Космический замуж. Истинная. Наша (СИ) - Влади Мира

— Д-да... Если нет угрозы жизни и здоровью, то остается только один законный способ. В случае, если в течение недели брак не будет... к-консуммирован, один из супругов может потребовать расторжения раньше. Из-за... э-э... холодности или интимных проблем второго...

Я ожила, вскинув голову. Вот оно! Мой шанс!

— У меня проблемы! — выпалила я радостно. — Вообще не хочу! Фригидная от рождения!

Адам наклонился вперёд, его янтарные глаза сузились, а голос стал низким, с опасной хрипотцой:

— Не волнуйся, земляночка. У нас ещё пять дней на то, чтобы это проверить.

Очень нехорошим тоном он это сказал.

Арон хмыкнул, его ухмылка стала почти хищной.

— Можете идти, — бросил он арбитру, не отрывая от меня взгляда. — У нас с женой предстоит серьёзный разговор.

Арбитр, бедняга, побледнел ещё сильнее и вскочил, чуть не опрокинув кресло.

— М-может, я... заберу ее в распределительный центр? — пискнул он, но Адам и Арон синхронно повернули головы, и их взгляды, одинаковые, пылающие, как два солнца, заставили его проглотить слова.

— Мужчина... — испуганно пропищала я, вставая и протягивая руку к арбитру. — Вы это... подождите... Имейте совесть... Помогите...

Но этот гад уже рванул к двери, его мантия развевалась, как флаг на ветру. Дверь захлопнулась за ним с глухим стуком, оставив меня наедине с двумя маршалами.

Повернулась к ним, чувствуя, как сердце колотится, а внутри смешиваются ярость, страх и... чёрт, лёгкое возбуждение от их голодных взглядов.

Глава 16

Адам и Арон поднялись со своих кресел. Их движения были синхронными, как у единого механизма. Двое хищников, готовых к прыжку, но... что-то в их взглядах изменилось.

Янтарные глаза, которые только что пылали голодным огнём, теперь смотрели на меня с мягкостью, почти с теплом.

Я напряглась, ожидая, что они начнут приставать, использовать свои пять дней, чтобы «проверить» мою так называемую фригидность. Но вместо этого Адам шагнул вперёд, его массивная фигура заполнила пространство, и он сказал, спокойно, без намёка на дерзость:

— Джуне сделали операцию.

Нахмурилась, не веря своим ушам. Мой мозг, всё ещё кипящий от ярости и планов побега, будто выключился.

— Что? — выдохнула я, чувствуя, как сердце пропустило удар.

Арон, стоявший чуть позади, кивнул, подтверждая слова брата.

— Мы перевели её в платный отсек, — произнес он серьезным и деловым тоном. — Лучшие медики, лучшее оборудование. Операция прошла раньше, чем планировалось. Если хочешь, можешь навестить её прямо сейчас.

Часто захлопала ресницами, пытаясь осознать ослышать.

Джуна? Операция? Уже? Платный отсек?

Слёзы, не те, что я выдавливала для спектакля, а настоящие, горячие, подступили к глазам. Я открыла рот, но слова застряли в горле от шока.

Эти два маравийца, в которых я не так давно швыряла стульями и называла наглецами, сделали для моей малышки больше, чем кто-либо во всей вселенной.

На Земле мне отказывали фонды, врачи разводили руками, а здесь... здесь они не просто оплатили, но и ускорили всё, и даже дали мне шанс увидеть её.

— Вы... серьёзно? — голос дрожал от эмоций, а слёзы уже текли по щекам. — Я могу её увидеть?

Адам кивнул, смотря на меня с мягкостью и теплом.

— Летим прямо сейчас, — сказал он, и в его хриплом голосе я уловила что-то, что заставило моё сердце сжаться. Не насмешка, не похоть — забота.

Мы вышли из зала, и я едва успевала за их торопливыми шагами. Мурка осталась в спальне.

Их, чёрный, с золотыми узорами, как их броня, флайер ждал на площадке за домом. Внутри было тесно, пахло металлом и их эвкалиптовым ароматом, и я сидела между ними, чувствуя, как их тепло обволакивает меня.

Не знала, что и думать. Эти мужчины, которые обманули меня, шпионили, дразнили, теперь сделали для Джуны невозможное. И я... я смотрела на них иначе.

Клиника была огромной, стерильной, с мерцающими стенами и голографическими панелями. Мы остановились у стеклянной перегородки, за которой лежала Джуна. Моя малышка, такая крошечная в медицинской капсуле, с трубками и датчиками, но живая.

Её грудь поднималась ровно, лицо было спокойным, и я прижала ладони к стеклу, чувствуя, как слёзы радости катятся по щекам.

— Она выкарабкается, — прошептала я, и мой голос сорвался.

Арон стоял слева, его массивная фигура отбрасывала тень. Он уже успел поговорить с медиком. Я видела, как тот нервно кивал ему перед тем, как исчезнуть в коридоре.

— Состояние стабильное, — негромко проговорил Арон, успокаивая меня. — Осложнения минимальны. Через пару недель её можно будет забрать домой.

Домой.

Это слово ударило меня, как молния. Я повернулась к Адаму, который стоял справа, скрестив руки. Длинные волосы с золотистыми прядями чуть растрепались, и он выглядел... уставшим?

— Мы уже распорядились, — добавил он, не глядя на меня, будто это было само собой разумеющимся. — По поводу ремонта в особняке. Надо сделать детскую для Джуны. Наняли няню — лучшую на Маравии. Она будет помогать, когда девочка вернётся.

Я открыла рот, но не нашла слов.

Слёзы так и лились рекой. Даже не пыталась их вытереть. Никто — никто — во всей вселенной не делал для нас с Джуной столько.

На Земле я билась, как рыба об лёд, собирая крохи, умоляя, торгуясь за каждый шанс. А эти два маравийца, которых я называла обманщиками, просто взяли и решили всё. За один день. Без вопросов. Без условий.

— Почему? — выдохнула я, поворачиваясь к ним. Мой голос дрожал, но я смотрела прямо в их янтарные глаза, такие одинаковые и такие разные. — Почему вы это сделали?

Адам пожал плечами продолжая смотреть на меня с теплом.

— Ты наша жена, — сказал он просто, будто это всё объясняло.

Арон хмыкнул, мягко улыбаясь.

— И Джуна теперь наша семья, — добавил он, и я почувствовала, как что-то внутри меня треснуло. От чувства благодарности, от тепла, которого я никак не ожидала.

Торопливо отвернулась к стеклу, чтобы они не видели, как я плачу. Джуна спала, и я знала — она будет жить. Благодаря им.

Я посмотрела на их отражения в стекле — два гиганта, два маршала, стоящих за моей спиной, как стражи. Их броня поблёскивала, мускулы напрягались под тканью, но в их позах не было угрозы. Только сила. И, чёрт возьми, забота.