Иллюзия обмана - Илона Романова

Дюксы, со временем становятся настолько единым целым с мужьями, что и в Замок они отправляются вместе. Крепко взявшись за руки, как в самый первый день, когда их ручьи слились в один.

Закончив свои дела, дюки собирают клан, из которого вышли, и отдают ему свою последнюю дань — созданный ещё во младенчестве Круг Справедливости, оставляя себе Имя, Речь и Щит. Имя — чтобы сохранить часть себя в истории народа. Речь — чтобы иметь возможность приходить к живущим в пророческих снах. Щит — чтобы хранить границы обоих миров от вторжений из Тёмных Пределов.

И ещё один самый последний дар оставляют старики соплеменникам — прощальную песню, становящуюся частью Великого Гимна, с помощью которого дюксы возвращают отобранное, а дюки — восстанавливают разрушенное. Постепенно эта песня превращается в сияние, в котором теряются Уходящие. И лишь пара гладиолусных луковиц остаётся на месте, откуда они начали Путь.

III

В конце лета пришёл срок главы речного клана. И он, и его жена давно чувствовали приближение своего последнего дня, хотя и ни разу не сказали об этом ни слова. Даже друг другу. Да и к чему тут разговоры, когда и так всё ясно — эти двое прожили едва ли не самую долгую и счастливую жизнь из всех нынешних дюков. Поговаривали даже, что они были одними из тех, кто участвовал в сражениях Изначальных Времён. Если это было так, то старики никогда об этом не распространялись. В любом случае жизнь этой пары была столь длинна, что не только Пкар потерял счёт прожитым столетиям, но и Льемкар забыла, когда пришла в этот мир. Внешне старики были так же бодры и прекрасны, но души их уже искали выхода.

Поначалу жители Цагрины не обратили внимания, на странность в поведении стариков. Мало ли почему они стали более задумчивы. Однако вскоре всем стало ясно, что это неспроста. Постоянно держась за руки, Пкар и Льемкар подолгу бродили по окрестностям Речного города и прощались с ним. Часто уходили в Мерцающие Проходы и вели там бесконечные беседы не то между собой, не то, обсуждая что-то с лежбиками. Казалось, старые дюки хотят напоследок налюбоваться дорогими для себя местами, чтобы хотя бы частичку их унести с собой. В каждом доме, где они появлялись, дюки оставляли какую-нибудь славную вещь в подарок. Долго молчали с хозяевами. И незаметно уходили.

Так продолжалось около двух недель. Однажды Пкар пришёл к Рьоху. Один. Время было настолько раннее, что старик, боясь разбудить Яхалуг, не стал заходить в дом, а просто вызвал друга. Когда тот собрался, они пошли, куда глаза глядят. Один не задавал вопросов. Другой — молчал. Так молча, они и брели, и лишь, когда вышли за стены города, Пкар наконец заговорил:

— Знаешь, зачем я пригласил тебя? — промолчал он, глядя куда-то вдаль.

— Догадываюсь… — на явном наречии тихо произнёс Рьох и уставился в ту же сторону, втайне надеясь, что друг, как это уже не раз бывало, вызвал его просто прогуляться. — Место ищешь?

Пкар кивнул:

— Поможешь?

— Помогу… Уверен, что это именно твой срок? — Рьох перешёл на безмолвную речь.

— Кто-нибудь ошибался? — Пкар пристально посмотрел в глаза друга.

— Вроде бы нет… Но хотелось бы…

— Мало ли чего! Мне, вон, может быть, хочется быть не собой, а кем-нибудь другим! — рассмеялся старик, потом добавил совершенно серьёзно. — Мы с Льемкар уходим…

Теперь уже Рьох кивнул:

— Пошли…

Место Ухода должно было быть просторным, чтобы без давки разместились все, кто придёт провожать. Да ещё располагаться, чтобы был виден Город, Река и впереди открывался простор. Бесцельно пробродив по окрестностям Цагрины добрых полдня, старики уже решили посмотреть нельзя ли начать Путь из Мерцающих Проходов — и красиво и прямая дорога в Дальний Мир где-то рядом… Однако Рьоху эта идея не понравилась:

— Именно, что где-то… забредёте куда-нибудь, откуда выхода не будет… — молча проворчал он. — Не те у вас сейчас силы, чтобы во всякие передряги попадать… Нет… — уходить вам надо не с границы миров, а из самых ближних окрестностей.

Он надолго задумался, глядя под ноги, а потом нерешительно предложил:

— Единственное разумное место, какое я могу себе представить — то, где юные дюки получали Великие Дары.

Пкар воззрился на своего друга с нескрываемым восхищением:

— Я же знал, что ты найдёшь! Непонятно только зачем было столько времени таскать по горам и долам старого дюка, который уже почти не видит этого мира, — буркнул он.

Однако Рьох прекрасно понял, что ворчит Пкар лишь для виду, поэтому ответил в том же тоне:

— Ну да… если бы я тебя сюда сразу привёл, то ты разбрюзжался бы ещё пуще. Я тебя, хитреца знаю — если прожил ты мудро и степенно, то помирать будешь непременно с капризами!

Отсмеявшись вволю, Пкар снова стал серьёзен. И даже печален:

— Передай всем, что завтра мы с Льемкар придём именно сюда, — увидев, что Рьох собирается уходить, старик слегка задержал его и задумчиво промолчал. — Место ты нашёл идеальное! И ещё… — он помедлил. — У меня к тебе странная просьба…

Рьох поднял на него удивлённый взгляд.

— Давай, всё-таки сходим в Мерцающие Проходы. Просто так… Посидим напоследок… Как бывало… — как-то робко попросил старик.

Тильецадец кивнул, и они потихоньку побрели к гроту. Там всё было почти по-прежнему: и светящиеся гладиолусы, и умиротворённо подрёмывающие лежбики, и ровный рокот обратного водопада, тёкшего привычным путём. Только струи его были несколько темнее, чем обычно. В другое время это насторожило бы обоих, сейчас, когда мысли дюков были заняты совсем другим, просто удивило. Они машинально следили за потоком и не произносили ни слова. Наконец глава речного клана задумчиво промолчал:

— Помнишь старый разговор, о том, куда девается память нашего народа?

— Помню.

— Так вот… Примерно в то же время ты или Яхалуг сказали, что мы все, словно засыпаем и просыпаемся, как луковицы гладиолусов. Тогда мне это показалось престранной фантазией…

— А сейчас?

— Сейчас уже нет… Но если это так, то прорастать нам нужно… И чем скорее, тем лучше!

— Это как же? — Рьох удивлялся всё больше.

— Может быть, я просто уже стою слишком близко к Дальнему Миру, но полагаю, что если дюки смогут выйти в Сударб — настоящая память вернётся и к тем и к другим… Поэтому прошу тебя — помоги объединить наши миры. Твои ученики нашли дорогу. Дело за малым — открыть проходы…

— Попробую… — еле слышно промолчал Рьох. — Это только сказать легко, а проход в другой мир — не дверь шкафа и просто так не открывается. Хотя, наверное, ты прав… Я давно говорю, что там — у людей Сударба происходит что-то ужасное. Может быть, и эти потемневшие воды тоже знак для нас. Только, даже правильно прочитав его, мы пока не можем вмешаться в события, происходящие в Империи…