Мне просто стало скучно... (СИ) - "Шеол"

Вдруг из противоположного угла послышалось тихое поскуливание, я осторожно поднялась на ноги и взглянула туда. Без внимания Халпаса это тоже не осталось.

Там сидела молодая девушка со спутанными волосами, обнимая себя за колени. При виде нас она подняла глаза, в которых, показалось, промелькнул даже какой-то разум. Она протянула нам дрожащую руку, сплошь покрытую синяками и порезами, что стало даже как-то не по себе. Девушка отчаянно пыталась что-то сказать, но дрожащие губы не слушались. Неужели, она тоже... Или подставили ее?

Халпас неожиданно с силой или даже какой-то ненавистью ударил девушку ногой по лицу, так, что несчастная молча свалилась на пол, сплевывая кровь. В сердце что-то болезненно сжалось от настолько несвойственной мне жалости.

– Ты... что так... Зачем?., – бессвязно пробормотала я.

– Не люблю животных, – презрительно фыркнул в ответ демон, и тут же послышался тяжелый лязг замка. – Идем, – Халпас грубо схватил мою руку, и тут же пришлось поспешно зажмуриться.

И все же что-то тут нечисто. И я, черт возьми, выясню, что.

Часть 13

Мы вновь оказались в моей комнате, демон молча отпустил руку и отступил на шаг. Я на него даже не смотрела. Только ведь сейчас поняла, в чье распоряжение попала. Он же настоящее чудовище... Сам дьявол...

В комнате сгущались вязкие сумерки, и единственное, чего хотелось сейчас, это выключить свет, забиться в угол, обхватив голову руками, и думать, думать, думать... Есть ли хоть какой-нибудь способ спастись, победить демона и остаться свободной? Есть? Или надо просто смириться и отдаться на волю своего нового хозяина? Ни за что. Никогда. Я все время думала, что если что-то подобное случится, даже сопротивляться не буду, потому что смысла нет. Надо же, выходит, только оказавшись в рабстве, начинаешь действительно ценить свободу. Каждый вздох...

А я ведь его еще жалела почему-то, какая же все-таки мразь... Ненавижу тебя, Халпас.

– Послушай, солнышко, – рука демона опустилась на мое плечо, – а ты сломана?

– Что за странные вопросы, говори прямо, – я раздраженно попыталась скинуть ее, а в ответ лишь ощутила, как в кожу впились черные когти.

– Я и говорю прямо, – наиграно невинно произнес демон. – Ты морально сломлена? Чувствуешь щемящую пустоту в груди и полное бессилие? Отчаяние, желание умереть, апатию?

– Не дождешься, – зло процедила я, почему-то сжимая кулаки. – Я еще не...

Но слова мои заглушил его хриплый кашель. Халпас отпустил меня наконец и оперся рукой об стену, содрогаясь в приступе. В первые секунды в груди даже проснулось какое-то злое остервенелое торжество при взгляде на его мучения, но чувство это очень быстро угасло, как затушенная спичка, потому что приступ кашля не прекращался, а напротив, становился сильнее, надрывнее. Демона будто наизнанку выворачивало. Он сгибался пополам, зажимая рот рукой и все еще опираясь на стену, а с ладони на пол падали ослепительно-красные капли. И тогда я поняла, что вовсе это не от курения.

Он был просто болен, может, серьезно, может, навсегда.

И от этого почему-то пробрало колючей дрожью до самого сердца. Никогда не могла спокойно смотреть, как кто-то мучается, пусть даже такая мразь, как он. Но так и стояла у стены, из-за недавней обиды не решаясь проявить участие. А он был рядом со мной и умирал...

И от этого становилось страшно и мерзко на душе, будто в этом почему-то я виновата...

Но постепенно кашель утих, и демон поднял усталые глаза, все также опираясь на стену.

– Халпас, что с тобой? – твердо спросила я.

Может, он скоро оставит меня насовсем...

Демон медленно выдохнул, окончательно успокоившись.

– Болен, солнышко... – Халпас почему-то улыбнулся, стирая с губ кровь. – И болен неизлечимо, увы...

– Ты прячешься постоянно, лжешь, увиливаешь, издеваешься... Может, хватит масок, ты ведь сам этого не любишь. А я уже запуталась совсем и не понимаю, зачем я тебе.

– Эх душа моя, у меня, вообще-то не так много времени осталось... Не хочется признаваться, но знаешь, страшно помирать одному...

– Так ты... ты из-за этого... – я даже задохнулась, от раздирающих душу и разум чувств, что за глупость. – Почему именно меня выбрал?

– Так ты ведь тоже за людьми наблюдать любишь, я подумал, у меня будет, о чем с тобой поговорить. А ты испугалась.., – Халпас без разрешения опустился на мою кровать и, закинув руки за голову, уставился в потолок. Я осторожно присела рядом в полной растерянности.

– Мая! – послышался из-за двери голос матери. – Ужинать иди.

– Я... Мам, я не хочу. Мам... я уже спать легла, извини, – сбивчиво пробормотала я, запирая дверь.

– Ты не заболела?

О, какая забота...

– Нет, просто спать хочу, – дрожащим голосом проговорила я, прижимаясь щекой к двери.

Хотя может, и заболела, вон как в груди сжимается все...

– Ну ладно, отдыхай, – необычно быстро для своего характера согласилась мама, и через несколько секунд послышались удаляющиеся от двери шаги.

Я вновь вернулась к кровати и осторожно опустилась на краешек. Демон молчал... Глаза его болезненно блестели в густых сумерках, не выражая ничего, кроме усталости и спокойствия. Кисточка хвоста, такая неуместно живая, свешивалась почти до пола.

Мы действительно похожи, только каждый как-то до крайности по-своему.

Ладонь сама собой осторожно коснулась его щеки.

– Та девушка из больницы... Ты ведь ее знаешь? – тихо спросила я, опустив взгляд.

– Знаю, – хрипло и немного раздраженно отозвался демон, – но это совсем не твоего ума дело.

Я только послушно кивнула, потому что видно было, что продолжать разговор на эту тему он явно не намерен.

Халпас весь день хорошо держался, а последний приступ, видимо, слишком его измотал. Наверное, плохо это...

Я немного успокоилась, потому что демон почти равнодушно позволял мне проводить пальцем по его щеке и мягко откидывая волосы со лба. А на душе как-то болезненно пусто было, будто сердце выдернули, оставив вены кровоточить. И почему-то никак не покидало ощущение, что все это странное поведение, навязчивые увлечения, та девушка и болезнь демона были как-то связаны между собой, хотя может, это просто мои неумелые догадки...

Я затаила дыхание, потому что вдруг захотелось хотя бы тихонечко, хоть кончиком пальца дотронуться до хвоста, но что-то подсказывало, что нельзя было. Но любопытство, то самое, из-за которого я попала в руки демона, как всегда, пересилило. Я легонько коснулась жесткой шерсти, покрывавшей хвост и осторожно, почти невесомо скользнула по нему кончиками пальцев. Халпас как-то слишком рвано выдохнул, сжав в руках покрывало, но ни слова не сказал, только взглянул на меня слегка затуманенными глазами, а потом резко, без предупреждения, порывисто притянул к себе и прижал к кровати, накрыв мои губы своими...

Часть 14

Я сперва совсем не понимала, что происходит, недоуменно вцепившись в рубашку Халпаса и глядя на него широко раскрытыми глазами. И как всегда не знала, что делать, пытаться оттолкнуть от себя демона или притянуть ближе, наслаждаться тем, что он делал или сгорать от омерзения... Я ничего не знала, а думать сейчас мучительно не хотелось. Демон лишь на секунду отстранился, чтобы уловить мой удивленный взгляд, а потом снова слегка коснулся моих губ, уже значительно нежнее, аккуратнее, изучающе... Давая ярче ощутить каждое мгновение своей странной, почти невесомой ласки. И от этого почему-то закололо в кончиках пальцев...

Халпас тихо выдохнул, слегка прикрыв глаза, потом собственническим поцелуем прижался к моим губам, слегка покусывая нижнюю ощутимо острыми клыками.

Голова почему-то кружится... Наверное, так и должно быть, первый поцелуй все же...

Демон чуть увеличил свой нажим, заставляя мои губы раскрыться и проникая языком внутрь. И это было так странно приятно и неправильно, что я даже первые мгновения попыталась его оттолкнуть, но это дело у меня совсем не вышло. От обжигающей ласки гулко колотилось загнанное в угол сердце.