От потрясенного Кремля до... - Юирий Сидоренко

Указанный принцип голосования прослеживался почти во всех случаях, хотя политическая мотивация не всегда лежала на поверхности. Так, при определении численности Верховного Совета России также возникли острые разногласия. В конечном итоге правое крыло не допустило какого-либо увеличения общей численности Верховного Совета. Для наблюдателей, не знакомых с политической подоплекой событий, эта арифметическая война казалась просто бессмысленной. На самом же деле за этим стоял четкий политический расчет, заранее спланированный аппаратом, поскольку минимальное число членов Верховного Совета потенциально обеспечивало в нем правое большинство.

В этом же плане серьезное сопротивление встретили Законопроекты о независимых российских печати, радио и телевидении. Кому мешают свободные средства массовой информации очевидно. И очевиден результат голосования по данному вопросу. В этом же ключе был заблокирован и ряд других документов. Успешные, если только это слово уместно в данном случае, блокировки правых депутатов отчетливо выявляют их собственные и клановые интересы, которые и определили их действительное поведение во время выборов.

Впрочем, был еще один механизм — регуляция извне. В связи с этим я вспоминаю старую ритуальную фразу, которая повторялась так часто, что ее подлинный смысл уже давно где-то затерялся. Звучит эта фраза так: «От имени и по поручению».

В данном случае от своего имени, от своего клана, от собственного интереса (об этом я уже говорил), но еще и по поручению. То есть речь идет о внешней регуляции, о дирижерской палочке, которая дает соответствующие указания, так сказать, поручает.

Одним словом, деятельность правых депутатов носила далеко не стихийный характер и была достаточно четко организована. Это обстоятельство позволяло им уверенно проводить различные целенаправленные действия, начиная от подачи из зала через микрофон и кончая стройным голосованием в соответствующем русле. Указанное обстоятельство, в частности, способствовало возникновению патовой ситуации при выборах заместителей Председателя Верховного Совета РСФСР.

С точки зрения логики и в соответствии с буквой Конституции Председатель должен сам выдвигать кандидатуры своих заместителей, поскольку он формирует свою команду. Однако, следуя духу консенсуса и выполняя собственные обещания, Борис Николаевич использовал кандидатуры, которые определила Согласительная комиссия. Разумеется, в числе кандидатов были и те люди, которых Председатель рассматривал в качестве своих оптимальных помощников.

В первом туре голосования эти кандидатуры не прошли. В дальнейшем по этому вопросу развернулась ожесточенная парламентская борьба. Правые депутаты требовали такой процедуры выдвижения, которая в общем обеспечивала бы их представителям оставшиеся еще вакантными должности заместителей Председателя Верховного Совета РСФСР, а в случае изменения процедуры, кстати в соответствии с Конституцией, угрожали обструкцией в самой вызывающей форме.

Здесь было бы нелишне напомнить, что в других случаях, когда речь шла, например, об изменениях в статьях шестой и седьмой, связанных с упразднением руководящей роли партии, правые депутаты не приняли соответствующие поправки, мотивируя неприкосновенностью, едва ли не святостью конституционного текста. Конституция в этом смысле не является Библией. Сегодня в условиях противоборства различных групп это лишь инструмент или даже оружие, которое можно развернуть в ту или иную сторону в зависимости от логики парламентской борьбы.

Возвращаясь к процедуре избрания заместителей Председателя Верховного Совета, следует подчеркнуть оригинальную ситуацию, которая сложилась на этот момент. Теперь Председателя Верховного Совета России лишали минимального простора для любого политического маневра не только угрозой блокировки вообще, но и в частности, отсекая от него неотъемлемое конституционное право. Фактически у председателя оставалось только место в Президиуме, и ничего больше. Подобное положение немецкие феодалы характеризовали следующими словами:

Ist der König absolut,

Wenn er unsre Wille tut.

Король правит только тогда,

Когда исполняет нашу волю

Этот старинный постулат практически, по крайней мере в сознании правых депутатов, выглядел следующим образом: поскольку Председатель обещал консенсус и Согласительную комиссию, то теперь уже на всех этапах голосования (до страшного суда!) он окончательно лишается своего конституционного права выдвигать заместителей даже из числа тех, которые определены на основе взаимного согласия, но исповедуют не их идеологию. В этом плане обструкция возникла справа именно в тот момент, когда на оставшиеся вакансии Председатель попытался выдвинуть кандидатов из согласительного списка, но по своему усмотрению. Таким образом, эта обструкция не только отнимала у Председателя его конституционное право, но и фактически нарушала соглашение о консенсусе. Все предложенные Председателем кандидатуры были начисто заблокированы, ни один из претендентов не набрал нужного количества голосов.

В этих условиях Ельцину было просто необходимо восстановить свой статус. Причем сделать это ему надлежало не только за счет твердой позиции, но и при помощи специального приема парламентской борьбы, опыт которой едва зарождался. Действуя в этом плане, Борис Николаевич прежде всего категорически настоял на своем конституционном праве выдвигать кандидатуры заместителей по собственному усмотрению, подчеркнув при этом, что пользоваться будет известным согласительным списком, а конфронтационные выкрики в зале и общий настрой противодействующей стороны ему удалось пресечь чисто психологически за счет собственных фундаментальных человеческих качеств.

На этом этапе Ельцин, выдвинув кандидатуры как бы авансом, к голосованию, однако, не приступил и перешел к рассмотрению других вопросов, которые в процессе обсуждения не вызвали большого противоборства. После их благополучного разрешения в успокоенном зале Борис Николаевич использовал прием, позволивший ему одержать победу там, где еще утром просматривался явный проигрыш.

Возвращаясь к проблеме голосования своих заместителей, которые были выдвинуты в начале заседания, Борис Николаевич Ельцин осветил вопрос в новом видении. Он снял кандидатуру Шахрая, учитывая, что этот кандидат баллотировался трижды и не получил нужного количества голосов. Кандидатуру Шахрая Борис Николаевич предложил рассмотреть в дальнейшем на уровне Согласительной комиссии, а за оставшуюся кандидатуру Хасбулатова предложил голосовать сейчас. Это предложение было обосновано тем, что принципиальных возражений против Хасбулатова никто не выразил и что баллотировался он всего один раз.