Джек Вэнс. Повести и рассказы. - Джеффри Лорд. Бронзовый топор. (Сборник) - Джек Вэнс

Вслед за воинами они спустились с холма, пересекли болото и приблизились к воротам Сарум-Виля.

— Хорошо, что ты назвала меня слугой, а не рабом, — шепнул Блэйд принцессе. — Очень предусмотрительно. Нет смысла объяснять Канобару, кто я такой — он не из тех, кто схватывает на лету. Я расскажу о себе Ликанто. — Хитро улыбнувшись, он добавил: — Если захочу.

Блэйд еще раз сказал себе, что его жизнь — в руках Талин, взбалмошной, самовлюбленной девчонки. Пожалуй, не следовало напоминать ей об этом. Он решил сменить тему.

— Кто такой Геторикс?

Талин нахмурилась.

— Сущий дьявол. Морской разбойник. Его еще зовут Рыжебородым. Время от времени он приплывает со своими головорезами из-за Узкого моря. Они грабят, убивают, насилуют. Все они — мерзавцы, а Геторикс — самый отъявленный из них. Он огромного роста, и ходят слухи, что он заговорен от смерти.

Блэйду с трудом удалось сохранить серьезное выражение лица. Опять суеверные фантазии! Но все же, видимо, Геторикс — не самый желанный гость в здешних краях. Заговоренный... Блэйду вспомнились дру на лесной поляне, и он вздрогнул. Кто знает. Здесь не Лондон, привычный и рациональный, здесь Альб, и Блэйд в нем все равно что слепец, бредущий ощупью. Нельзя недооценивать возможностей врагов; опасность может прийти с той стороны, откуда ее не ждешь.

— Сомневаюсь, что Ликанто сумеет его одолеть, — продолжала принцесса. — Мой кузен не робкого десятка, но умом похвастать не может. Я ему не завидую.

— Почему? — спросил Блэйд.

— Здесь его земли. Кузен обязан их защищать.

— Разве поблизости нет других королевств? — удивился Блэйд. — Почему бы им не объединиться? Вместе они легко разгромили бы пиратов, напав на них с разных сторон. Неужели короли этого не понимают?

— Понимают. Но они завистливы, алчны и ненавидят друг друга. Соседям здесь не доверяют. У королевы Беаты — чтоб ей сгнить в собственной темнице! — много солдат, но она не придет на помощь Ликанто. И мой отец ему не пособит по той же причине. В таких делах он ничем не лучше других королей.

Блэйд задумался на минуту, потом сказал:

— Все же следует обсудить эту мысль на военном совете.

Принцесса фыркнула:

— И кто, по-твоему, рискнет ее высказать? Во всяком случае, не я. Женщин на совет не допускают. Может быть, ты, Блэйд? Недавно я вволю посмеялась, когда ты пытался защитить меня от пугала. Ты что, еще ничего не понял? Ты здесь никто! К тому же, тебя ищут — думаешь, дру не знают, кто зарезал их подругу? Да и Канобар Седой ясно намекнул: в случае чего тебя убьют только потому, что ты чужеземец. Одна я могу тебя спасти, не забывай об этом. Я сделаю все, что от меня зависит — возможно, ты мне еще понадобишься. Но и ты, со своей стороны, должен вести себя, как мышка. В городе нам придется расстаться — оборванцам вроде тебя при дворе не место. Я позабочусь, чтобы тебя накормили, одели и вооружили, как подобает вольному. Но заклинаю тебя именем Фригги: держи себя в руках и не раЬпускай язык. Если ввяжешься в драку или вызовешь подозрения у солдат, я не дам ломаного гроша за твою голову.

Ее тон Блэйду не понравился, но он не подал виду.

— Принцесса, ты, помнится, предположила, что у себя на родине я был колдуном. Знаешь, ты почти угадала. Смотря что называть колдовством...

Талин остановилась и, уперев руки в бедра, озадаченно посмотрела ему в глаза.

— У тебя, часом, не лунная болезнь? Ты не бредишь? Колдовство — оно и есть колдовство. Чародей знает толк в заговорах и заклинаниях, умеет читать чужие мысли. Колдуна может убить только другой колдун. Если ты действительно чародей, так и скажи. Ведь это все меняет. Я намекну об этом кузену, и он будет относиться к тебе с почтением. Ты поможешь ему разгромить Геторикса и станешь придворным магом, а когда помрешь, скальды сложат о тебе баллады и будут петь у костра. Ну так как, Блэйд? Волшебник ты или нет?

В ее глазах светилась насмешливая искорка. Блэйд вздохнул, стараясь унять раздражение.

— Выслушай меня, Талин, — тихо произнес он. — Выслушай и подумай хорошенько. Допустим, я не был колдуном у себя на родине. Так почему бы не стать им здесь, в Альбе? Я знаю много всяких хитростей и уловок, особенно в том, что касается военной науки, и готов помочь твоему кузену в войне с Геториксом. Но ведь он не согласится принять помощь от простолюдина. Выходит, ты должна представить меня дворянином или колдуном, чтобы я говорил с ним как с равным. Я не желаю ютиться в бараке для слуг, даже для вольных. Поговори с Ликанто, чтобы он меня принял, как пэра, потолковал бы со мной с глазу на глаз. Или хотя бы выслушал на военном совете.

Прижав ладонь к губам, Талин отступила на шаг. Они порядком отстали от Канобара и его воинов. По сторонам тропы, на сухих участках торфяника, стояли шатры из кожи и льна. Кое-где дымились костры, вокруг них, жаря мясо, востря мечи или просто болтая, сидели ратники. В отдалении рядком стояли латрины под навесом, там сидело на корточках несколько мужчин.

К одному из шатров, откуда доносились сладострастные женские стоны, выстроилась очередь из десятков солдат.

Не обращая внимание на эту непристойную, хотя и естественную, картину военного лагеря, Талин смотрела на Блэйда. Смотрела так, будто увидела впервые.

— Ты свихнулся, Блэйд! Хочешь выступить на военном совете? Ты, чужак в драных штанах! Да прокляни меня Фригга, если я хоть на миг подумаю об этом всерьез!

В душе Блэйда поднялась злость. Временами принцесса порядком действовала ему на нервы. Но надо было держать норов в узде.

— Все-таки, принцесса, ты можешь это устроить.

— Я? Каким образом?

— Через Олвис. Насколько я понял из твоих слов, Ликанто пляшет под ее дудку. Поговори с ней. Скажи, что я колдун, и попроси замолвить за меня словечко.

Талин скривила губки.

— Олвис? Презираю эту гадину. Не стану ее ни о чем просить.

— Даже ради меня? А скажи-ка, кто спас тебя от собаки? Кто тебя грел у ручья? Кто помог убежать от королевы Беаты? Сдается мне у принцессы Талин короткая память. — Он умолк, боясь перегнуть палку.

Талин помолчала, глядя на него из-под прищуренных век. Затем неохотно кивнула.

— Ладно, Блэйд. Сделаю, что смогу. Идем, Канобар ждет у ворот. Рядом с ним, если не ошибаюсь, стоит воевода, а значит, о тебе уже доложили королю. Идем. Еще раз предупреждаю: не распускай язык.

Глава 5

Весь тот день Блэйд провел в убогой халупе со стенами, почерневшими от копоти, земляным полом и дырой в крыше, заменявшей дымоход. Меч у него отобрали, у двери поставили стражника, наглого проходимца с редкими волосами и заячьей губой, из-за крторой с его лица не сходил свирепый оскал. Звали его Сильво; бывший раб, он совсем недавно стал вольным. Блэйду он сразу чем-то понравился.