Мне просто стало скучно... (СИ) - "Шеол"

Я встала и принялась одеваться в то, что уцелело, воспользовавшись отсутствием его внимания.

Халпас затянулся, выпустив в дрожащую тьму пару колечек дыма.

Я чуть слышно подошла к нему со спины, обняв за плечи. Демон напрягся поначалу, но попыток вырваться или отстраниться не предпринял.

– Неудачница...

– Дурак.

Я только сильнее прижалась, чувствуя, как его тело содрогается от кашля.

– Мая, радость моя, отойди, – хрипло проговорил демон, оперевшись рукой о тумбочку.

– Нет.

– Отойди, я сказал, – тон резко сменился на приказной и заметно похолодел.

Я отступила, гадая, в чем причина столь неожиданной перемены в его настроении. Но долго думать не пришлось. У него был приступ очередной.

Черт, не могу. Не могу на это смотреть.

Надо срочно выяснить, откуда мне достать эту чертову печать, иначе...

У меня все трещало внутри по швам от вида крови, стекавшего по его пальцам и уголкам губ. Халпас устало выдохнул и сполз по стене, схватившись за голову.

– Ну вот, опять, – обреченно усмехнулся демон, глядя, как вокруг него медленно расползается светящийся круг, в котором символы были вычерчены, точь-в-точь, как на печати с его груди.

– Что происходит? – я была в замешательстве, чтобы самой догадаться о столь очевидных вещах.

– Меня вызывают, Маюшка, пора прощаться, – демон, улыбаясь по-своему особенно, как только он и умел, погладил меня по щеке.

– Почему прощаться? – как-то глупо спросила я.

– Вполне может статься, что этот призыв окажется последним. Меня только одно радует: если я умру, тот кто меня вызывал, тоже ласты склеит. И отправится прямиком в Преисподнюю. Что же, душа моя, иди сюда, пока есть время, я тебя домой отправить успею, – он подал мне руку.

– Я не хочу домой, я хочу с тобой! Ты обещал, ты сказал, что можно будет, – запротестовала я, умоляюще глядя на демона.

– Тебя же там убьют, если поймают. А тебя непременно поймают, ты же неудачница... Мне, конечно, все равно, но знаешь, было бы немно-о-ожечко жаль, – демон рассмеялся, прикрывая рот рукой.

– Не до шуток сейчас, – я легонько хлопнула его по голове и тут же пристыжено опустила глаза.

– Как хочешь, – вздохнул Халпас, – нет у меня сил с тобой спорить. Пожалеешь потом – твое дело. И все же, – он неожиданно прижал меня к себе, – прощай, солнце.

Печать на полу занялась синим пламенем.

Часть 25

В помещении было невыносимо жарко и душно. Воздуха не хватало.

Не знаю, куда умудрился меня переместить Халпас, но здесь было темно и пусто, а еще воняло плесенью вперемешку с кровью. Чулан, наверное какой-то. А демон заботливый... Это, чтобы меня не заметили, так ведь?

Едва я успела прийти в себя и кое-как освоиться, как услышала сухой надрывный кашель, и тут же вскочила на ноги, едва не потеряв равновесие на липком полу. Печать. Ее достать надо, пока... Нет, о таком я думать не буду...

Из-за порванной, тяжелой от большой влажности и пропахшей насквозь здешним смрадом вычурно-красной занавески можно было разглядеть толпу людей, плотным кольцом сжимающихся вокруг вздымающегося под самый потолок толстого деревянного столба. Люди то монотонно выли что-то, то замирали, слушая отрывистый мужской голос.

Мне было страшно, как никогда в жизни. Эта безжизненная толпа в черных балахонах... Они ведь и вправду могут убить... Как же глупо, черт возьми. Раздражает. Я всего лишь должна достать печать Халпаса. Если буду вести себя, как все, никто и не почует опасности. Но для этого мне надо хотя бы с толпой слиться.

Разум заработал холодно и ясно, как порой бывает в минуту опасности.

Я приглядела из фигур стоящих ближе к моему убежищу самую хрупкую и некоторое время стояла не шевелясь, считая в голове гулкими ударами секунды. Ждала, пока безрассудная смелость в голову не ударит.

И она ударила. Когда послышался очередной приступ кашля, дикого, больного, уже совсем не человеческого и уже даже не демонического, больше смахивающего на предсмертную агонию. В этот момент отчаянно сжалось сердце. Никому, никому на свете не пожелала бы испытать такого бессильного безумия... Я одним движением сомкнула руки на тонкой шее какой-то девушки, даже не позволив ей пикнуть и быстро оттащив в свой чулан. Все были так увлечены зрелищем, что никто и не заметил. Она вырывалась, вращая безумными от страха глазами, что-то сдавленно хрипела, а я продолжала неумолимо сжимать пальцы на ее шее. Это так просто, оказывается...

Едва девушка прекратила сопротивляться, я тут же усилием воли заставила себя отнять руки от ее горла. Не знаю, умерла она или нет, но мне показалось, что грудь ее все еще продолжает судорожно вздыматься. Может, просто сознание потеряла...

Стараясь не шуметь, я стащила с нее балахон и тут же залилась краской, так как под ним больше никаких предметов одежды не обнаружилось... Оттащив девушку еще чуть дальше в чулан, я быстро надела темную накидку, закрыв лицо капюшоном, и тихо вышла к толпе.

Не успела я слиться с остальной массой, как кто-то тихонько тронул меня за рукав. Все тело мгновенно прошибла дрожь, а ладони тут же стали влажными. Неужели заметили?.. Так быстро...

– Сестра? У тебя все в порядке? – прошептал кто-то над моим ухом.

Я лишь кивнула и без промедлений окунулась в толпу, чтобы избежать дальнейших вопросов и последующего несомненного разоблачения. Пробиваться сквозь многочисленные монотонно покачивающиеся тела было делом не из легких, но я и не думала останавливаться. Поздно уже слишком для этого... Раз уж решила идти, надо идти до конца.

Наконец удалось в первый ряд протиснуться.

Халпас будто почувствовал это и поднял тусклые глаза, встретившись со мной взглядом. Каких же трудов мне стоило тогда ничем себя не выдать. Окровавленные губы демона скривились в усмешке.

– Не отворачивайся, – едва различимо шепнул он.

Я не знала, зачем. Зачем ему нужно было, чтобы я смотрела на все его мучения, только потом поняла, что мой взгляд был для него единственной поддержкой.

Посередине комнаты кто-то аккуратно вычертил печать, такую же, как и на груди у Халпаса, только в разы больше, а контур ее полыхал, только пламя было уже не синим, а темно-красным, под цвет крови, и не такое уж высокое, можно было бы и перескочить, если б не длинный балахон. От огня вверх к теряющемуся во тьме потолку, колыхаясь, подымался дымок, и от этого казалось, что весь воздух вибрирует и расходится волнами.

Демон был прикован цепями к огромной деревянной колонне, а вокруг него танцевала обнаженная девочка с огненно-рыжими волосами и странным, изогнутым кинжалом в руках. Лет ей было не больше тринадцати.

Наставник постоянно повторял какие-то слова, как мне казалось, на латыни, то воздевая руки к потолку, то обращаясь к Халпасу, и тогда демон выплевывал в ответ всего одно короткое слово, заставляя лицо мужчины искажаться в гримасе злобного бессилия. И такой каждый раз рыжая девчонка касалась бледной кожи пленника ножом, и тогда его снова били приступы. Мне тогда подумалось, что никто здесь, наверное, и не знает, что демон и другие языки понимает....

Наставник, видимо, намеревался взять Халпаса измором, сломить болью и заставить подчиняться. А вглазах демона плясали огоньки злого остервенелого веселья. Ему нравилось выводить из себя хозяина секты, доставляло безмерное удовольствие наблюдать за его бессильным бешенством. Наставник, скорее, и не догадывался об участи, ожидавшей его после смерти демона.

А мою душу заполняла безумная злоба. Да как они, эти жалкие безликие ничтожества, смеют трогать его?! Как могут так спокойно наблюдать за его агонией? Неужели я ничего не смогу сделать? Где эта чертова печать, мать ее?!

И тут я увидела ее. Маленькая, металлическая, она лежала в самом центре горящего круга.

Халпас, заметив, что я увидела ее, указал глазами на людей в костюмах, которые, вытянувшись, стояли вдоль первого ряда. Значит... не все так просто, как кажется...