Стирающее поветрие, или Бумажная лавка госпожи Анны - Ксения Котова

За окном колотил дождь, смешанный с сероватыми хлопьями ноябрьского снега, но в гостиной было тепло и спокойно от огня в камине. Малышка приоткрыла веки, и Анна подумала: «Вот же инопланетянка!». Такими иномирными, показались ей дымчатые с фиолетовым отливом глаза дочери.

– Назовём её Викой? – предложил Артур.

Анна ещё раз посмотрела малышке в глаза.

– Моя Вика. Моя Ежевика, – с нежностью сказала она.

Дочка росла любопытной и шаловливой. Едва научившись ползать, она стремилась к шкафам и вместо игрушек стягивала с полок книги. Родители переставили дорогие издания повыше, пониже – детские истории, но зря спасали от неуёмного человечка статуэтки и сувениры. Ежевику интересовали лишь книги. Дочка с важным видом «читала»: переворачивала страницы и водила по картинкам и строчкам указательным пальцем.

Ежевике исполнилось четыре с половиной, когда она пришла к Анне с энциклопедией.

«Мол-л-ле, мол-л-ле!… Ты видела его, мама?», – спросила малышка.

Анна с Ежевикой устроились среди вороха пледов на полу в детской и разглядывали энциклопедию. Дочка изучала карты, восхищалась иллюстрациями и срывающимся от восторга голосом пыталась читать по слогам названия диковинных рыб. Каждый разворот сопровождался вопросами: «Сто они едят?», «Сколько жа-вут?», «А летают?..» Анна отвечала, и Ежевика на ходу сочиняла истории о подводном мире, о талантливых рыбаках, рисующих звёздных китов, и о крабах, поющих песни на серебристых отмелях.

Хозяйка магазина порывисто вздохнула и погладила шрам на хвосте кита. Ежевика ужасно расстроилась, поцарапав обложку. Анна успокоила: «Зато теперь мы знаем, что это наш кит».

– Вы выглядите так, словно я услышу какую-то очень, очень грустную историю, – заметил Фаро.

– Нет, что вы!.. – слипшийся рот распахнулся сам собой. Ежевика была счастьем. Анна ломано, светло улыбнулась. – «Обитатели Северо-Западного моря» – первая книга, которую мы с мужем, моим Артуром, купили после свадьбы. Я уже ждала дочь… Ежевику, но в голове не было ни единой мысли, как оформить детскую. В энциклопедии оказались невероятно вдохновляющие иллюстрации! Чудно́ и примитивно нарисованные водоросли, ракушки, рыбы, рачки, тюлени, ламантины!.. Художница подражала стилю наскальных росписей из пещеры на берегу любимого города. Самое известное изображение оттуда, чуть ли не всемирно, – семья звёздных китов. На обложке, вот, кусочек…

– Пещера и правда влечёт туристов со всего света… – протянул Фаро. – А знаете, в чём суть росписей?

– Конечно. Древние обитатели побережья верили, что прекрасные великаны уносят души умерших в страну покоя. Каждая нарисованная вокруг звезда – молитва о добром путешествии и счастливом новом доме, – Анна мечтательно прикрыла глаза. – В пещере необычный воздушный колодец… В полнолуния льётся водопад света, и киты будто оживают: плещутся в потоках, бьют хвостами, раскрывают пасти, выдувают фонтанчики. Считается, племя поминало предков именно в полнолуния. Мёртвые не забыты, пока горят звёзды, а…

– …звёзды горят вечно, – закончил посетитель.

По рукам хозяйки магазина промчались мурашки, но с сердца словно скатился булыжник. Анна раскрыла книгу на закладке с восторженным личиком. Удивительно, но разворот отпечатался в памяти до мельчайших деталей.

На пожелтевших страницах разливалась ночь – густо-синяя, с россыпью серебристых искринок, точно со звёзд смахнули пыль. Во мгле парили киты, чьи тела переплетались в природном орнаменте. Бившие из дыхал фонтанчики стремились вверх, за границы рисунка и пещеры, – казалось, киты вознамерились пробить ими тропы в далёкие загадочные миры. Один из великанов, самый большой, косил глазом на зрителя. В тихом взгляде плескалось понимание тайны, сокрытой от живых. «Он кит Желания», – говорила Ежевика и утверждала, что если потереть ему глаз, то заветная мечта обязательно исполнится.

По низу разворота шёл текст: «Они ведут туда, где рождается вечный сон».

– Бывали там? – Анна показала разворот Фаро.

– Жил на маяке неподалёку, – признался посетитель.

«“Жил на маяке”, – повторила про себя Анна. – Настоящий романтик».

– Скажите, детская вам понравилась? – внезапно осмелела она. – Получилось передать настроение?

– Вполне. Единственное, там пыльновато…

– Да, – Анна смутилась. – Надо разобрать всё, особенно книги. Не поверите – шкаф купили сразу после кроватки и мобиля с китами!.. Мы с Артуром так любим… то есть, любили читать книги… Ужасно боялись, что Ежевика не разделит нашу страсть. Вот глупые!..

Анна вспомнила, как дочь грызла книжки-картонки, и хмыкнула с нежностью.

Мечта встала за креслом и положила прохладные ладони хозяйке магазина на плечи. Фея показывала: я здесь, я рядом, даже если ты не звала и рассказываешь истории, которые выкручивают тебя наизнанку. Пыльца с крыльев пощекотала Анне нос. Она чихнула. Мечта пахла цветами черешни и свежей зелёной корой – ароматами ранней весны и жизни.

– Конечно, Ежевика полюбила книги. «Обитателей Северо-Западного моря» требовала с поистине громовым рёвом!.. Научившись писать, утыкала энциклопедию закладками, вела цитатник… Разворот с пещерой… Обожала его. – Анна запнулась. – Моя девочка хотела поехать туда – увидеть все-все росписи. Да и мы с мужем… В прибрежный городок, чьи утёсы высматривают в хмуром Северо-Западном море древний дом этнимов…

Она осеклась. В уголках рта Фаро появились лукавые морщинки.

– Я рассказываю магу о магии, – хозяйка магазина почувствовала себя глупо.

– Хах! – посетитель рассмеялся. – Естественно, вы касались удивительного. Но всё так, да, так… У вас прекрасная коллекция книг, а я, страшно сказать, но надо признаться, собираю… чудеса.

– Разве вы не приехали к Мечте? – Анна нахмурилась. – Причём здесь «Обитатели»?

– Мечта помогла мне их найти, правда, о том не подозревая. – В глазах Фаро искрились хитринки. – Кстати, единственная книга с рисунком пещеры, не с фотографией. Знали?

Хозяйка магазина отрицательно покачала головой.

Посетитель откинулся в кресле, разминая пальцы один за другим короткими, резкими рывками.

– До Котраковой никому не удалось перенести первобытных китов на бумагу. Они приплыли из небыли, а за последние пару столетий люди разучились её видеть. – Фаро помолчал. – Секрет художницы в том, что она – из редких людей, кто понимает этнимов. Подростком Котракова попала с приемными родителями в кораблекрушение и оказалась на затерянном острове. Местные жители спасли их, вылечили, приютили. Котракова научилась говорить с ними, а каждый язык даёт носителю нечто особенное. Художница стала видеть магию. Без этого умения она не перерисовала бы китов, не оживила бы их образ в энциклопедии, не завораживала бы читателей… Анна?.. Анна?!.. Почему вы плачете?!

Соскользнув с кресла, Фаро опустился на колено перед хозяйкой магазина и протянул ей белый платок.

– Возьмите, прошу вас. Не плачьте.

Сжав платок, Анна шмыгнула носом.

– Татьяна Котракова нашла дочь?

– Где-то – определённо, – подтвердил Фаро. – Реальность разнится в нюансах. Одной из историй уже десяток лет.

– А… – протянула Анна. – Время у меня в голове совсем перемешалось…

Мечта сжала её плечи – вишнёвые крылья трепетали. Фея не понимала, зачем посетитель говорил хозяйке магазина все эти вещи, но