Просто умереть - Питер Джеймс

Воспер покачала головой:

– Все преступления нам все равно никогда не раскрыть, выше головы не прыгнешь. Однако наш долг – внушать уверенность широкой общественности. Чтобы люди ощущали себя в безопасности как дома, так и на улице.

– Это все полнейшая чушь, вам ли не знать! – вспылил Грейс. – Вам прекрасно известно, что статистику преступности можно подтасовывать как душе угодно! – Он пожалел об этих словах, как только они слетели у него с языка.

Помощник главного констебля лишь сухо усмехнулась:

– Если правительство выделит нам на сотню миллионов фунтов в год больше, то мы полностью искореним преступность в Суссексе. Однако, поскольку таких средств, увы, нет, нам приходится предельно экономно распределять имеющиеся ресурсы.

– Медиумы стоят дешево.

– Только не в тех случаях, когда они подрывают доверие к полиции. – Элисон опустила взгляд на стопку газет. – Когда всякие ясновидящие ставят под удар исход судебного процесса, они обходятся дороже, чем мы можем себе позволить. Вы меня слышите?

– О да, вы говорите громко, хотя и не слишком вразумительно.

Грейс не смог удержаться от дерзости. Воспер раздражала его. Из-за присущего ему в некоторой мере шовинизма, противостоять которому Рой сейчас был не в силах, принять головомойку от женщины ему было гораздо труднее, нежели от мужчины.

– Что ж, давайте я разжую. Вам несказанно повезло, что этим утром у вас все еще имеется работа. Шеф далеко не восторге от происходящего. Мало того, он настолько зол, что грозится никогда больше не выпускать вас на публику и до самой пенсии приковать к письменному столу! Вы этого добиваетесь?

– Нет, конечно.

– Тогда прекращайте чудить и снова становитесь нормальным полицейским.

13

В последнее время Рой Грейс начал сомневаться, впервые за все время службы в полиции, стоило ли ему вообще становиться стражем закона. Он мечтал об этом с раннего детства, да и в подростковом возрасте едва ли помышлял о какой-либо другой карьере.

Его покойный отец, Джек Грейс, дослужился до инспектора уголовной полиции, и его до сих пор с огромной теплотой вспоминали некоторые старые полицейские. Ребенком Рой чуть ли не боготворил папу, обожал слушать его рассказы и проводить с ним время – иногда удавалось прокатиться в полицейской машине или наведаться в участок. Тогда жизнь Джека Грейса казалась мальчику куда более захватывающей и яркой, нежели скучный быт отцов большинства его друзей.

Рой увлекался детективными сериалами и прочитал книги про всех сыщиков и копов, от Шерлока Холмса до Эда Макбейна. Памятью он обладал прекрасной, почти фотографической, да к тому же любил головоломки и был силен физически. А после отцовских рассказов и того, что ему довелось в детстве увидеть самому, Рой уверовал во взаимовыручку и подлинное братство полицейских, что очень его привлекало.

Но теперь, когда порой выпадали дни вроде сегодняшнего, он осознавал, что служба в полиции подразумевает не столько труд в полную меру своих способностей, сколько умение приспосабливаться и соответствовать некоему определенному уровню посредственности. В современном политкорректном мире ты можешь быть блюстителем порядка на пике карьеры, однако уже в следующий момент превращаешься в пешку в политической игре.

Три месяца назад Грейс получил повышение, в результате чего стал вторым самым молодым детективом-суперинтендантом за всю историю суссекской полиции. Поначалу это его невероятно воодушевляло, однако теперь на ум невольно приходила аналогия с троянским конем.

Новое звание и должность повлекли за собой переезд из суеты полицейского участка, расположенного на Джон-стрит, в самом центре Брайтона, где служили большинство друзей Грейса, в относительный покой находящейся на окраине города, в промышленной зоне, бывшей фабрики, недавно перестроенной и отданной в распоряжение отдела уголовного розыска Суссекса.

Прослужив тридцать лет, можно выйти на пенсию. Как бы тяжело ни было, достаточно всего лишь продержаться положенный срок, и потом будешь финансово обеспечен до конца жизни. Да вот только Рой совсем не так представлял свою карьеру. Ведь не ради этого он поступил в свое время в полицию.

По крайней мере, обычно он рассуждал именно так. Однако сегодня все обстояло иначе. Сегодня ему пришлось совсем кисло и пришлось вернуться в суровую реальность. Обстоятельства изменились, невесело размышлял Грейс. Не обращая внимания на звуковые уведомления компьютера о новых электронных письмах, он сидел, сгорбившись за своим рабочим столом, жевал сэндвич с яйцом, кресс-салатом и серым хлебом и отстраненно созерцал лежавшие перед ним протоколы судебного заседания по делу Суреша Хуссейна. Что поделать, жизнь не стоит на месте. Иногда меняется к лучшему, иногда наоборот. Меньше чем через год ему стукнет сорок. В волосах появится седина.

Ну до чего же тесный у него новый кабинет!

На полочке между письменным столом и окном, позволявшим любоваться, не в пример красивому виду из кабинета Элисон Воспер, лишь автостоянкой да тюремным корпусом за ней, теснились три десятка винтажных зажигалок, составляющих драгоценную коллекцию Грейса. Главным украшением стены у него за спиной служили большие круглые деревянные часы – часть реквизита для вымышленного полицейского участка из сериала «Чисто английское убийство». Сэнди купила их ему на двадцатишестилетие.

Под ними было выставлено чучело форели, при жизни весившей семь фунтов и шесть унций. Рой специально разместил его под часами, в назидание подчиненным, ибо чучело это являлось, по его мнению, олицетворением одного из важнейших качеств настоящего сыщика – терпения. Хороший рыбак обладает бесконечным терпением, и детективу оно также необходимо. Ну и разумеется, не обходилось и без шуточек о крупной рыбе.

По обеим сторонам от форели, слегка оттесняя ее на задний план, висело несколько дипломов в рамках, групповая фотография с подписью «Брамсхиллский полицейский колледж. Отделение тяжких и серийных преступлений. 1997 год» и два шаржа на Грейса, нарисованные одним из сотрудников оперативного отдела, который явно ошибся в выборе профессии. Противоположную стену занимали битком набитый книжный стеллаж, где было немало изданий по оккультизму, и картотечные шкафы.

На г-образном письменном столе громоздились компьютер и коммуникатор «Блэкбери», переполненные лотки для входящих и исходящих документов, стопки корреспонденции (в основном без всякой системы) и последний номер журнала по дактилоскопии, на обложке которого красовался слоган: «Нам палец в рот не клади», всегда казавшийся Рою неудачным. Венчала хаос цитата в рамке: «Мы не поднимаемся до уровня своих способностей, но лишь опускаемся до уровня своих оправданий».

Остальное пространство кабинета занимали телевизор с видеопроигрывателем, круглый столик, четыре стула, груды папок и отдельных бумаг, а также кожаный дежурный чемоданчик Грейса, в котором хранился его личный набор для обследования места преступления. Раскрытый портфель стоял на столе, рядом с ним лежали мобильник,