Обратный отсчет: Распад - Токацин

Он выразительно качнул бластерной турелью. Гедимин спустился с крыльца, мимоходом заметив, как те, кто уже поднимался по ступенькам, при виде сармата шарахнулись назад. Он прошёл мимо скамеек с беспокойно ёрзающими пассажирами и снова встал у ограды, задумчиво глядя на табло. Строчка с рейсом MBQ уже не была самой верхней — она спустилась на две позиции ниже, уступив место рейсам на Белоярск и Микатарру. «Ураниум-Сити,» — повторил про себя Гедимин. «Туда перебрался Кенен. Иджес и Айзек тоже должны быть там. Если к моему освобождению гетто не расформируют… надо будет их найти.»

13 июля 23 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

Лоренц, едва войдя в камеру, сел на пол и с головой влез под койку.

— А я что говорил? — буркнул, догнав его, Дальберг. Он никуда не полез — сел на свою койку и подобрал ноги.

— Ничего, рабочий момент, — без особого огорчения отозвался Лоренц, доставая контейнер с бумагами. — Не хотят играть честно? Вычеркну их из списка. А Джитти проследит, чтобы не возвращались.

Гедимин беспокойно шевельнулся.

— Что случилось?

— Ничего интересного, Джед, — отозвался Лоренц, внося изменения в список. — Двое парней решили, что они тут самые умные. Теперь они не будут с нами играть, только и всего.

Сармат несколько секунд смотрел на него, потом перевёл взгляд на Дальберга. Тот выглядел угрюмым, но не больше, чем обычно, — видимо, ничего серьёзного не произошло. «Хорошо,» — он, пожав плечами, снова лёг на койку и развернул экран смарта. «Раз от меня ничего не нужно, буду читать дальше…»

27 сентября 23 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

«Ещё на три дня,» — Гедимин заглянул в почти пустую коробку с чайным концентратом и досадливо сощурился — на её дне лежали последние три шарика. Концентрат прислали на День Луны — чуть меньше двух недель назад, но сармат уже его израсходовал. «В прошлый раз коробка была больше,» — вздохнул он, убирая остатки в нишу. «Странно, что его вообще присылают. Те, кому я был нужен, давно на Земле…»

Из соседней камеры донеслось гулкое чихание. Сармат повернулся к решётке и успел увидеть, как Дальберг прячет пакет с салфетками. Очередной мятый бумажный комок валялся посреди коридора. Теперь их стало четыре — роботы-уборщики редко приползали сюда, а мусор накапливался быстро.

— Ты там как? — осторожно спросил Гедимин. Ответом ему было чихание и громкий трубящий звук. Сармат болезненно сощурился. «Это обычная респираторная инфекция,» — напомнил он себе. «Человеческая болезнь. Для меня неопасно. Для них вроде бы тоже. Но выглядит, как эа-формирование в последней стадии…»

— Послезавтра буду в норме, — мрачно сказал Дальберг. — А завтра свалится Лоренц. Надо бы больных рассаживать. Но кому это нужно⁈

Гедимин поморщился. «Если бы меня заперли с мутирующим…» — его передёрнуло, и он снова напомнил себе, что у Дальберга лёгкая болезнь, которая проходит за три дня, и он не разлагается заживо.

Из коридора донёсся гул открывающихся ворот. Сармат покосился на часы в углу экрана и удивлённо мигнул. «За мной, что ли?»

— Пошёл! — рявкнул на кого-то охранник. — Стоять! Лицом к решётке!

— Этот? — деловито спросил Фортен — его голос Гедимин уже различал, остальных «копов» постоянно путал. — Почему к нам?

— На второй его рано, — буркнул первый охранник. — Пошёл!

Кого-то втолкнули в камеру. Зазвенели наручники — судя по звуку, три пары браслетов. Гедимин озадаченно хмыкнул — новичков в тюремный ангар приводили часто, многие были в наручниках, но больше одной пары носил только он сам. В соседней камере беспокойно зашевелился Дальберг, выпутываясь из одеяла и прижимая к носу скомканную салфетку.

— Бен Рейес, — буркнул охранник. — К нам по третьему кругу, в этот раз на пять лет.

— Рейес? — переспросил Фортен. — Значит, вернулся? Не мог в этот раз на Земле залететь?

Гедимин мигнул.

— Я тоже очень рад вас видеть, офицер, — отозвался незнакомый голос. — Что такое? Разве в прошлый раз я как-то особенно вас расстроил?

Фортен выразительно хмыкнул.

— Тихо там! — снова повысил голос второй охранник. — Ты нас знаешь, Рейес. А мы знаем тебя. Без фокусов, понял?

Решётка лязгнула, опускаясь, но Гедимин всё равно расслышал, как Дальберг вполголоса выругался.

— Бенни Рейес, — пробормотал он. — Этого ещё не хватало… Вовремя Мэллоу унёс ноги…

Настала тишина, прерываемая только сопением и редким чиханием. Новичок немного пошуршал и затих. Гедимин в недоумении пожал плечами — кажется, не происходило ничего серьёзного.

…Лоренц, насвистывая, вошёл в камеру и плюхнулся на койку, заложив руки за голову.

— Как здоровье? — спросил он у Дальберга. Тот в ответ громко чихнул.

— Бенни Рейес здесь, — угрюмо сказал он. — Привели во время прогулки.

Услышав знакомое имя, Гедимин опустил «читалку» — как раз вовремя, чтобы увидеть, как Лоренц бледнеет.

— Бенни? Ты уверен? — быстро спросил он. — Мало ли Рейесов…

— Он, — буркнул Дальберг.

— Н-ну, что теперь сделаешь, — пробормотал Лоренц, глядя в пол. — Уже знает, что с Баселаром?

Гедимин мигнул.

— Завтра узнает, — отозвался Дальберг. — Джеду надо быть осторожнее.

«Из-за одного человека?» — удивился Гедимин. «Ладно, посмотрим. Если притащит оружие — сдам охране.»

— Что там за шум из-за одной макаки? — сердито спросил он. — Это бывший боец Баселара?

— Это друг Баселара, — угрюмо ответил Дальберг. — Когда-то командовали вдвоём. Бояться нечего. Но лучше бы он не возвращался.

«Я вижу, как вам нечего бояться,» — подумал сармат, но промолчал. «Завтра в душевой покажут этого Рейеса. В крайнем случае снова придётся драться.»

Часть 6

28.09.23−08.03.21. Луна, кратер Пири, город Кларк