Владыка забвения: Железная Воля - Елена Червоная

— Я закончил, отец, — тихо прошептал мальчик, почти под нос. Представление о ближайшем будущем вызывало дрожь.

— Это хорошо. Селена и Мира почти взошли, — Энгель улыбнулся, наблюдая, как в окно поместья пробиваются первые белые лучи крупного светила.

Он взял мальчика за руку, словно боялся сломать или испугать, пытаясь поддержать. Граф выглядел невероятно счастливым, как будто не вел собственного сына на смерть.

Эта перемена в отношениях пугала Норта. Он никогда не видел отца таким. Хозяин поместья почти никогда не улыбался и не веселился, только притворялся на крупных празднествах, когда приезжали важные вельможи. Сейчас же его клыкастая улыбка была искренней, как никогда.

Отец был рад дождаться момента, которого ждал двенадцать лет. Он был счастлив, что все его страдания окончатся и будущее, о котором он мечтал, станет реальностью. Единственным, кто не разделял его радости, был сам Нортон.

— Не волнуйся, мой мальчик. Следующим графом станет твой младший брат.

— Какой брат? — Нортон побледнел. У него не было брата.

— Тот, которого мы ждем с твоей матерью. Мы должны иметь наследника, если тебе не суждено стать им, — непринужденно продолжил Энгель, ведя сына в сторону своего кабинета.

— Но как так? Почему Мари не может стать наследницей? — Мальчик вспыхнул от гнева и попытался вырвать свою руку, но ее держали крепко.

— Марианна — женщина.

— Но моя мать, Долорес, была наследницей! Именно ты взял ее фамилию, чтобы спастись после столетней войны. Только она получила титул и привилегии! Поэтому ты мучил меня, потому что сам был недостоин! Ты был никем и останешься никем! — Озлобленный мальчик перешел на «ты» и вырвал руку. Он выпалил все, что у него на душе.

Глядя, как настроение графа меняется и его улыбка с лица сползает, юный некромант шумно сглатывает и делает два шага назад.

Время словно замедлилось. Младший Гемоку наблюдал, как рука Энгеля поднимается для размашистой пощечины. Тяжелый удар огрел щеку Норта, и звук шлепка эхом разлетелся по коридору с отличной акустикой. Мальчик осел на пол, держась за красный след на щеке, который сразу же начал опухать. Пульсирующая боль ударила в голову.

Энгель молча схватил сына за волосы и грубо потащил его в кабинет. Оторопевший мальчик скользил спиной по каменному полу, чувствуя каждый неровный камешек коридора через позвоночник. К счастью, до кабинета оставалось всего пару метров.

Уже в кабинете Энгель, не отпуская волосы мальчика, нажал на один из камней в стене. Шкаф, набитый книгами и документами, сдвинулся вбок, открывая проход в неизвестную для Нортона ранее комнату.

Мальчик был в полном смятении, потеряв всякое чувство реальности. Перевернувшись и вставая на четвереньки, он с широко раскрытыми глазами смотрел на зияющую дыру за шкафом. Секретная комната?

Будто читая мысли сына, Энгель ответил:

— Это комната для обрядов. Такие вещи должны оставаться недоступными для простолюдинов и смертных, — надменно усмехнулся он и шагнул в темноту.

Нортон, не имея другого выбора, полз за отцом на четвереньках, морщась от натянутых волос, которые его отец крепко держал. Периодически падая и нецензурно ругаясь, он снова пытался подняться, чтобы не набить синяков, и в очередной раз принимал прежнюю позу.

Преодолев кромешно черный коридор, Энгель швырнул Нортона в центр круглой комнаты. Этот круг был окружен высокими белыми колоннами, между которыми стояли люди в черных мантиях. Белый мраморный пол был идеально чист, и, упав на него, Нортон увидел свое растрепанное отражение. Его щека распухла так, словно на мальчика напали несколько ос. Видимо, рука старшего Гемоку была очень тяжелой.

Сев на пол, мальчик заметил, что на мраморном поле был начерчен более сложный круг с различными символами, а в самом центре, где он сидел, находился круг поменьше. В руках у каждого из людей в черных мантиях, чьи лица были скрыты под капюшонами, была Чернокнига. Зрачки Нортона сузились от страха.

Запретное колдовство. Вот что собирается делать отец.

— Отец! Вы ведь не собираетесь делать то, о чем я думаю? — Мальчик в отчаянии бросился на колени к отцу, дергая края его мантии, но тот отшвырнул его, словно что-то грязное, и скривился.

— Я сделаю то, что считаю нужным.

Нортон поднял голову и заметил продолжение колонн и второй этаж комнаты. Там стояли Долорес, Лоренс и другие неизвестные личности. Мать, опираясь на ограждение, напоминающее балконы поместья, выглядела так, словно вот-вот упадет от волнения. Остальные присутствующие глазели с жадностью, а учитель стоял с красными глазами и опухшим лицом, не осмеливаясь встретиться взглядом с учеником. Было ясно, что он долго плакал в своих покоях.

Мальчик чувствовал себя как подопытный зверек. Такие обряды всегда были засекречены, и на них попадали только избранные. Никто не знал точно, как пройдет колдовство, что создавало всеобщее напряжение.

— Что вы собирались делать? — Нортон снова обратился к отцу, не скрывая ненависти и взаимной неприязни.

— Попросим Сатану помочь нам. Говорят, он любит интересные обряды. Чем более жестокий обряд, тем больше шансов, что он окажет нам помощь.

— А если нет? Что тогда? — Мальчишка попятился к черному выходу, наблюдая, как один из неизвестных в черных мантиях подает отцу кинжал из освященной стали.

Эта сталь была освещена, а по сути, «проклята» Богами. На нее было наложено колдовство, позволяющее ранить или даже убить демона. Раны от оружия из этого металла заживали так же, как у обычных смертных, что означало, что любая рана от этого кинжала могла быть последней.

Энгель держал кинжал за деревянную рукоять, стараясь не касаться стали. Держать в руках предмет, предназначенный для его же уничтожения, было крайне неприятно.

Использование священных предметов в ритуале с участием Сатаны означало лишь одно — ритуал, который собирался провести Энгель, был невероятно древним. Такие ритуалы были распространены еще в те времена, когда демоны и ангелы были одной расой, и кинжалы зачаровывались для эффективных сражений с бессмертными недругами.

— Спасибо всем, кто собрался в этом потаенном уголке для нашего маленького ритуала! Сегодня мы впервые опробуем переселение силы из сосуда в сосуд. Мы долго изучали всю найденную информацию, расшифровывали древние письмена разных уголков мира и, наконец! — Энгель сделал паузу, — мы сможем воплотить мечты каждого, кого несправедливые Боги обделили способностями. Каждый достойный сможет приобрести силу у менее достойного! Это будет прорыв! И я, Энгель Гемоку, один из графов Светлого Владыки, получил разрешение на этот ритуал! Для этого нужно лишь расщепить душу первого сосуда.

Внезапно граф повернулся к одному из людей на верхнем ярусе и поднял голову.

Среди всех, одетых в черное, выделялся один молодой мужчина. К нему и обращался