Ирини ходила последнее время в матерчатых тапочках: мозоль на среднем пальце воспалился и нарывал, так что шаги ее едва были слышны. Дверь на кухню была не прикрыта. Слышен был шелест разворачиваемой бумаги и топанье Митькиных ног. Ирини уже приоткрыла дверь зайти, как вдруг она услышала просительный голос Наташи:

– Дядя Митя, пока вы все укладываете, можно я подержу эту куколку?

Дочь ее стояла около кровати в совсем коротком старом и мятом домашнем платье, не расчесанная после сна и протягивала руки к кукле, которую Чечен уже ей протянул. Наташа счастливо улыбалась, в предвкушении обнять воображаемого ребеночка. Но вдруг Муся выхватила ее из рук мужа и сказала:

– Еще, чего! Это для нашей Валечки, – и, быстро завернув назад в бумагу, положила куклу в чемодан. Чечен только хмыкнул, посмотрев сначала на племянницу, потом на жену, ничего не сказав, продолжил паковать свой чемодан.

Наталия испуганно сглотнула. Она не ожидала услышать такое откровенное пренебрежении к себе. Опустив голову, она молча вышла из комнаты.

Ирини прикрыла дверь, прислонилась к стенке, чтоб отдышаться. Злоба давила ее с такой силой, что она, без сожаления придушила б эту женщину.

Она осторожно вышла во двор. «Ну что, поднимать скандал? Высказать все что я о них думаю? Муська умеет направлять сплетни по своему усмотрению. Напоет Чечену и Федьке, какая я невыносимая и, как бедный Савва переносит меня. Однако, кровь из носу, а куклу детям надо купить…» Ноги Ирини привели сначала на огород, потом через арык и к тете Соне. «Пережду. Через час приедет Савва с работы. Через четыре часа они отчалят. Скатертью дорога, прощайтесь без меня!» В дом к тете Соне она входила с тяжелой головной болью.

* * *

Весной у Харика и Парфены Христопуло, родился сын, Ванечка. Об этом сообщило письмо, написанное старшей дочерью Кики. Крупные буквы ложились неровно, но сообщили много новостей: Роконоца болела месяц ангиной, Кики купила двух коз, у Саввиной сестры, Ани. Родился третий ребенок – девочка.

Ирини срочно усадила мужа писать ответное письмо с поздравлениями, пожеланиями и своими крохотными новостями: Наташа хорошо учится, все здоровы, достроена времянка, собираются поменять толевую крышу на шифер и так далее, а главное собираются вместе всей семьей приехать летом в гости, посмотреть на новорожденных. Двести рублей, которые наторговала Ирини в Осакаровке, в прошлое лето, пошли на приобретение большого громоздкого буфета, куда разместили всю имеющуюся посуду. К зиме Ирини вышила четыре красивые салфетки, которые положила внутрь верхней части буфета, состоящего из двух шкафчиков, с застекленными створками дверцев. Там, на каждой стеклянной полке Ирини поставила стеклянные стаканы, шесть фарфоровых чайных чашек, столько же блюдец и маленький фарфоровый чайничек, подарок Зои, за то, что много лет назад, еще в Осакаровке, Ирини нашла ею потерянные на улице деньги и не присвоила, а отдала их хозяйке.

Всю зиму Ирини собирала по копейке деньги, чтоб поехать впятером и не сидеть на маминых харчах, самим тоже надо что-то покупать. Хотелось повезти подарки своему крестнику, племянникам. Купить какие-нибудь