Орден - Нэйт Кеньон

Встреча с демонами часто сводит человека с ума, а проявиться это может годы спустя. Будто волны, разошедшиеся по поверхности пруда.

Гиллиан старалась не глядеть на него. И держала одну руку за спиной.

— Что у тебя там? — спросил он непринужденным тоном.

— Ничего, — пробормотала она.

— Покажи мне, Гиллиан.

Она мотнула головой и попятилась. Когда она немного повернулась, Каин увидел, что в ее руке что-то блеснуло. Похоже, внутри нее шла отчаянная борьба. Она скривилась, и ее губы задрожали. По щеке скатилась слеза. Потом выражение ее лица резко изменилось. Оно стало жестким и злым.

— Нет. Уходи сейчас же, Декард.

— Думаю, тебе лучше присесть. И позволить мне принести тебе чаю.

— Не хочу я никакого чая! Ты его заколдуешь, чтобы меня успокоить. Разве не так ты всегда поступал? А еще ты любишь всякие загадки. А помнишь, что случилось тогда, в Тристраме?

— Гиллиан…

Внезапно ее голос стал мелодичным, почти игривым.

— Я выросла рядом с ним. Пока он не исчез…

— Хватит! — заорал Каин. — Не смей!

Гнев и ненависть к себе вырвались наружу. Гиллиан выставила вперед руку, которую держала за спиной.

В ней был большой нож с красными пятнами на лезвии.

Теперь он понял, чем пахло в доме. Кровью.

— Я мясо резала, — пояснила она. — На ужин.

— Где девочка?

— Она спит. Они сказали мне, чтобы я ее не трогала.

Гиллиан улыбнулась, и улыбка ее была широкой и хищной, как у змеи, готовой проглотить мышь. Ее глаза остекленели и закатились, виднелись лишь белки.

Комната будто закружилась вокруг Декарда Каина, а стены изогнулись. Ребенок! Он снова оставил невинного в опасности, а сам сосредоточился на собственных делах. И опять пролилась кровь. Он выругал себя за слепоту и глупость, неспособность прочесть очевидные знаки. Гиллиан больна, возможно, опасно, а он не обратил внимания. Как обычно.

Прошлое пыталось вырваться наружу, захлестывая его с головой. На этот раз он должен успеть, пока не поздно.

А еще ты любишь всякие загадки.

Каин схватил фонарик и кинулся в коридор. Свет бликами плясал на стенах и потолке, отбрасывая длинные тени. У двери в комнату Лии имелась наружная задвижка, но она была открыта. Каин переступил порог, его сердце сильно билось. Но он не заметил ничего пугающего. Девочка лежала на боку, свернувшись клубком на узкой кровати. Дышала она ровно и спокойно.

Значит, Гиллиан действительно резала мясо на ужин. Лия в порядке.

Но это не объясняет странного поведения Гиллиан и не отменяет того факта, что она на грани безумия. Деньги в доме кончались, а напряжение нарастало. Вдобавок Гиллиан боится Лии.

А помнишь, что случилось тогда, в Тристраме?

Каин услышал позади шум. Гиллиан кралась в спальню.

Похоже, она его не видела. Приблизилась к девочке, и в комнате резко похолодало. Лия села на кровати, не открывая глаз, не просыпаясь. Гиллиан замахнулась ножом, и между ними заискрилась энергия. Гиллиан с размаху отбросило к стене, будто гигантская рука схватила ее и отшвырнула.

Каин в ужасе отпрянул. Что за непонятная магия? Лия выглядела как марионетка. Ее голова качалась вперед-назад в гипнотическом ритме. Каин вспомнил, как коснулся ее руки, и ощутил скрытую энергию, сжатую, как пружина. Она могла вырваться наружу с неизвестными последствиями.

Гиллиан встала и опять направилась к кровати. Глаза Лии открылись, и она закричала, отпрянув, а незримая сила вырвала нож из руки Гиллиан. Лезвие со звоном упало на пол.

— Воплощенное зло! — завопила Гиллиан, брызжа слюной. Она брыкалась и размахивала руками, но что-то удерживало ее на месте. — Ведьмино отродье! Твои темные пути не спасут тебя! Мертвые придут за тобой!

Лия окончательно проснулась. Она казалась абсолютно потерянной, даже тело ей не подчинялось. Она переводила отчаянный взгляд с Каина на Гиллиан и обратно.

Каин должен прекратить кошмар.

Поставив фонарик, он достал из рюкзака флакон с чем-то белым. Это был толченый корень дерева из тораджанских джунглей, смешанный с костями. Снадобье, приготовленное священником Ратмы. Открыв крышку, он насыпал порошок на ладонь и дунул в лицо Лие.

Глаза девочки закатились, и она упала на кровать.

А Гиллиан уже отпустила магическая сила. Женщина потянулась за ножом. Каин осыпал ее порошком. Когда облако окутало ее, она рухнула на пол, ударившись головой о стену.

Воцарилась тишина. Каин проверил пульс у Гиллиан — ее сердце бешено колотилось. Она судорожно и быстро дышала. У Каина свело живот. Порошок некроманта являлся средством, открывающим врата в мир между живыми и мертвыми. Используешь мало, человек останется в сознании, но у него будут чудовищные видения. Большая доза — гораздо опаснее. Запросто отправишься туда, откуда нет возврата. Сложно точно определить, сколько он взял для Лии и Гиллиан.

Декард проверил состояние девочки. Та спала глубоким сном, с ровным, устойчивым пульсом. Ее личико стало почти что ангельским. Каина охватили странные чувства. Лия ничего не понимает и не знает своего прошлого. Совсем недавно она проснулась, увидев женщину, которую считает своей матерью. А та напала на нее, угрожая ей ножом. Но Лия ни в чем не виновата. Она лишь перепугана и растеряна.

Он должен ей помочь. Но он — не герой. Он раз за разом демонстрировал это. Как ему поступить с маленьким ребенком? Он — старик, у которого своих проблем по горло. Но если он не найдет способ остановить зло, надвигающееся на Санктуарий, это не будет иметь значения. Они умрут в лучшем случае.

Пульс Лии не менялся. Каин с трудом взял Гиллиан под руки, но вытащить ее оказалось практически невозможно. Колени и спина заныли от боли, и он сдался. Затем он поднял с кровати Лию, забрал ее одежду и обувь и вынес из комнаты, в темноту прихожей. Там он бережно положил девочку на коврик у очага. Зажег от углей второй фонарик. Прихожая осветилась, и тени расступились. Лия не проснулась.

Дыхание Гиллиан также успокоилось, а сердце забилось медленнее. Каин ухитрился уложить женщину на кровать Лии. Закрыл дверь и задвинул защелку.

Потом он взял нож и вернулся к Лие, прокручивая в уме все произошедшее. Сила, наполнявшая девочку, защитная, она, похоже, пробуждается лишь тогда, когда ей угрожает опасность. Но это — не обычное заклинание. Ему еще никогда не доводилось сталкиваться с подобным. Настоящая мать Лии была могущественной ведьмой. Вполне вероятно, она передала дочери свои способности. Но ведьмы — не маги. Обученные волшебники могут управлять стихиями, но на такое уходят годы тренировок. Просто невероятно, что маленькая девочка справилась с этим, не обладая нужными навыками.

Должен быть кто-то, кто разбирается в проблеме получше, чем Каин. Он невольно вспомнил магов, о которых рассказал ему Каллум. Если они изучали традиции Хорадримов, вероятно, они могли бы помочь. Хорадримы бы поняли суть ее дарований. Они направили бы ее сквозь бурные воды, в которых она окажется, когда повзрослеет.

«А если они не существуют? — возразил он сам себе. — А ты, старик, наивный книжник, играющийся со всем этим. Разве у тебя есть хоть какая-то надежда?»

Дом пропитался медным запахом крови. Выглянув на кухню, он обнаружил там тушку крупной крысы. Она была обезглавлена и частично выпотрошена. Неужели Гиллиан хотела приготовить ее на ужин?

Слишком уставший, чтобы почувствовать отвращение, он стряхнул останки грызуна в помойную бочку и сел на стул. Лия спала. Порошок продержит ее без сознания еще пару часов, а теперь ему надо решить, что дальше делать. Так больше не может продолжаться.

Груз новой ответственности словно сдавил ему грудь. К Каину вернулись сцены сна. Как он прятался в соборе Закарума с Гиллиан, а потом увидел черную тварь и женщину с мальчиком. Вспомнил упрек в его глазах, немое обвинение, которое он пытался похоронить внутри себя уже почти полсотни лет. Почему ты не спасаешь нас?

На самом деле все было по-другому. Не было ни того монстра, ни матери с ребенком. Лахданан убил короля Леорика, но потом все стало только хуже. Лахданана прокляли, и горожане вновь начали исчезать. Безумие охватывало их маленький городок, странные звуки и демоны заставили многих бежать. Одновременно туда стекались толпы искателей приключений. Они желали стать героями или хотели разграбить сокровища, якобы скрытые под древней обителью Хорадримов.

Один за другим, несмотря на предостережения Каина, странники спускались в глубины подземелий. Темные коридоры оглашались их воплями, когда они становились очередными жертвами темного воинства Диабло.

Каин давно был сломлен чувством вины. Он потерял веру и пренебрег словами матери об истинном пути Хорадримов.

Он постоянно читал, собирая информацию. Частенько заглядывал в таверну «Восходящее солнце», чтобы выслушать чужие рассказы. Но он был стар и немощен, чтобы самому биться с армией демонов. Декард не мог убедить остальных в опасности того, что им предстоит пережить.