Обыкновенный, но любимый - Дженнифер Грин

Спустя десять минут Дейзи повесила фартук на крюк, и они убежали.

— Печенье было потрясающим, — сказал Тиг и остановил ее посреди улицы, потянув за рукав.

Она немедленно подняла к нему лицо. Ее обычное лицо, ее обычный голос. Свежая кожа, честные глаза, мягкий рот. Поразительно — образ экзотической, избалованной женщины бесследно исчез.

Тиг поцеловал ее, чтобы убедиться, что он с Дейзи, а не с той приводящей его в смятение женщиной, которая рассказывала байки в кафе.

— Эй, — прошептала она. — Что случилось?

— Я не хотел тебя целовать, — заверил он ее. Просто мне было нужно незаметно залезть к тебе в карман.

— Да? — Она сунула руки в карманы куртки.

Правой рукой достала маленькую квадратную коробочку. Внутри оказался безупречный четырехлистный клевер, покрытый прозрачной смолой.

Дейзи приоткрыла рот и взглянула на Тига. В ее глазах появилось такое ранимое выражение, какого он не видел, даже когда они были обнаженными.

— Это мне? Ты купил это мне?

— Я не покупал. — Тиг знал, что Дейзи привыкла к дорогим вещам, так что бессмысленно пытаться купить что-нибудь дороже того, что у нее есть. А ему чертовски хотелось ей что-нибудь подарить…

— Тиг. Он красив. Он свежий, особенный и личный. И… безупречный.

— Да, мне он тоже понравился.

Они опаздывали. Тиг пустился во весь опор, и ей было трудно поспевать за ним, но все-таки она ухитрилась на секунду прыгнуть вперед, чтобы разглядеть его лицо.

— Ты действительно его не покупал?

— Не-а.

— Значит, ты его изготовил?

— Ты шутишь? Как можно сделать четырехлистный клевер?

— Я имела в виду смолу.

— Может быть.

Шиллинги ждали их к двум часам. Но Тиг хотел заехать сначала к себе, чтобы Дейзи посмотрела на машину, а потом поехала на ней следом за ним. Но когда он подкатил к ней на своем пикапе, она все еще держала в руках клевер и продолжала смотреть на него. А потом взглянула на Тига.

Черт возьми, неужели никто никогда не дарил ей ничего без прикрепленного к подарку ценника?

— По этим дорогам я не ездила несколько лет, — тихо призналась Дейзи. За небольшой рекой виднелась местность, которую все называли Лощиной Светляков. — Здесь по-прежнему летом тусуются подростки?

— Это всегда было местом для детей?

— Здесь у многих фермеров есть пруды, но мы купались в пруду старика Суишера, потому что там стоял большой старый тополь. У него был сук, с которого можно было классно прыгать в воду.

— И это место тебе не нравилось?

Она подняла брови.

— Боже мой, нет! Здесь было прекрасно. Просто…

Дейзи так и не закончила фразу. Они проехали мимо красных сараев и белых заборов, холмов, которые летом зарастут клевером и лютиками.

Миновав крытый мост, Тиг свернул на первую подъездную дорогу.

— Машина в гараже. У меня ключ с собой.

— Ты хочешь сказать, что мы не зайдем к тебе?

— Сейчас? Через несколько минут мы должны быть у Шиллингов.

— Но ты еще не показал мне свой дом. — Она с интересом посмотрела на каменное бунгало с белыми ставнями.

— Мы можем это сделать в другой раз. — Надо решить вопрос с машиной, иначе у него будет сердечный приступ. — Ты умеешь водить машину с переключением передач?

— Тиг, я выросла на ферме. Конечно, умею.

О-о-о… — Он нажал на кнопку на двери гаража, и она увидела его детку. Вообще-то это была старая машина. И вряд ли она могла произвести впечатление на того, кто ничего не знает о «фольксвагене-гольф». Но машина была милой, сверкающей, черной. — Какая прелесть! — восторгалась Дейзи.

— Неудивительно, что ты в нее влюблен.

Тиг расслабился.

— Она тебе нравится?

— Конечно. И на ней ни царапины.

— Ни одной, — согласился он. — У тебя на самом деле есть водительские права?

Дейзи улыбнулась:

— Давай решим этот вопрос, Ларсон, пока тебя не хватил удар. И попытайся больше не беспокоиться. Если ты так переживаешь, то возьми свое предложение обратно — и все дела.

— Я хочу, чтобы ты ездила на этой машине. Просто есть пара вещей, которые ты должна знать, прежде чем сядешь за руль. — Он заметил, что она кусает губу, пытаясь удержаться от смеха. — Это не смешно, — сердито сказал Тиг. — У нее отменный двигатель, но «гольфы»… У них стандартные цилиндрические тормоза. Что означает: она любит ездить, но ей не очень-то нравится останавливаться. И карбюратор весьма чувствительный…

— Ты об этом упоминал уже два раза. И я начинаю понимать, до какой степени для тебя важна эта машина. Если я выдержу тест на умение водить, мы снова сможем заняться любовью, верно?

Или все кончено? Я правильно догадалась, какой будет приз?

— Ну, я бы не заходил так далеко…

Но Тиг об этом думал. Еще как думал. Заняться с ней любовью… Как сильно он этого хотел в любой форме и любым способом, какой ей нравится. Но прежде чем реализовать свои рискованные фантазии, Тиг должен был знать, что она смирится с некоторыми его недостатками.

Он немного рассказал о себе Дейзи, ничего не приукрашивая. Но по-настоящему стал понятен ей, только когда возник вопрос о машине. Дейзи даже представить не могла, что ему пришлось превозмочь, чтобы позволить ей сесть за руль.

— Пристегнись, тигр, — мягко сказала она.

Тиг застегнул ремень. Дейзи застегнула свой.

Потом быстрее, чем молния, она подала машину назад, и они вылетели с подъездной аллеи задним ходом.

У него на лбу выступил пот.

На трассе Тиг заметил снегоочиститель, который плелся со скоростью двадцать миль в час.

Дейзи обогнала сей тихоход на повороте. На повороте с двойной желтой линией! На скорости около пятидесяти.

Тиг взмок. Казалось, в машине не хватает кислорода. Он не мог произнести ни слова. Правая нога инстинктивно жала на тормоз. Вот только тормоз был с другой стороны.

— Ей очень нравится скорость, верно?

Он заметил впереди маленький синий «бьюик». А перед ним — «хонду». Дейзи обошла обе машины по встречной полосе. Спидометр показывал восемьдесят семь.

На следующем холме с поворотами она попрактиковалась в переключении передач.

Наконец — за это время Тиг заработал три язвы она вернулась на подъездную аллею его дома и как следует проверила тормоза.

— Теперь, тигр, — весело произнесла Дейзи, давай попробуем отодрать твои пальцы от подлокотника.

— Со мной все в порядке, — пробурчал он.

— Я знаю, что с тобой все в порядке. — Она отстегнула ремень и протянула ему ключи. — Ну?

— Что «ну»? — Наконец-то его легкие задышали.

— Ну, экзамен сдан? Я решила поступить с тобой честно. Если машина — проверка, то пусть эта проверка будет настоящей. Только…

— Только что?