Космический замуж. Истинная. Наша (СИ) - Влади Мира

отбиваться от пиратов.

Когда верховный арбитр спросил:

— Согласна ли ты, Анна с Земли, взять в мужья маршалов Адама и Арона, как единое целое по

закону и сердцу?

Я ответила так громко, что эхо разнеслось по всей планете:

— Да! И пусть весь космос это запомнит!

Толпа взревела. Адам и Арон поцеловали одновременно — справа и слева, и в этот момент тысячи

огней взлетели в небо, образуя моё имя на трёх языках. Свадьба официально перешла в статус

«самой громкой вечеринки галактики».

А потом вернулась Джуна. Моя малышка, моё всё.

Она вышла из клиники на своих ножках, держась за мои руки, в простом белом платьице, с

огромными глазами и копной тёмных кудрей.

За спиной у неё стояли два двухметровых маршала в парадной броне, и любой, кто осмеливался

подойти ближе чем на три шага, мгновенно вспоминал важные дела в другой галактике.

Джуна посмотрела на них, потом на меня и выдала своим звонким голоском:

— Тётя Аня, а почему у тебя два мужа?

Адам и Арон переглянулись. Я расхохоталась так, что чуть не упала.

— Потому что я жадная, солнышко. Забрала всё лучшее себе.

С тех пор наш дом стал шумным, страстным и абсолютно сумасшедшим, но именно нашим.

По утрам я просыпалась между двумя горячими, мускулистыми телами. Иногда Адам целовал меня

в шею, пока Арон ещё спал, иногда наоборот. Иногда они просыпались одновременно и тогда… мы

втроем принимали душ.

По вечерам мы втроём укладывали Джуну спать: я пела ей земные колыбельные, Адам

рассказывал про звёздные битвы, Арон показывал, как правильно держать тренировочный клинок

(в десять она уже требовала настоящий).

Я пекла пироги, варила борщи и жарила картошечку. Мужья так полюбили земную еду, что просили

ее каждый день. Отказались от ресторанов и лишь ради моего отдыха порой заказывали доставку.

Через три года я родила им близнецов — Кайла и Райна.

Два маленьких урагана с тёмными волосами, золотыми прядями и янтарными глазами, которые

уже в три года пытались командовать дроидами охраны.

Когда они в четыре года подрались из-за того, кто первый обнимет меня после тренировки, Адам и

Арон просто стояли рядом, скрестив руки, и гордо улыбались.

— Так на нас в этом возрасте похожи, — умиляясь произнес Адам, глядя, как Кайл тянет Райна за

волосы.

— Сто процентов, — добавил с восхищением Арон, когда Райн в ответ поставил брату подножку.

Подросшая Джуна закатывала глаза и говорила:

— Мальчишки — идиоты. Особенно эти двое.

Мы жили громко. Страстно. Долго.

По ночам я тонула в их руках, в их запахе эвкалипта, в их голосах, которые шептали мне «ты наша»

на трёх языках.

По утрам я смотрела, как мои мужья учат наших сыновей держать бластер, а Джуна учит их, как

правильно обманывать врага (землянка всё-таки).

Мурка, толстая и важная, спала на подушке и считала, что весь дом принадлежит ей.

Я смотрела на свою семью: Джуна рисовала звёзды на стене (которую мы перекрашивали уже

седьмой раз), близнецы гонялись за дроидом-уборщиком, а мои мужья, мои огромные, сильные,

невыносимые, любимые мужья, сидели рядом и держали меня за руки.

— Ну что, земляночка, — хмыкнул Адам, целуя меня в висок, — всё ещё жалеешь, что подписала

контракт?

— Только о том, — ответила я, улыбаясь, — что не подписала его раньше.

Конец

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍‌