Современный российский детектив-2. Компиляция. Книги 1-23 - Андрей Владимирович Поповский

— Странная девушка, — покачал он головой. — Ты еще не знаешь, дорогая, ты еще себе даже не представляешь, что такое настоящие мучения. Но скоро узнаешь. Совсем скоро. Осталось немного потерпеть.

Ему было в высшей степени приятно наблюдать за этой девчонкой, видеть, как в ее глазах появляется страх, как заполняют эти глаза слезы, как нарастает в них страх, превращаясь постепенно в самый настоящий животный ужас.

Он подошел к ней, взял ее за ворот блузки и одним рывком обнажил Тане грудь. Девочка вскрикнула.

— Кричи, кричи, — подбодрил он ее с улыбкой. — Сильней кричи, это лучше, чем если бы ты молчала.

Таня не могла оторвать от него глаз, наполненных ужасом.

Хлынов чуть наклонился и взял в ладони ее небольшую грудь. Не отрывая от нее своего внимательного взгляда, он сжал пленнице грудь, сначала потихоньку, но потом все сильнее и сильнее. Таня молчала, испуганно глядя на своего мучителя.

— Ну? — сказал он. — Что же ты не кричишь?

И сжал ладонь изо всех сил. Таня вскрикнула и застонала.

— Хорошо, — отметил он. — А теперь приступим к делу посерьезнее.

Он взял инструмент, похожий на плоскогубцы, поудобнее захватил между железными захватами розовый сосок Таниной груди.

Таня поняла, что страх, который обуревал ею до этого, — ничто. Потому что сейчас она почувствовала такой ужас, который словами передать невозможно.

— Я откушу этот сосок, — сообщил ей Хлынов, и Таня почувствовала, как кровь леденеет в жилах. — И дам его тебе. И ты его проглотишь. Поняла?

— Пожалуйста… — пролепетала Таня.

— А если ты его не проглотишь, — добавил Хлынов. — Я откушу тебе второй сосок. Всю грудь, по кусочкам, отщипну, если не проглотишь. Поняла?

Таня молчала, ей казалось, что все это неправда, что сейчас все прекратится, что-то вот-вот произойдет, и она проснется. Но она не просыпалась, и этот кошмар продолжался вопреки всем ее мольбам.

И когда он сдавил свои страшные плоскогубцы и невыносимая боль пронзила ее, и когда она закричала истошно от этой всепоглощающей боли, — даже тогда она не проснулась, а, наоборот, потеряла сознание. Голова ее дернулась и поникла.

Хлынов поднял ей голову, оттянул веки, внимательно посмотрел — глаза Тани закатились, и обморок был самый настоящий.

Он отступил от нее на шаг и с сожалением произнес:

— А, черт!

Взял со стола пузырек с нашатырным спиртом, привычным жестом откупорил его и поводил под носом у своей пленницы. Таня очнулась тут же, открыла глаза, встретилась с его взглядом и вскрикнула.

— Нет!

— Да, — сказал он ей. — От меня не так-то легко избавиться.

И тут Таня, вопреки всем его ожиданиям, снова потеряла сознание.

— Что такое? — пробормотал он.

После нашатырного спирта сознание не теряют. Но эта девочка, видимо, была слишком нежной. Он почувствовал, как ЭТО растет, ширится и откликается в кончиках пальцев легким покалыванием. Да, с этой девочкой будет приятно, весьма приятно проводить время, но для этого ее нужно соответствующе подготовить. Она станет жемчужиной в его коллекции, да это так и будет, черт его побери!

Он привязал ее руки к подлокотникам ремнями, еще раз посмотрел на Таню взглядом настоящего хозяина и вышел.

Чуме казалось, что ее кожа вот-вот слезет вместе с одеждой. Окно было узким, и если кто и смог бы пролезть через него, то только она, Чума. К тому же боль в ноге давала о себе знать очень чувствительно, а локти были содраны о бетонную стену, когда она залезала в окно: подпрыгнула на здоровой ноге, зацепилась за край окна, повисела, собираясь с силами и, подтянувшись, схватилась за противоположный край. А потом стала проталкивать свое маленькое тело сквозь крошечный проем. Это было невозможно, но Чума это сделала. А что, люди в некоторых ситуациях и на три метра прыгают.

Она наконец вытолкала из окна свое тело и упала на газон. И от боли снова потеряла сознание.

Тут ее Хлынов и нашел.

…— Кажется, у меня для тебя кое-что есть, — сказал Акимов Никите.

Он дал Котову две фотографии.

— Можешь опознать?

Никита взял фотографии в руки и посмотрел. Достаточно было одного взгляда, чтобы тут же вскочить.

— Где они?

— Знаешь их? — внимательно смотрел на него Петр.

— Не томи, Петя, — сказал ему Котов. — Это Генка и Андрей. Они уехали вместе с Татьяной. Вернее, Татьяна уехала с ними. Где они?

— Ими активно занимается уголовный розыск, Никита.

— Что они натворили?

— Вооруженное ограбление банков, Никита. Это тебе не халам-балам.

— Как ты сказал?! — переспросил Никита побелевшими губами. — Ограбление?!

— Да, Никита.

— Так, — пробормотал Котов. — Так-так- так. Ну, и где они?

— Поехали, — сказал Акимов и посмотрел на Безрукова. — Ты с нами?

Семен, с интересом прислушивавшийся к их разговору, спросил Акимова:

— Как ты сказал? Вооруженный налет на банк?!

— Да.

— Очень интересно, — покачал Безруков головой из стороны в сторону. — Очень, очень интересно!

— Чего ты? — спросил его Никита.

— А что за банк? — интересовался Безруков. — Не на Галушкина ли?

Акимов вскинул голову и пристально посмотрел на Семена.

— Последний — именно там, — медленно проговорил он. — А что ты об этом знаешь?

— Кое-что знаю, — сказал Безруков. — Я с вами. Интересно. — Он нажал на селекторе кнопку и приказал: — Машину!

Всю дорогу он молчал. Сколько ни пытались его друзья расколоть, сколько ни взывали к его совести, он только отшучивался:

— Не лезьте поперек батьки в пекло, ребятки. Поспешишь — людей насмешишь.

Так ничего и не сказал.

Приехав в МУР, они сразу нашли следователя, который занимался делом о вооруженных ограблениях сбербанков молодой бандой в последнюю неделю.

Знакомьтесь, лейтенант Морозов, — представил друзьям муровца Акимов.

— Здравствуйте, — протянул руку для пожатия Морозов.

— Здравствуйте, лейтенант, — сказал Безруков. — Нас интересует дело этих молодых людей.

— Вы хотите ознакомиться с самим делом? — спросил Морозов.

— Нет, — покачал головой Семен. — Мы бы хотели просто поговорить с этими молодыми людьми. Они вам все рассказали?

— Да нет, не думаю, — пожал плечами следователь. — Судя по показаниям свидетелей, с ними должна быть как минимум еще одна сообщница. Но на месте преступления ее не было, а преступники молчат.

— Ну что ж, — проговорил Безруков. — Это очень романтично и благородно с их стороны, разумеется. Ну, давайте сюда этих рыцарей.

— Слушаюсь, — сказал Морозов, отдавая необходимые распоряжения.

Через несколько минут привели Генку и Андрея. Котов встал так, чтобы его не было видно, — справа у дверей.

Разговор начал Акимов.

— Ну-с, молодые люди, — сказал он. — Рассказывайте.

— Мы уже все рассказали, — Генка пожал плечами и кивнул на Морозова. — Вот ему. Че опять трепаться-то?

Акимов кивнул.

— Значит, вы говорите, — проговорил он, делая вид, что