Центральная Азия: От века империй до наших дней - Адиб Халид

он участвовал в ряде экспедиций в казахскую степь, в район Иссык-Куля и в Кульджу. В 1857 году его избрали членом Императорского Русского географического общества, и как раз именно это учреждение финансировало его поездку инкогнито в Кашгар. Валиханов полгода провел в Синьцзяне, избежав разоблачения. Он собрал коллекцию рукописей и монет, которые увез с собой в Россию. За год и три месяца, проведенные в Санкт-Петербурге в 1860–1861 годах, он сделался любимцем общества. Он вошел в российскую академическую среду и подружился с Федором Достоевским, с которым познакомился еще в Семипалатинске, где тот отбывал ссылку. Работы Валиханова многократно издавали на русском языке, а некоторые из его описаний Восточного Туркестана в 1866 году перевели на английский. К сожалению, он скончался от туберкулеза, не дожив до 30 лет.

В эпоху империи исследования и шпионаж шли рука об руку с наукой и завоеваниями. В случае Валиханова примечательна его позиция офицера-казаха в русской армии, который осуществлял научную работу и шпионскую деятельность в Центральной Азии. Карьера Валиханова, пусть даже столь краткая, позволяет и проникнуть в саму природу Российской империи, и уловить суть геополитической конъюнктуры середины XIX века. Его поездка в Кашгар пришлась на момент, когда империя Цин клонилась к закату, Россия переживала подъем, а в Центральной Азии росло влияние Британской Индии.

У России не было естественных границ, отделяющих ее от степи и степных жителей, и постоянная борьба со степными кочевниками была характерна для русской жизни с тех пор, как первые славяне появились на дальних западных окраинах евразийской степи в VII–VIII веках. Монголы покорили русские княжества и включили их в состав своей империи, куда входили Китай, Ближний Восток и Центральная Азия. По мере ослабления монгольского могущества среди восточных славян начало набирать силу Московское княжество. Изначально это государство было преемником монголов, но к середине XVI века оно стало рассматривать себя иным образом. Взойдя на престол в 1547 году, Иван IV (Грозный) принял титул царя, со всеми христианскими значениями этого звания, и вскоре начал кампанию по завоеванию бывших сюзеренов Москвы. В 1552 году московские войска захватили Казанское ханство, мусульманского наследника Золотой Орды, а в 1556 году – Астраханское ханство, благодаря чему у Русского государства появились большое количество мусульманских подданных и выход в Каспийское море. Со второй волной экспансии в 1580-х годах казаки захватили лесную зону к северу от степи, подчинив ее Москве. Знаковым событием стало поражение Кучум-хана и Сибирского ханства Чингизидов в 1582 году: после этого казаки обложили данью коренные народы тайги. Затем туда пришли славянские поселенцы и стали притеснять малочисленное коренное население. Основным товаром, который добывался в этом регионе, был мех: им либо торговали, либо выплачивали им дань – и для коренных народов разница была незначительной. Бóльшую часть добычи забирали себе частные торговцы с разрешения государства, и самыми известными из них стала семья Строгановых. Благодаря сочетанию торговли и набегов, Москва распространила свое влияние на обширные территории, которые мы сейчас называем Сибирью, и до самого Тихого океана. Присутствие русских в Сибири было слабым, регион располагался слишком далеко от имперского центра, но даже столь незначительное присутствие перекрывало любое другое. В 1689 году московские войска встретились с цинскими войсками на Дальнем Востоке. Две империи подписали Нерчинский договор (составленный на латыни миссионерами-иезуитами при цинском дворе), который определил границы между двумя странами на Дальнем Востоке. В самой Великой степи этого никто не заметил, однако смычка двух земледельческих государств на ее периферии не предвещала ничего хорошего. Этот договор стал началом конца степной автономии.

На заре XVIII века Петр Великий (1689–1725 гг.) встряхнул московское царство, осуществив ряд реформ сверху. Он перестроил армию и государственный аппарат и принудил элиты мыслить, работать и выглядеть на западный манер. Он был очарован Северной и Центральной Европой и, проводя свои преобразования, сознательно копировал европейские порядки. Предполагалось, что военные реформы позволят достигнуть уровня армии Швеции, с которой он вел двадцатилетнюю войну, и обеспечат России место на карте Европы. Реформам сопутствовала культурная переориентация: от московитского прошлого к центральноевропейскому настоящему. Петр переименовал Московию в Российскую империю, заявив таким образом о претензиях своего государства на место на мировой арене и на наследие Древнего Рима. Империи нужна была новая столица, а ее подданным подобало вести себя и одеваться как европейцам. Петр приказал дворянам брить бороды (и сам не гнушался брать в руки ножницы, чтобы остричь тех, кто не желал торопиться), женщинам – выходить в свет наравне с мужчинами, и всем им следовало подражать величайшим европейским дворам. Подлинные амбиции Петра касались Европы, но он понимал, что имперская экспансия на восток гораздо проще. Со свойственным ему апломбом он принялся исследовать новые торговые пути, источники дохода и территории, которые можно было прибрать к рукам. Слухи о существовании речного пути в Индию через Каспийское море и золоте в Амударье побудили Петра в 1714 году направить миссию в Хиву для оценки местной политической ситуации и поиска золота. Миссия вернулась с весьма утешительными новостями, так что в 1716 году Петр отправил еще одну – под командованием князя Александра Бековича-Черкасского, которому поручили строить форт на южных берегах Каспийского моря, искать золото и договориться с хивинским ханом отправить совместную торговую делегацию в Индию. Когда Бекович-Черкасский явился с отрядом из 2200 человек, хивинцы, что неудивительно, восприняли это как вторжение и вступили в бой. Первое сражение русские выиграли, но затем их уничтожили почти подчистую. Еще одна делегация, отправленная на поиски золота, – на этот раз в Яркенд в Алтышаре – тоже не добилась никакого успеха, более того, затея едва не обернулась такой же катастрофой. Джунгары, которые в то время управляли Яркендом, выгнали вооруженную миссию во главе с подполковником Иваном Бухгольцем из Тобольска. Однако Бухгольцу удалось основать форт на реке Омь, который позднее станет городом Омском{40}. Дальновидные планы Петра не привели к немедленному результату, но фактом остается, что за время его правления Россия утвердилась в степи, настроив там крепостей.

Торговля между Россией, Центральной Азией и Китаем шла уже давно{41}. Караваны связывали Россию с рынками Мавераннахра и Китая. В этой торговле участвовали кочевники – казахи и джунгары, которые взимали плату за перевозки и защиту от грабежей и, таким образом, были вовлечены в политические контакты между обоими государствами. С российской стороны бо́льшая часть торговли велась татарскими купцами. Переход татар под управление Москвы поначалу был болезненным. За московитским завоеванием последовали кампании насильственного обращения в православную веру, посеявшие хаос среди татар, однако Русское государство быстро нашло способ ужиться со своим мусульманским населением. Татар и башкир включили в общероссийскую систему рангов и должностей, в рамках которой определялись права и обязанности каждой группы. Границы России в степи приняли форму линии укреплений, которые помогали усмирять лежащие за чертой земли и обеспечивали защиту от кочевников{42}. Укрепления обычно строились на большом расстоянии от государственного центра, а охранялись казаками. До начала XIX века территории перед этими линиями оставались пограничными – российское государство и его представители не имели там решающего преимущества в силе. Казаки жили в тесном соседстве с казахами и всячески с ними взаимодействовали, вели торговые отношения и заключали смешанные браки{43}. И это неудивительно. Русское слово «казак» происходит от тюркского слова «казак», от которого произошло и слово «казах». И казаки, и казахи сформировались из разбойников, которых в степях водилось множество{44}. К концу XVIII века российское государство подчинило казаков и заставило служить империи. Земли за линиями укреплений, которые они охраняли, стали доступны русским крестьянам, что коренным образом изменило то, как эти земли станут использоваться.

Экспансия джунгар положила начало череде чрезвычайно кровопролитных войн с казахами, в ходе которых джунгары получили преимущество. В 1723 году крупная победа джунгар привела к «босоногому бегству» казахов, которые рассеялись на юг и на запад в отчаянной попытке добраться до Мавераннахра, где их появление привело в смятение земледельческие государства. Другие казахские лидеры обратились за помощью к России. В 1730 году Абулхайр-хан, правитель Младшего жуза, направил посольство в Санкт-Петербург с просьбой о защите России от джунгар и строительстве крепости на своей территории. Императрица Анна Иоанновна была рада услужить. Абулхайр присягнул ей в 1731 году, пообещав служить,