Архангельские былины и исторические песни, собранные А. Д. Григорьевым. Том 3 - Александр Дмитриевич Григорьев

сильни-могуция богатыри,

Уш вы фсе паленицы да преудалыя,

Ишше фсе же купцы-гости торговыя,

Уш вы фсе же хресьянушка прожытосьни!

45. У нас фсе были во городи поженены,

У нас красныя девушки взамуш повыданы;

Как один князь Владимер да я холост хожу,

Я холост-де хожу да нежонат брожу.

Не знаете ле мне да богосужоной,

50. Богосужоной мне да красной девицы:

Как котора бы девица станом ровна.

Станом-то ровна да ростом высока,

У ей брови-ти церны — да каг у соболя,

У ей оци-ти ясны — да каг у сокола,

55. У ей ягодницы — да бутто макоф свет,

Каг бело-то лицо у ей — бутто белой снек,

Каг руса-та коса у ей до пояса?..»

Каг тут бо́льш-от кроицьсе за средьнёго,

И как средний-от кроицьсе за меньшого;

60. От меньшого тут же ответу нет.

И говорыл же князь Владимер во третей рас:

«Уш вы ой еси, фсе да мои дружечьки,

Уш вы сильни-могуци богатыри,

Уш вы фсе поленици да преудалыя,

65. Уш вы фсе же купци-гости торговыя,

Уш вы фсе же хресьянушка прожытосьни!

Фсе у нас в городи поженёны,

У нас красныя девушки взамуш повыданы;

Как один-от-ле я да княсь холост хожу,

70. Я холост-де хожу да нежонат брожу.

Вы не знаете ле мне да богосужону,

Богосужоной мне да красной девицы:

Котора бы девиця станом ровна,

Станом-то ровна да ростом высока,

75. У ей брови-ти церны — да как у соболя,

У ей оци-ти ясны — да как у сокола,

У ей ягодници — да бутьто макоф свет,

Бело́-то лицо у ей — бутьто белой снек,

Как руса-та коса да у ей до по́яса?..»

80. <И>ще больш-от-де кроицьсе за средьнёго,

Среднёт-от кроицьсе за меньшого;

Как от меньшого тут же ответу нет.

И-за того же стола из-за дубового

Как выскакивал Тороканушко Заморенин:

85. «Уш ты ой еси, князь да стольнекиевской!

Ты позволь-ко-се мне-ка слово молвити,

Слово молвити мне-ка да рець говорыти, —

Как за то же меня слово да не казнить тебе,

Не казнить-то тебе, меня не вешати!»

90. Говорыл тут князь Владимер да таковы реци:

«Говори-ко, Тороканушко Заморенин,

Говори-ко, тибе да сколько хоцицьсе!» —

«Уш ты ой еси, князь да стольнекиевской!

Ище есь у вас во далецём цистом поли,

95. Как во том во роздольици во шыроком же,

У вас выкопан подгрёп да есь глубокой же.

Посажон у вас в подгреби Дунаюшко Ивановиц;

Ище он-то веть был мне-ка названой брат,

Он везде-то бывал да фсёго видал!»

100. Как на то князь Владимер да не ослышылсэ.

Отредил он своих слуг да слуг он верных же,

Он и верных-то слуг своих неизменных же

Как сходить во далецё цисто полё,

Тут и выпустить Дунаюшка Ивановица

105. Ис того же ис тёмного ис подгрёбу.

Как пошли-то, пошли ёго слуги верныя,

Ище верныя слуги да неизменныя.

И они выпустили Дунаюшка Ивановица

Ис того же ис тёмного ис подгрёбу,

110. Приводили Дунаюшка к князю ко Владимеру.

И принимал тут веть княсь и стольнекиевской

Как себе же Дунаюшка во резвы (так) руки,

Он садил-то Дунаюшка во передьней угол,

Угощал-то Дунаюшка Ивановица.

115. Он и спрашывал у Дунаюшка Ивановиця:

«Уш ты ой еси, Дунаюшко сын Ивановиц!

Ты не знаш ле ты мне да богосужоной,

Богосужо(но)й мне да красной девицы:

Как котора бы девица станом ровна,

120. Станом-де ровна, она ростом высока,

У ей брови-ти церны — да как у соболя,

У ей оци-ти ясны — дак как у сокола,

У ей ягодници — да бутьто макоф свет,

Бело́-то лицо — да бутьто белой снек,

125. Как руса-та коса у ей до пояса?»

Говорыл же Дунаюшко ис своих рецэй:

«Уш ты ой еси, князь да стольнекиевской!

Ище жыл-то я, жыл во городе во Ляхови,

У того же короля жыл ляховиньцкого.

130. Ище есь у ёго и две доцэри:

Как перва доци — Настасья, поленица преудалая,

Фтора доци — Опраксея-королевисьня.

Оцунь она была прекрасная:

И станом-то ровна да ростом высока,

135. У ей брови-ти церны — да как у соболя,

У ей оци-ти ясны — да как у сокола,

У ей ягодници — да бутьто макоф свет,

Как бело-то лицо — бутьто белой снек,

Как руса-та коса у ей до пояса!..»

140. Как на то же князь Владимер да не ослышылсэ;

Говорыл он Дунаюшку Ивановицю:

«Уш ты ой еси, Дунаюшко Ивановиц!

Ты бери-ко-се силы, да скольки надобно;

Ты бери-ко-се себе да золотой казны,

145. Золотой бери казны, казны бесцётноей.

Поежджайте по Опраксею королевисьну!» —

«То не нать, то не нать да золота казна, —

Только дай-ко-се мне-ка силы тры товарыща:

Уш ты дай мне старого казака да Илью Мурамца,

150. <И>ще дай же Добрынюшку Микитица». —

«Да бери-ко-се коней, которы тебе надобно!»

А как отпили-отъели, от их поехали.

Как ехали до города до Ляхова

Да до той же стены да городовоей.

155. А до той же до крепости до крепкоей.

Да тут у короля да было фсё запёрто,

Тут запёрто фсё было прызаложоно.

Как не дёржат тут их да ихны заложоцки,

И заежжают они во горот во Ляхоф же

160. Ко тому же королю да ляховиньскому.

Они ставят коней своих ко красну крыльцу,

Они вяжут коней своих к золоту кольцу.

Говорыл же Дунаюшко Ивановиц:

«Уш вы ой еси, мои да вы товарыщи!

165. Вы подите, вы подите да етой улицэй,

Уш вы бейте народа да у́лками-пе́реу́лками

Уш вы бейте-машыте на обе стороны,

Некого вы во городе не оставляйте же;

Я пойду на Опраксеи-то сватацьсе!».