Путешествие “ГЕОСА” - ВАЛЕНТИН

Жемчужно-синие глаза звездного человека потемнели. Он умолк на минуту и медленно проговорил:

— Мы должны были вести нашу планету к другому солнцу. Осуществить это без биомозга было нельзя. Управлять всеми энергетическими уровнями, составлять программы и рассчитывать случайности мог толь ко он. Мы допустили ошибку, предоставив неограниченную власть биомашине. Только человек может управлять обществом. Мозг, лишенный сердца, оказавшись во главе человечества, стал стремиться к безграничной власти и порабощению. И как видите, он этого достиг.

— И его нельзя уничтожить?

— Уничтожить? — на лице звездного человека появилась странная улыбка. — Только биологический мозг может повести планету в мировое пространство, только ему под силу управлять несметными механизмами, могучими источниками энергии, предвидеть все возможные случайности, управлять энергетическими полями и выполнять тысячи и тысячи других непосильных для человека задач. Если проникнуть к программному устройству биомозга и выключить его, тогда автоматически выключатся все летающие механизмы, что стерегут вход сюда, в подземный мир.

— Этого нельзя сделать?

— Можно… ценой моей жизни. Я и раньше мог выключить биомозг. Но кто воспользовался бы им? Мозг, хоть и нелепо, но управляет жизнью на планете. Если его выключить, люди все равно не получат доступа внутрь планеты и без поддержки биомозга по­гибнут.

Корабль ваш я не мог вызвать по радио. Биомозг перехватил бы радиоволны и обнаружил бы меня. А мне удалось сюда проникнуть ценой жизни двухсот человек, так же, как и я, тысячу лет спавших в анабиозе. Биотоки же биомозг не улавливает. И мне удалось установить с вами биологическую радиосвязь, не рискуя быть обнаруженным. Вы обладаете удивительной способностью улавливать такие сигналы. К счастью здесь уцелел генератор биотоков и инвертор. Все остальное биомозг уничтожил и разрушил в последнем бою с людьми тысячу лет назад и изгнал их на поверхность планеты. Вы шли по развалинам и сами все видели. Здесь погибли сотни миллионов людей.

— Значит, вы ничего не в силах сделать?

— Мне необходима ваша помощь.

— Я готова на все.

Звездный человек сделал нетерпеливое движение, словно хотел убрать разделявшую его и Аэлу прозрачную стену инвертора.

— То, что встретится нам, не должно вас испугать, Аэла. Иначе мы погубим все. Пусть погребенные здесь жертвы заставят окаменеть ваше сердце. Я вижу, что вы бесстрашная девушка, но вы увидите стерегущих биомозг белково-электронных спрутов. Нас будет подстерегать страшная смерть на каждом шагу, И наконец я должен буду подойти к программному устройству биомозга и выключить его. Но программное устройство находится под непрерывным смертоносным облучением, и все живое, вступая в веер смерти, немедленно погибает. Погибну и я. Все остальное сделаете вы. А сейчас мы должны расстаться, хотя некоторое время еще и будем вместе. Мы наденем зеркальные плащи и темные очки, чтобы не отличаться от несчастных жертв биомозга, и вместе с другими обреченными проникнем к нему.

— А мы не растворимся, как они?

— Этот риск неизбежен. Но другого пути нет. Надо только собрать всю силу воли и вовремя вырваться.

— Хорошо. Но вместо вас в веер смерти должна пойти я. Ведь таких, как я, много на корабле! А вы один…

— Вы не пройдете сквозь веер смерти. — И кроме того, лишь мне там все известно. — Звездный человек показал на ее скафандр. — Спешите, Аэла.

Сияющий панцирь Аэлы упал на прозрачный пол. Она взяла из рук звездного человека зеркальный плащ.

— Аэла, когда мы уйдем от инвертора, то уже не сможем говорить, не поймем друг друга. Хотите ли вы что-либо еще сказать мне?

— О, неужели все это неизбежно? Нужно подождать Фреда, Рору и Чарли. Может быть, вместе мы что-нибудь придумаем.

— Ни в коем случае. Нам нужно спешить, пока биомозг ничего не обнаружил.

Звездный человек протянул Аэле белую пластмассовую пластинку.

— Что это?

— Схема управления биомозгом. Сохраните ее. Ваши ученые разберутся в ней. Все остальное записано на катушках. У вас будет много, очень много времени, чтобы воспроизвести мои записи.

Чарли намного опередил Гайденбурга и Рору. Он бежал сквозь плотные облака пыли, не разбирая дороги. Его стальные подошвы гулко стучали по цветным плитам. Из-за сталактитов он увидел около атомолета толпу роботов. Орудуя всевозможными приборами, они разбирали машину на части и растаскивали эти части во все стороны.

Чарли сквозь железную толпу бросился в открытый люк. Роботы не обратили на него никакого внимания. Они были заняты своим делом. Чарли рванул ручку контейнера с жидким кислородом и в ужасе попятился. Роботы выпустили весь кислород до последней капли и растащили переносные баллоны.

Опустив руки, математик огляделся и вдруг увидел, что несколько роботов проникли в атомный отсек и откручивали регуляторы магнитных полей. Все предохранители были сорваны. Еще мгновение — и плазма вырвется из магнитного плена. Тогда произойдет атомный взрыв. Опасность во что бы то ни стало надо было предотвратить.

Чарли выхватил излучатель. Полыхнула белая молния, и один из роботов с грохотом рухнул на железный пол. Остальные продолжали свое дело, не обращая никакого внимания на упавшего собрата.

Чарли стрелял, поражая роботов в их электронные головы.

Услышав треск излучателя, Гайденбург и Рора бросились вперед. Задыхаясь от напряжения, они бежали среди цветных сталактитов и видели железную толпу, осаждавшую атомолет. Пробиться к атомолету было невозможно. Одно неосторожное движение — и железные великаны раздавят их скафандры, как яичную скорлупу.

Гайденбург сразу понял, что Чарли защищает атомный отсек, и вынул излучатель.

Роботы падали, все более загромождая путь к атомолету. Гайденбург попытался оттащить в сторону робота, упавшего против входа в атомолет, но не мог даже сдвинуть с места. И вдруг две могучие стальные руки, словно клещами обхватили лежавшего гиганта и поволокли прочь. Это был робот, увязавшийся за астронавтами.

Гайденбург и Рора, непрерывно стреляя в наступающих роботов, вошли в атомолет. Все внутри атомолета было разрушено. Гайденбург бросился к радиопередатчику, но на месте его остались лишь оборванные провода.

Войдя в атомный отсек, Гайденбург вздрогнул. На экране вибрировали неровные волны, то опадали, гасли, то почти достигали красной черты. Чарли тщетно пытался настроить уровни магнитных полей. Плазма угрожающе вибрировала, захлестывая красную черту.

Рора бросилась к Чарли.

— Скорее! Бежим! Вы ничего не сможете сделать!