Это — убийство - Эрл Гарднер

— Почти четыре утра, — ответил Дункан.

— Оно и видно, — прокомментировал, зевая, Морейн.

— Вчера ты спешно покинул свой кабинет, — напомнил Дункан.

— Действительно, я торопился, поскольку этот дантист, у которого поехала крыша, отнял у меня много времени. Что вы с ним в конце концов сделали?

— Упрятали за решетку.

— Он что, и в самом деле тронулся?

— Он убежден, что ты совратил его жену.

— Ложь. Никого я не совращал.

— Незадолго до ухода тебе звонила какая-то женщина, — гнул свою линию Дункан.

— Все правильно, — согласился, потягиваясь, Морейн. — Боже правый! Я такой сонный, что никак не пойму, о чем вы толкуете.

Дункан и Морден обменялись взглядами.

— Звонила женщина, причем крайне взволнованная, — напомнил Барни Морден. — Она была на грани истерики. Ее возглас “Приезжайте, приезжайте немедленно!” был слышен на весь кабинет.

— Помолчи, Барни, — приказал прокурор. — Я же сказал, что вести разговор надо мне.

— О'кей, шеф, — нехотя согласился Морден. Френк Лотт продолжал восседать в своем кресле молча, с каким-то зловещим и безразличным видом.

Морейн скользнул по нему взглядом и воскликнул:

— Господи! А это что за привидение в черном? Торговец похоронными принадлежностями, что ли?

Дункан с торжественным видом кивнул:

— Ты угадал. Но одновременно и коронер.

— Ничего себе визит, — удивился Морейн и, повернувшись к Френку Лотту, добавил: — Не принимайте мои слова близко к сердцу. Я просто хотел пошутить.

— И увести нас в сторону от разговора, — вставил Барни Морден.

— Помолчи, Барни, — поморщился прокурор.

— Да что все это, черт побери, значит? — возмутился Морейн.

— Мы хотели бы знать, откуда звонили, — наконец раскрыл свои карты Дункан.

— Ничего себе! — воскликнул Морейн. — Неужели только потому, что я позволил вам пользоваться своим кабинетом, теперь следует отчитываться в том, кто мне звонит?

— Ты убежал без оглядки и где-то побывал, — продолжал Дункан. — Кажется, ты даже вскочил в первое подвернувшееся такси.

— Вот это и в самом деле важно! — с издевкой откликнулся Морейн. — Сколько дают за подобное преступление?

— Мы установили таксиста, который доставил пассажира от твоего офиса до пересечения Шестой авеню с Мэплхерстом, — заявил Дункан.

Лицо Морейна посуровело:

— Что тебе от меня нужно?

— Хотел бы знать, был ли ты тем самым пассажиром?

— А если и был, то что из этого?

— Выяснить, что ты делал в Мэплхерсте.

— Я не говорил, что был там.

— Водитель такси помнит тебя и, не сомневаюсь, опознает.

— Подумаешь!

— Ты ни в чем не желаешь мне помочь, — рассердился Дункан.

Морейн расхохотался:

— Кончай, Фил. Скажи мне точно, чего ты хочешь, и я отвечу на твои вопросы. Но если ты будешь тянуть свою профессиональную резину, ты ничего не добьешься.

Дункан и Морден снова переглянулись.

— Попрошу тебя подняться с постели, — сказал Дункан.

— Что? Вы хотите ее осмотреть?

— Нет. Мы просим, чтобы ты встал, оделся и пошел с нами.

— Куда?

— В морг.

Морейн изобразил негодование:

— Какого дьявола я там позабыл?

— Посмотришь на труп.

— Труп? Чей?

— Узнаешь по прибытии туда.

Морейн пристально посмотрел на своего друга:

— Это официальное уведомление?

Дункан кивнул:

— Самое что ни на есть официальное.

— Почему ты хочешь, чтобы я взглянул на тот труп? — полюбопытствовал Морейн.

— Потому что я убежден, что вчера вечером ты побывал в Мэплхерсте.

— А если я откажусь следовать за тобой в морг?

Дункан перевел дыхание:

— Я буду вынужден тебя задержать до дополнительного выяснения ряда обстоятельств. Будет проведена очная ставка с таксистом.

— Почему бы тебе не привести его сюда?

Дункан неторопливо покачал головой:

— Все предоставляемые тебе как гражданину права будут соблюдены. Выстроим в линию десять — пятнадцать человек и посмотрим, узнает ли и тогда тебя водитель.

— Но это делается только в том случае, если кто-то подозревается в убийстве! — воскликнул Морейн.

Молчание Дункана было красноречивее всяких слов.

Сэм Морейн вскочил с постели, подошел к гардеробу и стал одеваться.

— Но это же лишено всякого смысла! — не переставал он возмущаться, надевая рубашку.

Дункан продолжал сидеть, не говоря ни слова. Барни Морден наблюдал за Морейном.

— В этом шкафу стоит бутылка первоклассного виски, — предложил Морейн. — Примите, пока я одеваюсь… Что за сумасбродная идея! Поднять меня ни свет ни заря, чтобы повести в морг осматривать какой-то труп!

Стоя перед зеркалом, Морейн завязывал галстук, но одновременно тренировал мускулы лица, придавая ему выражение отрешенности, с которым он должен встретить момент, когда снимут простыню и предъявят ему труп Питера Диксона.

Наконец он кончил застегивать жилет. Гости тем временем отдавали должное виски.

— Тебе налить, Сэм? — позаботился Дункан.

— Да, и пощедрее.

Дункан протянул ему бокал, который Морейн поднял, провозгласив тост:

— Выпьем за преступление, джентльмены.

Фил Дункан поставил свой бокал на столик и надел пальто.

— Пошли, Сэм. Я хочу побыстрее кончить с этим злополучным расследованием.

Морейн молча надел пальто и шляпу. Затем жестом пригласил всех к выходу.

У дверей дома Морейна стояла машина. Морден сел за руль. Лотт разместился рядом с ним. Дункану и Морейну досталось заднее сиденье.

Холодная и ужасно ветреная ночь поглотила их.

Машина быстро набрала скорость и вскоре остановилась перед угрюмого вида зданием со сверкавшей зеленым светом вывеской. Лотт открыл дверь. Из вестибюля они попали в длинный коридор, в конце которого Лотт остановился, чтобы достать из кармана ключ. Отомкнув замок, он ввел их в настолько мрачный зал, что над ними, казалось, захлопнулась крышка гроба. На мраморном столе лежала покрытая простыней фигура, напоминавшая своими очертаниями человека. Барни Морден подвел Морейна к столу.

— Как ты знаешь, Сэм, — начал Дункан тоном фокусника, старающегося отвлечь внимание публики, — нам всего лишь нужно…

Морейн подметил, как Морден пытается незаметно схватиться за край простыни, и подготовился к шоку.

Морден сильно дернул.

Взору Морейна открылось тело мертвой женщины. На волосах и части лица запеклась кровь. Голова выглядела как расплющенная и потерявшая всякую форму масса, один глаз полностью вывалился из глазницы.

— О Боже! — прошептал Морейн, чувствуя, как подступает тошнота.

Перед ним лежала Энн Хартвелл.

— Когда ты видел ее в последний раз? — спросил Дункан.

Морейн повернулся к нему, но Морден схватил его за рукав и, указывая пальцем на труп, прорычал:

— Взгляните на нее хорошенько! Вглядитесь в это лицо! Видите, как ее изуродовали? Вы ведь знаете, кто ее убил, не так ли?

Морейн резким движением освободился.

— Что за чушь вы городите! — Он был взбешен?

— Да пошли вы, Барни, к черту! Я относился к вам по-дружески, принимал у себя дома и на работе, играл с вами в покер и угощал отменными напитками. И делал это по той единственной причине, что вы друг Фила. А теперь проявилось ваше истинное лицо — негодяя, циника, предателя. Попробуйте хоть раз еще дотронуться до меня своими погаными лапами, и я расквашу вам морду, ясно?

Дункан сделал шаг вперед и стал между ними:

— Он прав, Барни. Ты не имеешь права обходиться с Сэмом таким образом.

Барни что-то пробормотал сквозь зубы и отступил назад.

Тебе что-нибудь известно об этом убийстве, Сэм? — обратился Дункан к Морейну.

— Нет, Фил, — сказал тот твердо. — Для меня это полная неожиданность, притом очень неприятная. В последний раз, когда я ее видел, она была похожа на выряженную в шелка куколку. Она тогда только что вышла из ванной и выглядела великолепно. Настолько была красива, что, признаюсь, произвела на меня впечатление. Но до того момента, когда пришлось вручать выкуп похитителям, я ее никогда не видел. Я и понятия не имел, кто скрывается под этой простыней.

— Мы нашли ее труп возле железной дороги, на пересечении Шестой авеню с Мэплхерстом. Возможно, что убита она была где-то в другом месте, но обнаружили ее именно там. Нельзя исключать, что ее выбросили из автомашины или с проходившего поезда. Согласно расписанию, через Мэплхерст проходит товарняк в десять десять и пассажирский скорый в десять сорок семь. Между девятью часами вечера и часом ночи там других поездов, кроме этих двух, нет. Смерть наступила вечером между десятью и одиннадцатью с половиной.

Дункан пристально смотрел на Морейна:

— Ты покинул офис около одиннадцати часов. Ты вполне мог доехать на такси до Мэплхерста. Примерно в девять пятьдесят тебе звонила женщина в сильнейшем стрессе и умоляла тебя немедленно с ней встретиться.