Орден - Нэйт Кеньон

Если они не поторопятся, то их отрежет от двери.

Каин вернулся к девочке. Лия стояла на том же самом месте. Ее кожа блестела от пота. Он понял, что она пребывает в трансе. Что-то мощное подхватило ее и унесло прочь, оставив здесь лишь тело.

Неужели она опрокинула фонарик?

Каин взял ее за плечи — времени на раздумье, стоит ли сейчас к ней прикасаться, у него не было. Его ударило чудовищной волной огня, которая пронзила его руки и отшвырнула. Мельком он заметил, что глаза Лии открылись. В них отразился испуг и нечто огромное, словно океан. «Это магия», — подумал Каин. Энергия почти материализовалась и нависала над девочкой, как гигантская черная птица.

Его отбросило к стене. Каин устоял на ногах, но знакомая боль в спине накинулась на него с удесятеренной силой. Лия отшатнулась от него, тряся головой, размахивая руками. Она, несомненно, хотела отгородиться от всего.

Затем глаза девочки закатились, и она осела на пол, теряя сознание.

Странная энергия, овладевшая Лией, тут же исчезла. Каин сгреб Лию в охапку и закинул на плечо. Вернувшись в переднюю, он подобрал посох и рюкзак с книгами. Дым сгущался. «Хорошо хоть, артефакты не сгорели», — пронеслось у него в голове.

Пожар не унимался, жар становился нестерпимым. Оранжевые языки побежали по стенам к потолку. Каин лихорадочно соображал, как им выбраться. Вдруг все вокруг исказилось, и комната стала узкой и длинной. Почему-то Декард подумал о птичьем взгляде, мечущемся туда-сюда в поисках червя. Черном вороне размером с город. Его крылья способны заслонить солнце.

Каин споткнулся, едва не упав, и тут дверь с треском распахнулась, разрушая наваждение. Внутрь проник прохладный свежий воздух.

В дом вбежал высоченный бородатый мужчина, прикрывая рукой нос и рот. Он ринулся им навстречу.

Незнакомец схватил Каина и выволок его наружу, в ночную тьму, вместе с Лией.

ГЛАВА 8

Пепелище

Снаружи небольшого дома уже собралась толпа. Мужчины передавали по цепочке ведра с водой, заливая пламя. Огонь тем временем начал вырываться из окон и подниматься к крыше, собираясь перекинуться на соседние жилища. Зеваки переминались с ноги на ногу, просто глазея и переговариваясь.

Человек, спасший их, назвался Джеймсом. Он был кузнецом и жил по соседству. Каин поблагодарил его за помощь.

— Дым учуял, — заявил Джеймс. — Повезло вам, что я сплю чутко.

Он показал на Лию.

— Не возражаешь, если заберу ее и осмотрю?

— Конечно.

Джеймс снял Лию с плеча Каина и аккуратно опустил на землю. Приоткрыл ей веки, прислушался к дыханию.

— Она не обгорела. И в остальном с ней — полный порядок.

— Дело не в огне, — объяснил Каин. — Боюсь, у нее истерическое состояние. Слишком многое с ней стряслось за последние дни.

Джеймс кивнул.

— У меня дочка — ее ровесница, — сказал он. — Живет с матерью, на другом конце города. Редко видимся.

Он покачал головой.

— Ее мамаша и я, мы друг другу не подходили. А она…

Джеймс указал на Лию.

— Я никогда не слушал, что там болтают про нее и Гиллиан. Таких часто обвиняют в том, в чем они не виновны.

Гиллиан. В безумии пожара Каин забыл о ней. Поглядел на дом, который продолжали поливать водой горожане. Похоже, пожар утихал. Но окна почернели от сажи, а из-под крыши до сих пор шел дым. Вряд ли ей удалось выжить.

Его охватила чудовищная усталость, ему захотелось где-нибудь сесть и просто отдохнуть. Бедные, больные кости! Но он не мог себе такого позволить. Местные перешептывались, кивая на него. Очень скоро разнесутся слухи. Он — чужой, к нему отнеслись с большим подозрением. Кто знает, чем все может закончиться?

Он почему-то снова вспомнил крылатую тварь, ищущую его повсюду. Задумался, было ли то присутствие, которое он ощутил в доме Гиллиан, реальным? А вдруг ему это привиделось?

Где-то позади началась суета. Каин услышал громкий хриплый женский голос. Попросив Джеймса приглядеть за Лией, он пошел на звук, опираясь на посох. Сердце едва не выпрыгивало из груди.

За углом он обнаружил группу любопытствующих соседей и двоих дюжих стражников, которые держали брыкающуюся женщину за руки. Каин остановился как вкопанный. Это была Гиллиан, в рваной и черной от сажи ночной рубашке, со спутанными седеющими волосами. Выглядела она умалишенной.

— На улице поймали, убежать пыталась, — пробурчал стражник собравшимся вокруг них людям. — Вылезла из окна, сказала, что устроила пожар…

— Гори в Преисподней! — завизжала Гиллиан, и с ее потрескавшихся губ полетела слюна. — Я это сделала, да, я сделала. Чтобы огнем уничтожить грех, избавить нас ото зла. Слепые глупцы! Грядет конец мира! Небеса почернеют, а земля изрыгнет уродов!

Она принялась брыкаться, желая высвободиться. Женщина царапала стражников, словно взбесившаяся кошка. В конце концов она едва не свалила их.

— Будь она проклята! — воскликнул какой-то мужчина с пухлым лицом и в ночном одеянии.

Вероятно, он принадлежал к благородным, но был не самого высокого ранга. Каин задумался, по своей ли воле он встал с постели. Простите, что помешали. Мужчина подошел к Каину и ткнул его пальцем в грудь.

— Ты кто такой?

— Всего лишь простой странник, — ответил тот. — Я давно знаю эту женщину. Она жила в городе Тристрам. Тогда мы спасались бегством, и она нашла пристанище здесь, когда мы добрались до Калдея.

— Ты врешь, — заявил мужчина, глянув на рюкзак и посох Каина. — Тристрам? Город опустел после того, как Леорик спятил. Много чего об этом болтают, да смысла никакого нет. Я ни единому человеку оттуда не поверю. Воры и нищие, все вы одинаковы.

— Он демон, из глубин Преисподней, — прошипела Гиллиан. — Не позволяйте обмануть себя.

Она с силой дернулась, но стражники вовремя схватили ее. Замерев, она поглядела вдаль, будто прислушиваясь, и улыбнулась, оскалив зубы, будто готовый к броску хищник.

— Мы запятнаны. Мы рождены от демонов, и наши души очернены их смрадом. Я его чувствую. И они вернутся, чтобы властвовать над нами.

Благородный не слушал Гиллиан, а остальные начали заметно нервничать.

— Что с ней? — крикнул кто-то.

Благородный поднял руку, призывая к тишине.

— Она, — начал он, показав на Гиллиан большим пальцем, — проблема для нашего города. Как и ее дочь. Они уже устроили пожар в таверне. Странная парочка. Никто не хочет с ними знаться. Сейчас мы потушили их дом, но в следующий раз может и не повезти. Мы не можем оставить их здесь.

— В своем родном городе она стала свидетелем ужасной трагедии, — произнес Каин. — Там погибли сотни людей, и это сломило ее душу и ум. Я прошу вас проявить к ней жалость.

— Она могла сжечь наш квартал, — пробормотала пожилая высокая женщина с темными кругами под глазами. Ее голос дрожал. — А девчонка — ведьма.

Каин ничего не ответил. На безумные крики Гиллиан собралось еще больше народу. И каждый был настроен очень агрессивно. Вдобавок все перепугались, а безумное поведение Гиллиан испортило ситуацию донельзя.

— Спросите про его собственные тайны, — тихо вымолвила Гиллиан и ухмыльнулась. Ее голос вдруг стал мягким и вкрадчивым. — Спросите, почему его покинули близкие. Они ведь исчезли.

— Гиллиан, — заговорил Каин, делая шаг к ней, — прекрати нести чушь…

Она бросилась на него столь молниеносно, что стражники едва удержали ее.

— Хорадримы. Твой род ничего не значит. Черный колдун! Ты вместилище для него, как и остальные. Ты-то знаешь, что с нами будет? Огонь и кровь, мертвые выберутся из земли, так, как они сделали в Тристраме. Земля разверзнется, и оттуда выплеснется Преисподняя! Клянусь! Ты видел их, как и я!

Снова послышался шепот, истерический смех. Кто-то крикнул насчет безумия. Соседи принялись ругать ее. Точно, с катушек съехала, говорили соседи. Пора ее забрать, пока не поздно. Голова Гиллиан болталась из стороны в сторону, и те, что были поближе, шарахались, будто ее взгляд мог заразить их.

— Я слышу их. Они правы. Адрия и ее дочь прокляты!

Каин приблизился к Гиллиан. Коснулся ее плеча, и она затихла, дрожа. Ее кожа была такой горячей, что буквально обжигала.

Внезапно ее глаза наполнились слезами, и она обмякла, повиснув на руках у стражников. На мгновение Каин увидел прежнюю Гиллиан.

— Я… прости, — прошептала она. — Я совсем растерялась и сбилась с толку. Они… мне сказали, что ребенок должен умереть. Я должна была так поступить. Я больше не могла терпеть. Помоги мне, Декард, пожалуйста! Останови их.

— Помолчи пока, — ответил он. Повернулся к благородному: — Что вы от меня хотите?

— В северном конце города есть дом безумных, — ответил тот. — Думаю, в данном случае это будет правильным. Она опасна. Мы боимся за свои жизни, а ее вопли насчет конца мира все только усугубляют.