Остров тайн - Владимир Акентьев

— Однажды я видел, как малайцы-охотники вернулись из леса. На носилках они несли своего совершенно беспомощного товарища — его разбил паралич. Оказалось, он ожегся о лист уреры… А знаете, что такое урера? Это крапива. Точнее, ее тропический родич.

— Наша-то, в общем, безобидна, а вот родственнички у нее чрезвычайно опасные. Собственно, и в нашей крапиве очень сильный яд: достаточно одной десятитысяной миллиграмма, чтобы на коже получился ожог. Какой же он у уреры?.. А вот у этого хищника в пушистых волосках— это выросты железистых клеток — вероятно, такой яд, что действует мгновенно… Валя вскочила:

Знаете что?.. Пойдемте уничтожим эти растения!

Правильно!

Пошли!.. Днем и то не заметишь щупальца, а ночью?!

Ну, что касается дня, это, пожалуй, не совсем так, — капитан приоткрыл крышку котла. — Сейчас каша будет готова.

Капитан, а почему «не совсем так»? Ведь наступил же Дима!..

Наступил. Но разве мы не увидели эти растения издали? Мы просто не знали, с кем… прости, я хотел сказать — с чем мы имеем дело. Потому и не остереглись.

Чайник закипел. Федя снял его, достал заварку:

Но здесь можно было увидеть — место открытое. А если в лесу?..

В лесу? Там не заметишь, это точно. Только я думаю, что в лесу таких растений нет. Видите ли, ребята, хищные растения живут на неплодородных почвах, и питаются-то они животными именно потому, что им не хватает солей азота… Вспомним нашу росянку: где она растет? На торфяных болотах, где вовсе нет перегноя… Вот она и питается насекомыми.

А как же другие растения, которые там растут?..

Клюква хотя бы…

— У клюквы есть помощники.

А у росянки союзников нет, обходится своими силами, как умеет… Кстати, полезное растение!.. Но, друзья, — спохватился капитан, — если вы думаете, что я защищаю этих хищников, то вы ошибаетесь. Вот пообедаем, и пойдем уничтожим их. Только… — он наклонился к костру, снял котелок, и никто не заметил его лукавой усмешки. — Только я думаю, что неплохо было бы сперва назвать как-то этого людоеда…

Назвать?

Конечно. А как же иначе? Так принято. Когда исследователи открывают новый вид животного или растения, они придумывают ему имя.

Эта мысль понравилась, предложения посыпались одно за другим:

Упырь!

Вурдалак!

Спрут. У него тоже восемь щупалец, я подсчитала. И это ничего, что есть уже такое животное, так даже интереснее…

Монстр! — выкрикнул Дима. — Это значит чудовище, урод, выродок.

Монстр — это хорошо… Но это будет простое название, не научное… А все растения имеют латинские названия из двух слов: родовое и видовое.

Да, в ботанике растения называют по имени и отчеству, — засмеялся капитан. — Только это, пожалуй, следует предоставить ученым, а то как бы у нас не получилось, как с мамонтовыми деревьями…

А что с ними случилось?

С самими-то деревьями ничего не случилось. Растут себе и на родине — в Калифорнии — ив других местах… У нас в Крыму их теперь немало… А вот с названием этих деревьев получилась занимательная история! Да-а… И поучительная, скажу я вам…

Вспомнила, вспомнила! Я читала об этом. Есть такая книжка:

«Занимательная ботаника»!

Она самая. Ну, так ты и расскажешь Диме и Феде. Только потом. А сейчас… быстренько вымоем посуду, возьмем топоры и пойдем уничтожать монстров!.. Мы их в полчаса порешим, долго ли…

Ребята переглянулись.

Порешим?.. А можно ли?.. Что, если они нигде больше не растут?..

Верно! Верно, Дима!.. — подхватил капитан. — Как же это я позабыл, что мы с вами прежде всего — исследователи… Ай-яй-яй!.. Разумеется, мы не можем так поступить: ботаники нам этого никогда не простили бы…

Наши друзья обошли негостеприимный холм и пошли вдоль ручья.

Он извивался по дну долины, прижимаясь то к одному ее склону, то к другому.

Заросли на обоих берегах становились все гуще и наконец сомкнулись над самой поверхностью воды: казалось, ручей выбивается из зелени кустов, льется из трепещущих листьев.

Пробиться через эту преграду не было никакой возможности.

— Что ж, друзья, ничего не поделаешь, — и капитан зашагал вверх по склону долины.

Это оказалось тоже нелегким делом — приходилось обходить завалы, продираться через кусты, цепляясь за корни и камни, взбираться по кручам, в то время как тонкие стебли стелющейся ежевики предательски хватали за ноги.

Наконец исследователи добрались до вершины. Она обрывалась вогнутым уступом узкого скалистого ущелья, глубиной метров двадцать. Противоположный склон был еще выше и отвеснее.

Капитан сверился с компасом, достал планшет, сделал очередной набросок местности. Снял панаму, вытер лоб, осмотрелся:

— Спустимся по веревке. Укрепим ее за дерево.

Федя возился с киноаппаратом:

Один момент!.. Кончилась лента.

А как с веревкой? Так ее и бросим?..

Валин вопрос потонул в веселом взрыве смеха.

— Валь, ты — гений!.. Это у тебя получилось не хуже ватерлинии!

Ущелье, ломаясь крутыми зигзагами, неуклонно вело на север. Отвесы становились все выше, местами от неба оставалась только узкая светлая полоска.

Скоро теснина сузилась настолько, что идти можно было лишь по одному… Серая ящерица — рогатая, с острыми гребнями на спине — зло посмотрела глубоко посаженными глазами и тотчас исчезла. Из узких расщелин стекали тонкие струйки воды, камни были холодные, скользкие…. Капитан озабоченно осматривался, опасаясь уже, что из теснины не будет выхода и придется возвращаться обратно, но за одним из поворотов ущелье внезапно оборвалось. Щурясь от яркого света, путешественники остановились, не веря своим глазам…

На фоне высокой горы лежала залитая солнечным светом долина, ровная, как первоклассное футбольное поле, поросшая деревьями, до неотличимости похожими одно на другое: высокие, узкие, с пирамидальной кроной, доходившей до самой земли, они напоминали не то кипарисы, не то ели. Плотный темно-зеленый ковер выстилал поле: ни цветка, ни листика или сухого стебелька — ничто не нарушало однообразия удивительного газона.

Пейзаж неведомой планеты!.. А? — пробасил Мореходов.

Капитан, неужели это… само по себе так сделалось?!

Не знаю, Валюша, что и подумать, право, не знаю… Это слишком хорошо для игры природы, а для рук человеческих — тем более!

Валя вопросительно посмотрела на капитана.

Человек не может так совершенно защитить свои посадки от гостей — случайных растений, а здесь — смотри, что здесь делается!..

Есть цветы, которые нельзя ставить в вазу вместе с другими… — нерешительно сказала Валя.

Капитан понял ее:

— Думаешь, эта травка такая неуживчивая? Возможно, возможно… Но — деревья!.. Они похожи одно на другое, как близнецы! Не знаю, просто не знаю…

Оглядываясь по сторонам, Дима переходил с одного места на другое, отходил назад, снова возвращался:

Нет, товарищи, тут что-то не так!..

О чем ты?

— Да вот о деревьях… Они растут беспорядочно, где придется, но у меня такое чувство, что это только кажется!

В расположении деревьев, и в самом деле, словно бы угадывалась какая-то схема: порой они казались выстроенными в ровные, как по линейке, ряды, но стоило сделать шаг в сторону, это впечатление исчезало…

— Посмотреть бы на них сверху! — вздохнул Федя. Фантастическая долина уходила на северо-восток.

Шагать было легко и радостно — кругом сверкали чистые и ясные тона, будто все здесь только что тщательно прибрали и вымыли.

— Эта дорога обязательно приведет нас куда-нибудь! — подумала Валя вслух. Федя обернулся:

Все дороги куда-нибудь ведут… Валя остановилась.

Ох, Федька, Федька!.. Ну какой же ты…

Какой?

… здравомыслящий, вот какой!

А это плохо?

Когда как… — загадочно ответила Валя. — Скажи-ка вот — куда ведет эта дорога?

Разве это вопрос? В Страну Чудесной Охоты, куда же еще…

Что-о?.. И ты стал бы сейчас стрелять?!

Так ведь охота-то не простая, — чудесная…

И что это, по-твоему, значит?

В Стране Чудесной Охоты выстрел не убивает. И даже не ранит. Просто зверь становится ручным…

Мир был восстановлен.

Дима! Теперь твоя очередь. Куда приведет нас эта дорога?

Это не дорога. Это парк… Дворцовый! Впереди — высеченный в белой скале дворец. И нас там ждут…

Кто? Кто живет в твоем дворце? Какая-нибудь царевна? И она ждет, конечно, именно тебя?

Нет, Валь… Почему «царевна»?.. — Дима запнулся. — Скажи-ка лучше сама: куда мы придем?

В сказку… — Девочка встряхнула головой. — Эта долина — дорога в сказку… Сказку придумать нельзя. Роман, рассказ — можно, а сказку — нельзя… В сказках только правда, только то, что было или будет… На земле много дорог и тропинок, и среди них есть такие, что ведут в сказку…