Риданские истории II - Виктор Александрович Авдеев

— Нет, Ларри, — она отстранила меня, положив свою ладонь мне на грудь. — Знаешь, не мог бы ты нарвать мне цветов, пока я буду заниматься с Рогзи? Как раньше…

— С удовольствием, моя дорогая Алисия, — ласково сказал я и, обняв жену, тепло поцеловал ее в щеку.

Я оставил их с Рогзи вдвоем и вышел за калитку. В пределах видимости я различил лишь грязный тракт и темно-зеленый ковер травы. Разноцветьем здесь и не пахло. И тогда в памяти мне всплыл образ мертвого доктора Моллигана. Я вновь увидел его окровавленную одежду, но помимо алых пятен я так же вспомнил засохшие травинки на его брюках и несколько маленьких грязно-желтых бутончиков, налипших на жилете. И я решил прогуляться в ту же сторону, не смотря на предостережения мистера Бломба не покидать пределы таверны.

Я отправился на север навстречу темнеющей занавеси лесных деревьев. Я знал, что топкие болота находятся за ними, но все же пообещал себе держаться тракта все время и далеко с него не сходить. Тогда не случится ничего дурного.

Почти на ощупь я добрался до еле различимой развилки на дороге. В этом месте кончался недолгий лес и начинались болота. Туман лежал почти у самой земли, и дальше нескольких шагов не было видно ни зги, однако я сразу понял, что уже вышел именно к болотной топи. Справа и слева от меня булькала коварная трясина. Идти дальше было бы безумием. И я не нашел по пути ни одного жалкого цветка. Придется возвращаться к Алисии с пустыми руками. Надеюсь, она поймет меня.

Я повернул назад. Вокруг стояла гробовая тишина. Лишь мои шаги по грязи издавали шлепающие звуки. Чвак-чвак. Один раз где-то среди старых деревьев зашелестела крыльями птица и вскоре затихла. Внезапный порыв ветра нагнул хилый ствол, и он издал жалобный скрипящий стон. Я невольно струхнул от неожиданности и повернул голову на звук. И вдруг увидел слегка в сторонке маленькие расплывчатые желтые и синие пятнышке в траве. Цветы! Я склонился к земле и сорвал несколько невысоких чахлых цветков с жидкими бутонами. Не самый лучший букет, который я дарил Алисии, но ничего не поделаешь. Выбирать в этих местах не приходится. Я сделал еще несколько осторожных шагов, нащупывая подошвой ботинок земную твердь. Она была действительно твердой.

Я осмелел настолько, что через четверть часа собрал довольно-таки приличный букетик и решил, что этого достаточно. Я вернулся на дорогу и благополучно добрался до таверны. Во дворе я столкнулся с Майей. Она слегка изменилась этим утром. Ее изящные волосы теперь не лежали беспорядочно на плечах, а были собраны в длинный хвост, и я отметил для себя ее почти идеальный овал лица. Простое серое платье она сменила на голубое с темно-сними рюшами на груди и белыми оборками на рукавах, а в руках девушка держала корзину, кое-где заляпанную алыми разводами. Мне показалось, что эта ноша была для нее несколько тяжела.

— Я бы мог взять это, облегчив ваш труд, Майя, — проговорил я, остановившись возле нее.

— У вас заняты руки, мистер Ларсон, — скептически улыбнулась та. — Лучше отнесите букет своей жене. Должно быть, она давно ждет вашего возвращения. Кстати, листья с ваших ледоний, так мы зовем цветки с синими бутонами, прекрасно сочетаются с мясом, что мы подаем в нашем заведении. Оно становится сладковатым и нежным. Только это кулинарный секрет. Никому не рассказывайте, — она перешла на нарочито тихий шепот, играя глазами.

— Простите, — я почему-то смутился цветам, и спрятал руки за спину. — И все же я бы мог…

— Не стоит этого делать, — все с той же улыбкой ответила Майя, но уже без шепота. — Это отходы на корм свиньям, мистер Ларсон. Боюсь, они просто не признают в вас своего хозяина и отгрызут вам… — она почему-то скользнула своими глазами по моим брюкам сверху вниз и закусила губу. — Они у нас знаете какие голодные.

Она томно вздохнула и, сделав неглубокий реверанс, заскользила своей кошачьей походкой к одному из сараев в дальней части двора. Проходя мимо Алисии, она стрельнула по ней глазками, потом обернулась на меня, но тут же отвернулась и исчезла внутри деревянной постройки. Я скомкано пожал плечами и зашагал к Алисии.

Вскоре вернулся Тодд. Признаться, я ждал его позднее. До города не так уж и близко ехать, а в таком тумане времени на дорогу должно было уйти гораздо больше, чем в ясную погоду. Мы с Алисией расчесывали гриву Рогзи, когда я услышал стук копыт и скрип повозки. И тут меня ждало внезапное разочарование, даже удар. Тодд вернулся один! Без Оливии! Я отдал гребешок Алисии и поспешил навстречу Тодду.

— Что-нибудь случилось? Вы рано вернулись, Тодд! — на ходу окликнул я его. — А где ваша служанка, Оливия? Она ведь уехала вместе с вами!

— Не так много вопросов, мистер Ларсон, — сказал он, спрыгнув с облучка на землю. Я дико устал. А Оливии я разрешил провести несколько выходных дней у своей тетушки в городе. В последнее время она трудилась не покладая рук. И я скажу вам прямо, раз уж вы успели познакомиться с моей служанкой: она не тот человек, за кого бы стоило переживать.

— Ну, хорошо. А док? Вы позаботились о его теле? — я инстинктивно бросил взгляд на примятый ворох сена в повозке, пропитанное кое-где кровью Моллигана.

— Все в лучшем виде, мистер Ларсон! — Тодд совсем не глядел в мое лицо, пока отвечал мне. Это выглядело подозрительно, однако, с чего бы ему скрытничать? — Местный священник принял покойного так, словно я привез ему сундук с подношением в церковь. Ха!

— Ведь это вы нашли доктора Моллигана мертвым? — я подобрался к самом главному вопросу, пытаясь заглянуть Тодду в глаза, который возился с конской сбруей, проверяя клепки и затяг ремешков.

— А кто же еще? Каждое утро я проверяю капканы для дичи. И представьте себе мое удивление, когда я обнаружил дохлого, истекшего кровью Моллигана, лишенного обеих ног этой железной штуковиной! И за каким только чертом понесло его через лес на болота? — Тодд наконец посмотрел на меня своими чудными желтыми глазами так, будто я был единственный, кто мог знать ответ.

Мне хотелось рассказать ему о теории мистера Бломба, касающейся отравления цианидом, но я почему-то передумал. Вместо этого я проговорил:

— Для дичи, хм? — и я задумчиво потеребил нижнюю губу пальцами. — Вам не кажется, что капкан, который одним разом разрубил обе ноги человека не самой хилой комплекции, несколько велик для оленя или зайца?

— А вы отнюдь не глупы, мистер Ларсон, — усмехнулся Тодд. Затем