Перстень Мораны - Александра Кармазина

— Теперь уже нет, — пожала плечами блондинка. — Я вообще не понимаю ни фига.

— Я думал, что уснул просто и мне приснилось, — пояснил Иван свой диалог с Забельской. — Вика сказала, что я спал, когда все случилось. Она как раз вышла из палатки. Вот только я готов поклясться, что не спал. Просто упал и… вырубился, может, не знаю.

— Кого ты видел, Вань? — уточнила Кира.

— Она высокая, красивая, — начал перечислять Лист. — Волосы такие длинные, черные и… мокрые как будто или…

— …как будто льдом покрыты, — подсказала Алена.

— Вроде того, — кивнул Иван. — Я сначала подумал, что это просто кто-то заблудился или типа такого, но потом она стала трогать меня. Брр, — передернулся парень. — Руки прям холодные, как у лягушки.

— У лягушки нету рук, — влезла Забельская.

— Ценная инфа, Вик, — вздохнул Краснопольский, который стоял у всех за спиной, спрятав руки в карманы.

— Я офигел, когда она полезла ко мне с поцелуями, — поделился эмоциями Иван. — Девушки никогда не проявляли ко мне такого интереса, а эта прям как озабоченная. От неожиданности даже отшил ее.

— Отшил? — повернулась к нему Алена. — И она пришла к моему Вадиму?! — и кинулась на него с кулаками. — Да лучше бы…

Бросившись к ней, Краснопольский ловко поймал молодую женщину за тонкую талию. Он оттащил ее в тот момент, когда длинные ногти Штепиной были буквально в паре сантиметров от лица оторопевшего Ивана. Алена принялась брыкаться и выворачиваться из крепких рук Сергея. Она кричала, что лучше бы умерли все, даже она, но только не Вадим.

— Ну, все-все, — Сергей буквально лишил ее возможности двигаться, обхватив одной рукой за плечи, а второй продолжая держать за талию. — Ален…

Словно в один миг лишившись сил, она повисла у него на руках и снова залилась слезами. Девушку била такая жестокая истерика, что у всех присутствующих побежал мороз по коже. Алена так кричала, что ее вопль буквально заложил уши всем.

Отпустив ее ненадолго, Краснопольский развернул Штепину к себе лицом. Сделав шаг назад, он размахнулся и прицельно ударил ее. В следующий миг крик оборвался на полутоне и Алена рухнула без сознания на руки Сергею.

— Боже! — вскрикнула Вика, зажав рот ладошкой. — Ты больной, Краснопольский?!

— У нее крыша съедет от потрясения, — пояснил свое действие Сергей. — Для нее же лучше, если поваляется в отключке. У меня в аптечке, кроме анальгина и зеленки, нет ничего, что помогло бы выключить ее.

— Жестоко, но необходимо, — кивнул Иван.

— Надо собираться и валить отсюда, — проговорил Краснопольский, поднимая на руки бесчувственную Алену. — Это дело плохо пахнет. Да и надо сообщить в полицию и родителям Вадика.

— Поддерживаю, — лаконично проговорила Кира.

— Отнесу ее пока в твою палатку? — повернулся к ней Краснопольский.

— Не думаю, что это хорошая идея, — возразила Виктория. — Ну, ты сам подумай, — ответила на вопросительный взгляд Сергея. — Придет в себя и — снова в палатке.

— Логично, — кивнул Краснопольский, удивляясь, что Забельская и логичность могут быть совместимы хоть как-то.

Алену решили устроить в машине на заднем сиденье. Аккуратно уложив ее так, чтобы девушка не ударилась головой и ей было максимально комфортно, Сергей выбрался из салона и тяжело перевел дыхание. Открыв переднюю дверь «Ниссана», сел за руль. Попытка завести машину оказалась безрезультатной.

— Что за…? — проворчал Краснопольский и снова попытался запустить мотор.

— Что такое? — поинтересовалась Кира.

— Хрен бы знал, — ответил он, проверяя работа бензонасоса и других причастных к способности автомобиля завестись приборы. — Не понимаю. Я заправился на выезде из города, поэтому дело точно не в бензине.

Покинув водительское место, Краснопольский обошел авто и открыл капот. Спустя пару минут обнаружилась причина. Признаться честно, Сергей ожидал чего угодно, но только не этого.

— Генератор весь обледенел. Не крутит, — сообщил он друзьям.

— Как так? — удивился Иван, подходя к Краснопольскому.

— Сам в шоке, — развел руками Сергей. — Смотри, корка какая…

— Обстучать может? — предложил однокурсник.

— А смысл? Аккумулятор, скорее всего, сдох, — предположил Краснопольский.

— Давай, все же попробуем что-то сделать, — проговорил Иван.

На то, чтобы освободить генератор от довольно плотного налета льда и снега ушло несколько минут, но… когда появилась надежда, все вернулось к первоначальной точке. Наледь словно по мановению волшебной палочки наросла снова. Кроме этого, теперь зеркальная корочка льда, искрясь на солнышке, начала затягивать лобовое стекло машины.

Иван ахнул и попятился, не отводя полного недоумения взгляда от «Ниссана», который медленно, но верно превращался в что-то вроде ледяной фигурки.

Выругавшись сквозь стиснутые зубы, Краснопольский ринулся к открытой задней дверце и принялся доставать из салона Алену. Ему удалось сделать это в последний момент, прежде чем машина снаружи и внутри окончательно покрылась пушистым слоем колючего инея.

К тому времени, как Сергей отошел на приличное расстояние, Алена уже успела прийти в себя. Девушка в ужасе смотрела на живописный сугроб в виде автомобиля. Она все еще держалась за шею Краснопольского, крупно дрожа и почти забыла, как дышать.

Поставив ее на ноги, он осторожно взял лицо Алены за подбородок и повернул к себе, рассматривая. Не увидев синяка или чего-то похожего, Сергей облегченно выдохнул.

— Это она… — прошептала Штепина, судорожно цепляясь за Краснопольского.

— Уехать мы не можем, — констатировал очевидный факт Сергей, — но можем уйти пешком.

«…в чем я тоже очень сильно сомневаюсь», — подумала Алена, но вслух ничего говорить не стала.

Глава 16

— Это бесполезно, — устало проговорила Кира, поднимая с земли небольшую корягу причудливой формы. — Мы уже проходили здесь. Я помню эту ветку…

Все остановились.

Алена села прямо на траву и запустила пальцы в распущенные не расчесанные волосы тусклого каштанового оттенка. Казалось, за последние сутки она постарела лет на десять — настолько плохо выглядела всегда цветущая и свежая девушка.

Иван подошел к Кире и взял у нее из рук сухую толстую ветку, рассматривая ее. Ему тоже бывало казалось, что тропы и кусты знакомы. Однако, парень умалчивал о своих догадках, зная о своем географическом кретинизме. Он мог заблудиться в трех соснах, не говоря