Осколок Нави - Дарья Старцева

– Переночуем на постоялом дворе, где я оставил своего коня, а рано утром в путь двинемся, – предложил Озар, когда последняя торговая палатка осталась позади.

Я содрогнулась от мысли, что меня, княжну Воронецкую обнаружат с молодцем, словно гулящую девку. Здесь почти каждый житель знал меня в лицо, и рассчитывать на молчание не приходилось. Мой великий замысел грозился рассыпаться прахом еще до рассвета.

– Нет, – возразила я как можно спокойнее. – Давай лучше сперва Воронецк покинем, а уж потом и ночлег искать будем.

Я отвела взгляд в ту сторону, где простиралось враждебное Мрежское княжество, однако кожей почуяла пристальное внимание Озара. Его терзали сомнения, и мне стоило уничтожить их на корню.

– Расскажи мне, каково твое княжество? – неожиданно спросила я, нарушая тишину и отнимая у него тем самым возможность поразмыслить о моем происхождении.

– Ты, верно, представляешь его стоящим посреди огромного топкого болота в окружении полчищ комаров, да мошкары, куда никогда не проникает солнечный свет? – предположил купец.

Я стыдливо потупила взор. Примерно такой представляла мне Мрежу Светана в своих сказках. Темный, мрачный образ скверного града вмиг вставал перед глазами всякий раз, когда кто-то упоминал о нем. Еще никто и никогда не говорил мне хорошего о Мрежском княжестве. Пугающие вещи неизменно слетали с уст любого, кто знал о его существовании.

– Но все это лишь сказки, которые внушают вам с самого детства. Наше княжество ничем не отличается от Воронецкого или Брезгородского: те же избы, леса и реки. И живут там не упыри с длинными острыми клыками, а такие же люди, как здесь… ну, разве что чуток умнее и красивее.

Я сильно толкнула плечом Озара и он захохотал, лишь едва покачнувшись. Его звонкий, почти детский смех напомнил мне перелив множества колокольчиков. Приятное тепло окутало мое сердце, и я мягко улыбнулась украдкой. Чем ближе мы подходили к Цветыни, чем отчетливее слышался шум речных вод. На мосту я помедлила, подошла ближе к перилам. Быстрое течение поблескивало в небесном свете. Я с удивлением отметила, что ночью Цветынь кажется совсем другой. Днем это кристально чистая река, манящая своими водами даже в самый прохладный день, а ночью – таинственная, глубокая и немного пугающая.

Почти на самой окраине града стояла добротная изба, окруженная низеньким забором. Лишь в одном ее окне горел слабенький свет лучины, а остальные обитатели постоялого двора уже спали сладким сном. Пока Озар забирал своего коня, и расплачивался за постой, я держалась в тени деревьев на случай, ежели кто-то выйдет на улицу вслед за ним. С небольшого возвышения я любовалась видом ночного Воронецка. Еще никогда раньше не видела наш город, окутанный звездным светом, изнутри. Лишь из окна своей светлицы могла разглядеть площадь, мост через Цветынь, да неровные ряды изб за ним. Обычно все люди к этому времени уже спали, но в дни больших гуляний на улицах то и дело появлялись темные точки, которые то сходились вместе, то бродили поодиночке. Еще не успев покинуть стольный град, я сумела удивиться тому, что было мне недоступно ранее. Оставалось лишь гадать, сколько всего нового я увижу и испытаю за время пути.

Озар привел под уздцы статного вороного коня с гладкой, отливающей серебристым гривой. Я восхищенно ахнула и ласково коснулась вытянутой звериной морды. Конь приветливо зафырчал, обнюхивая мою руку в поиске вкусной моркови или яблока.

– Познакомься, Князь, – промолвил купец, поглаживая коня по шее, – это Заряна. Она хоть и грубиянка, но глаза у нее добрые и голос ласковый.

– Не знала, что князь Мрежский так хорош собой, – хохотнула я.

– Боюсь даже подумать, каким ты его себе представляла.

– Нуу… – призадумалась я. – Думаю, что он старый, с серой морщинистой кожей, покрытой бородавками. А еще у него маленькие злые черные глазки и длинные когти.

Озар закашлялся, словно подавившись собственной слюной, а я весело пожала плечами. В тот миг меня совсем не беспокоило, что скоро я окажусь чернавкой в тереме того самого злого, страшного князя из моих кошмаров. Озар вскочил на коня, а затем подал мне руку. Я поставила ногу в стремя, и он легко, словно куклу подтянул меня наверх. Сидеть в таком положении оказалось жутко неудобно, и я мысленно понадеялась, что вскоре мы сможем остановиться для отдыха. Дыхание Озара шевелило волосы на моей макушке – настолько близко он сидел. Я повернула голову в сторону дороги в желании спрятать проступивший на щеках яркий румянец. Раздался шлепок: Озар хлопнул Князя по боку, и тот с готовностью устремился вперед, навстречу вольному ветру. Я покачнулась назад от резкого рывка и уже через мгновение ощутила знакомый свист ветра. Мы унеслись в лесную чащу, чтобы позже свернуть на тропу, ведущую в Мрежу. Княжеский терем остался далеко за спиной, но я не чувствовала тоски. Мы миновали погост, а впереди простиралась узкая дорога средь темного леса.

Глава 7 Один день на постоялом дворе

Мы провели в пути всю оставшуюся ночь до рассвета, лишь изредка останавливаясь, чтобы размять ноги и дать коню небольшую передышку. А когда доехали до града Гудецка, Озар предложил отоспаться на постоялом дворе. Он рассудил, что дни нынче стоят жаркие, а потому для нас будет лучше проводить время в пути по ночам. Я спорить с ним не стала, хоть меня и толкали на это иные причины. Страшило, что совсем скоро в тереме начнется переполох из-за моего исчезновения, и начнутся поиски. А днем встречалось много путников на дорогах, которые за вознаграждение или же по доброте сердечной готовы вернуть блудную княжну ее батюшке. Неприметный сарафан оказался мне очень кстати, а платок позволил спрятать косу. Теперь я ничем не отличалась от прочих девиц. Однако стоило оставаться настороже. Иногда я вместе с батюшкой ездила в другие города Воронецкого княжества, а потому в Гудецке бывала не раз. Успокаивало лишь, что далеко не все здесь знали меня в лицо. По этой дороге купцы часто перевозили свои товары, а чем больше людей встречается за день, тем сложнее запомнить их. Глаза, цвет волос, рост и одежда – все сливается в один собирательный образ незнакомца.

Солнце едва успело озарить землю своим светом, а на улицах уже вовсю кипела жизнь. Я скрыла лицо, уткнувшись лбом в грудь купца. Казалось, в любой миг кто-то ткнет в меня пальцем, да закричит во все горло: «Княжна Радмила! Ловите ее!». Но люди как ни в чем не бывало проходили мимо. Никто из них не поворачивал головы