Современный российский детектив-2. Компиляция. Книги 1-23 - Андрей Владимирович Поповский

читает материалы дела, — что вас было только двое. Так?

— А как же иначе? — как бы изумился Генка. — Зачем нам на такое дело баб таскать?!

— А кто тут говорил про баб? — усмехнулся Акимов. — Проговорился ты, парень.

— Да я просто так, — растерялся Генка. — К слову пришлось. Баба, мужик — зачем нам лишние рты? Мы с Андрюхой и на пару можем любую кассу сделать. Верно, Андрюха?

Мрачно глядя прямо перед собой, Андрей кивнул.

— Верно, — ответил он.

— Вот, — ощерился Генка. — И все дела. Акимов вопросительно посмотрел на Котова. Тот кивнул головой.

— Мать тебе просила привет передать, Генка, — сказал он от двери.

Генка вздрогнул и повернулся. Увидев Котова, он по-настоящему испугался и побледнел.

— А-а-а-а…. — только и смог он проговорить.

— Бэ! — сказал ему Котов. — Где Татьяна?

— М-м… не знаю, — покачал головой Генка.

— Знаешь, — спокойно сказал ему Котов.

— Правда, не знаю, — взмолился парень.

— Она была с вами? — жестко спрашивал Котов.

Генка молча кивнул.

— И где она теперь?

— Не знаю!!! — прокричал Генка. — Ну хоть убей — не знаю!

Котов молчал, не решаясь спросить о самом главном. Наконец он решился:

— Она что — вместе с вами грабила банки?

Генка затравленно на него посмотрел и после долгой паузы кивнул:

— Да.

— Козел, — бросил ему Андрей.

И, посмотрев на Котова, твердо проговорил:

— Не верьте ему. Не грабила она. Всегда в машине сидела и только и делала, что ныла и воспитывала, что, мол, неправильной жизнью мы все живем. Хуже училки была.

Котов с удивлением понял, что испытывает к этому парню что-то похожее на благодарность.

— А что за девушка была с вами, когда вы грабили в предыдущие разы?

— Это не она, — сказал Андрей. — Чума.

— Чума? — подал голос Безруков.

Андрей посмотрел на него и кивнул.

— Да, Вероника.

И тут Безруков заговорил быстро, коротко и властно:

— Так! Отвечать быстро: девушки ждали вас в машине. Так?

— Да, — кивнул Андрей.

Семен повернулся к Генке.

— Так?

— Так, — нехотя признался тот.

— Машина — «Жигули» пятой модели. Так?

— Так.

— Как только прозвучали выстрелы, девушки уехали. Так?

— Так.

— Так?

— Наверное, — пожал плечами Генка. — Я уже не смотрел туда, мне не до того было.

— Нормально, — кивнул Безруков. — Все ясно.

— Что тебе ясно? — спросил его Петр. Семен повернулся к Морозову и попросил:

— Пусть арестованных уведут.

Тот кивнул, вызвал конвоира и приказал увести Андрея с Генкой.

— Вы тоже свободны, — отпустил его Семен.

Морозов кивнул на прощание и вышел. И тут же Котов и Акимов повернулись к Семену.

— Ну?!

Безруков поднял руки:

— Сдаюсь, — сказал он. — Я знаю, где твоя дочь, Никита.

— Где?

Безруков стал очень серьезным.

— Ей грозит опасность, ребята. Едем!

Машина Безрукова мчалась за город.

— Это дело настолько секретное, — рассказывал Семен, — что во, — он приставил ребро ладони к шее, — поперек горла у меня стоит. В общем, есть такой Хлынов. Коллега наш, точнее, мой коллега. Профессионал — дай Бог каждому. Но в последнее время за ним ведется усиленная слежка. Каждый его шаг стараемся контролировать.

— Продался, что ли?

Семен покачал головой.

— Дет, — ответил он. — Другое что-то. Но это другое — очень и очень страшное, други.

— И что же это может быть? — спросил Акимов.

— Не могу сказать, — признался Семен. — Правда, не могу. Даже вам.

— Ну, хорошо, — нетерпеливо оборвал его Никита. — А при чем тут моя дочь?

— Хлынов был в том Сбербанке, — объяснил ему Семен. — Он даже вырубил этого Каюмова и помог обезвредить бандитов.

— Ну, и что?

— А то, — Семен как-то странно посмотрел на Никиту, — что он не остался там ни на секунду. Он тут же вышел на улицу, сел в машину и уехал.

— Ну и что?! — едва не заорал на него. Никита. — А Татьяна тут при чем, мать твою?!

— Спокойно, Никита, — положил ему руку на плечо Акимов.

— Спокойно, Никита, — повторил за другом Семен. — Дело в том, что сразу после выстрелов девочки, сидевшие в машине и ждавшие соучастников, поспешно уехали с места преступления. А Хлынов поехал за ними.

— Зачем? — спросил Акимов.

Никита сидел как оглушенный. Ему казалось, что все это навязчивый бред сумасшедшего. «Соучастники», «место преступления»… Какое отношение ко всему этому имеет его дочь?!

Татьяна, Танька… Когда же я упустил тебя, а?

— Последнее время с Хлыновым творятся странные вещи, — продолжал тем временем Семен. — По всему, он стал неадекватно агрессивен.

— В чем это выражается? — спросил Акимов.

Семен немного помолчал и каким-то безжизненным голосом ответил:

— На его совести уже не один труп.

Никите стало страшно.

— Какие трупы? — спросил он.

— Молодых девушек, — ответил Семен. — Совсем девочек.

— А почему же вы не арестовали его сразу же? — выкрикнул Никита.

Семен снова помолчал, а. потом, всем телом повернувшись к Котову, мягко ответил:

— Потому что мы не получали такого приказа, Никита.

Котов с силой потянул себя за волосы.

— Черт знает что, — только и смог проговорить он.

На некоторое время в салоне воцарилась тишина. Звук мотора вдруг показался Никите невыносимым, и он нарушил молчание.

— И где же теперь моя дочь? — спросил он снова.

— Мы едем туда, Никита, — обнял его за плечо Семен.

Котов взглянул на Акимова. Старый друг молчал, уставившись в одну точку.

Две девчонки, и обе в полной отключке. Это знак, решил Хлынов. Действительно, что это я так скучно провожу время?

У меня на руках материал, которому позавидовал бы любой маркиз де Сад, и было бы глупо лишать себя такого удовольствия.

Он легко подхватил бесчувственную Веронику на руки и понес ее к зданию. Здесь, у входа в дом, Чума очнулась и первое, что сделала, — зубами вцепилась ему в руку. Он непроизвольно вскрикнул и чуть не разжал свои руки. Но в следующую минуту одними пальцами обхватил шею Вероники и приподнял ее как пушинку. Она пыталась бить его руками, здоровой ногой, но не доставала — держа ее на вытянутой руке, он забавлялся, наблюдая, как девчонка пытается достать его, тщетно стараясь дотянуться до его тела.

— Отлично, отлично, — насмешливо к приговаривал он при этом. — Просто молодец. Какие классные экземпляры я приобрел, любо-дорого посмотреть. И каждая хороша по-своему. Очень, очень приятно.

— Сука! — хрипела Чума. — Тварь паскудная, сволочь, я все равно убью тебя, все равно, гад, я тебе кишки вырву!

Он хохотал, как ребенок.

— Здорово, просто здорово! — восторгался он. — Как там в кино про Буратино Карабас-Барабас говорил? «Это просто праздник какой-то!»

И, довольный, он подхватил свою добычу крепче и понес в дом.

Когда с Вероникой на руках он вошел в комнату пыток, Татьяна уже очнулась. Она со страхом смотрела, как