Дневник - Наталья Загвоздина

Оставь день – дню.

…Как будто не Клондайк. В районной бакалееприкуплены харчи. Добряк-автомобиль

дорожкой золотой завьюжен по колено…Здесь пешим хорошо, но – нет (а то могли б).

И правдой быть стремясь, нисколько с ней не сходнакартина мира в час, когда пошли в купель:вставали на пути леса, долины, холмы,ликующая кровь готовилась кипеть…

Тогда вошли во чрев. И стали проще листьев,трепещущих, тела, готовые лететь…Вокруг текла вода, и жизнь дарила истинсобрание, собор, свободная легенд…

Сегодняшних. Когда нет надобы, есть прокитеатра и фанфар, подложных от начал.И только перебой сердечный пишет промахпод занавес… Душа тоскует по ночам.

Оставь хотя бы миг, хотя бы полдень мига.Не полни суетой наследованный мир.Езжай с своей арбой беспамятно и мимоИсточника. К столу, зовущему на пир.

3

Оставь день дню. В распадке, за холмом,внутри лесов хоронится благое,негромко, неназойливо – нагоестояние. Оставь, не захламлён,

день дню. Прозрачной стрекозыи угольного инока тропинкиплощадно не нарушь и ни травинкине отдавай под лезвие косы

алкающей. Ей целый мир что луг…Оставь день дню, а тайное – могиле.Чтобы и там, в одном пути, могли мынабрать воды, нетронутой, к столу.

7, 8 августаС натуры

Г. Данилъевой

Падают шишки и мокрые флоксы в цвету,шар золотой за зелёным забором дырявым,поздняя птичка, мне кажется, птичий петухчто-то невнятное мереный час повторяет…

Мирная жизнь, подержаться хочу за тебя.Сосны до неба и ели, друг с другом в обнимку.Выйдешь, покажется, смотрят глазами телятдети собачьи и тут же бесстыже отнимут

что-нибудь… Загород, август ещё не в конце.Где-то Посад за стрекочущей лентой дороги.Мы отдохнём ещё вместе в широком кольцезрелого августа, нас звездопад не торопит…

Вьётся дымок, вьются счастье и грусть пополам.Золотое тепло, только под вечер кутаюсь, ёжась.И слегка поднимает над всем неземная волна,и над всеми плыву, на волне не опознанной лёжа.

8 августаПортрет

Е. Гращенковой

Изнеженная ветвь, тугая на поверку,годящаяся в лук, в лучину… Как иссоп,клонящийся легко, ликующая верба —летящая стрела, корзины колесо,

вобравшей полный груз. Соседу и чужомуне зная проволок, несущая за так.Не любящая путь, ведущий вкось и в омут,не бросившая тех, кто очутился там…

Но, кажется, пора закончить возглашенье.Как нравится лица серебряный оклад…Как – дерева упор, выносливость, и шелестнесброшенной листвы, с Утешителем в лад.

9 августаНечаянно

Цветастое лето с душкомпетуний, рассаженных в грядки.Мне август гундит на ушко,что осень, конечно, нагрянет…

Но сладко в Москве по ночамна сретенье осени с летом.Я трогаю их, помолчав,и, слушая, следую следом…

Невзрачен осенний денёклишь разве на глаз верхогляда —потоп не обрушен стеной,но сыплет сквозь ситечко кряду

два месяца – сорок с лишкомзавещанных дней на спасенье…Чтоб из переправы осеннеймы выплыли с новым лицом.

Так в августе тронувшись с месткто как (на моторе, бумаге),постигнем не равную смесьгорячего сердца, ума и

рассудка прохладного. С чемзастанет? На Родине Отчей —окажется. Жизни качель,склоняясь, отмеряет отчерк.

10 августа* * *

…Так конь плывёт за всадником, бежитхозяйский пёс, вся тварь стучится в дверь…Привязанности тайны рубежи —невидимы, безмерны, верь не верь…

…Бегут по следу строчки, каждый знакцепляется, по-своему зовёт…Бессонницею, в бодрствованье, снахявляются и следуют за мной…

И совестно признаться, и прогнатьнет силы. Знать, по силам этот ход.На встречу! На бумаге, у окна…Как всадник, оказавшийся верхом.

10 августаЧТО ЧЕЛОВЕК!

Что человек! Мешочек сердца,наполненный слегка,что схоже со стручками перцаиздалека.

Ю. Кублановский1

Узнаешь боль – родишься. Без неёнас нет. Есть – тени и тела.Мы сущее страданьем познаёми радостью. Глубокого тепла,

не солнечного, жертвенного, жест,движение Вселенную творит,закладывая будущего жертвсинодик, где назначены – твои.

13 августа2

Но если не болела голова, болел ли сердцамешочек? В приснопамятные дни —ещё румянец молодости… Серочело и небо к старости. От них

не отвернёшься, всмотришься. И чудноцветёт на сером выстраданный свет.И сердце отлетающее чуетпотоки, выносящие – наверх.

13 августа3

А если на случай – в разменгодится, чем отроду живы,и в персть обратился размерна жизнь запасённого жита, —

как выкормить этакий рот?!Как та, напитавшая сердцем?Чтоб горечью полнилась рольбеспечно сравнившего с перцем

наполненный чем-то слегкамешочек? Пустая затея.Так следуют тени за тенью.Посмотришь – ни тени следа.

25 августаНа Домниковке

Г. Д.

Ну что же, раз проще про столобеденный – ужин на славу!Здесь некогда угол простойдержал за спиною заставу

вокзальную. Долгих гудковсквозное сообщество, трелисвистковые… Скорый укор,когда не услышали третий…

Всё кануло в Лету. Под шум,не родственный доброму веку,нестройные строки пишу,с печалью смотря из-под века

на неоперённый скелетвзведённого сослепу дома…Но, если зажмурюсь бездонно,восставлю былое с колен…

И лишь за окошком герань,что даже нездешняя, может,меж временем тонкая граньда столбик назойливых мошек…

Высаживай новый росток,связующий цветом и корнемживое, вселяя восторгпред памяти чистой иконой.

13 августаПод деревьями

Они росли и старились. В саду,под яблоней, под грушею, под вишнейподвижное застыло неподвижно,застыло оболочкою, а дух —

парил. На маковке июль.Апостолы. Сограждане, собратья,прошедшие в конец восток и юг —начать и – собирать, собрать, собраться —

расти и возрастать! Возвышен стволнад корнем. Здесь, под яблоней, под грушей,под молодостью, старостью – под грузомнад корнем – наша жизнь, что волшебство.

Что чудо – дивен Бог в Своих делах!Под деревом, под кровлею, под небомбездонным – мы и Дух, что был и не былв подвижных лёгких ящерок телах,

что замерли, застыли. Мнимый часотсутствия движенья. В назиданьеидут часы. Чуть поровну – и дальше.Чуть вровень – и быстрее. Мимо нас.

11 июля 2005, канун Петра и ПавлаТАМ ЖЕ, СПУСТЯ…1. День

Вянут флоксы, один за другим…

Задержавшись во флоксах, спрошу —что ещё этим летом досталось?Поздних ягод стакан, парашютпаутины, хвороба да старость

уходящего племени. С ниммне почти по пути. Тихий вечер.…Вот и следующий чуточку сник,опуская слабеющий венчик…

Упадёт. Разглядев высоко,я испробую вяленой вишни…И настигнет по новой закон,по которому жизни – не вышло,

в городах, в удалении от…Сморщен кожицей синий крыжовник.И грозит приближение осбеззащитного едким ожогом…

Груша падает. Яблочный год —не про этот… Созрели орехи.И готовится в скорый походсентября почтовая карета.

2. Ночь

И лёг туман, и влага потекла,как молоко… Округлою луноюглядело небо, водного стеклакасаясь… И казалось, что умоет

сегодня ночь Вселенную. В окнегорел огонь, и виделось былое…И сердце жгло. И таяла в огне,сгорая за ненужностью, полова

твоих речей, решений… Рукавомсмахнув росу обильную, вдыхаювсе запахи… Ступая в роковомисходе… До рассвета – потакая.

3. Утро

Ещё свежо. Нетронута роса.Ещё в капусте возятся улитки,тяжёлые и скользкие (рогаподвижные по кончики умыты)…

По лабиринту новеньких траншейпрогуливаясь за полночь, под утро,вытаптывают тропки не страшней,чем наши (на глазок)… Когда не убран

бесценного единственный сосуд…Душа! Передохни хоть на рассвете.Твой путь – не в насыщение. На суд.Куда – несёшь. Куда тебя несут.

4. Затмение

А было – угнетение луны.Овальный пруд. Круженье по овалу.Подлунный путь тревожен. И уныл —нет, грустен. Поднебесному подвалуподобен полутёмному вполне…

На полной опечаленной лунея вижу помраченья покрывало.

А было – сон с видением провалаглубокого. Не то теперь, без сна.

Пернатые чирикают без нас.И небо – опрокинуто. Без дна.

16–19 августаПРЕОБРАЖЕНИЕ (2001)

В. В.